Лабиринт (СИ) - Иден Бар

в компании человека, которому доверяешь не то, что свою жизнь… всю себя! Хмурюсь, отгоняя непрошеные воспоминания. Как-то не до них.

Но здесь они неизбежны, и я смиряюсь с ними, я принимаю их. Почему-то было больно, когда ни один абонент с его именем, а их всего-то два, не оказался тем самым. Только из-за невозможности помочь? Или что-то ещё? Такое давнее, забытое, что щемит сердце, — вот, кажется, на этой станции можно выйти и купить продуктов. Пойдем, Кэт!

Бредём потихоньку.

Я не хочу искать магазины в неспокойном Бронксе. Мы с нашими дорожными сумками привлечем внимание всякого сброда, это к гадалке не ходи. И без того рискуем! Стараюсь максимально все сделать «на берегу». Тащу все вещи на себе, нахожу лавочку, зону wi-fi. Там быстро ищу жильё в Бронксе через Катин телефон. Черт, да, пришлось включить опять.

В Нью-йорке днем с огнем не сыщешь интернет-кафе. Мы так устали, обе, что чувство опасности совершенно притупилось. Даже почти уже не испытывая страха, сбрасываю вызов с незнакомого номера. Мысленно посылаю абонента в далекое пешее.

Катя молчит, повесив нос. Равнодушно слушает, как я созваниваюсь по нескольким вариантам. Бронирую по телефону маленький номер в захудалом отеле, сейчас главное, чтоб нас взяли. Радостно направляюсь за едой в ближайший супермаркет, оставив Катю с вещами и переживаю страшно, но другого выхода нет.

Ей нехорошо. Она пьёт воду мелкими глоточками на лавочке, а я молюсь, стоя в очереди на кассе, чтобы обошлось без приступа.

Наконец, мы в Бронксе! Мои руки просто «отваливаются». Заметно вечереет. По телефону я до мельчайших подробностей выяснила адрес у администратора отеля, куда мы держим путь. Поэтому довольно быстро находим его.

Стоит пару слов сказать и о Бронксе. Конечно, он совершенно не туристический. Огромные высотки соседствуют со старыми домами. Стоят они под миллион, однако в них еще нужно, что называется, вкладывать и вкладывать.

Русские здесь тоже проживают, и их немало. Картина вокруг нас в целом неприглядная, одна серость да мрачность. Хотя мы особо не смотрим по сторонам. Побыстрее бы добраться до номера и завалиться на кровати.

Сегодня уже можно никуда не выходить, едой и водой мы запаслись.

И мы даже почти у цели, когда я вдруг вижу перегородившего нам дорогу ко входу в отель человека. Он появляется будто черт из табакерки. А потом еще одного, рядом с этим! Сердце пропускает удар. Бледнею.

— Евгения? — спрашивает тот негромко, полуутвердительно. Останавливаюсь так резко, что сзади в меня чуть не впечатывается Катя.

— Кто вы такие? — произношу одними губами, очень тихо.

Я не знаю, что нам делать.

— Вы должны проехать с нами, — веско отвечает он, и глаза у него очень злые. Вдвоем они начинают незаметно теснить нас обеих к обочине, у которой припаркован чёрный автомобиль. В нарастающей панике, я хватаю сестру за руку, — садитесь, и без шума.

— Здесь какая-то ошибка!

— Нет здесь ошибки, — слышу злобное шипение и, невольно повернув голову, натыкаюсь на взгляд побагровевшего Томпсона, сидящего в автомобиле со спущенным стеклом.

— Вам нечего бояться, вы среди друзей. Присаживайтесь! — спокойно, даже как-то буднично просит неизвестный человек в черном, — и не обращайте внимания на Томпсона. Он просто переволновался, пока мы искали вас. Объясним все в дороге…

Он открывает дверцу и толкает туда плачущую Катю, затем рывком отнимает у меня чемодан и сумку, чтобы забросить их в багажник при мне тут же.

Второй подельник просто стоит рядом, равнодушно наблюдая, но я чувствую, что он готов схватить меня в любой момент в случае чего. Беспомощно озираюсь по сторонам — на улице уже смеркается, на нас никто не смотрит, да и редкие прохожие отнюдь не вызывают ни малейшей надежды на помощь.

— Я сообщила в полицию! — тупо произношу, они лишь улыбаются.

— Присаживайтесь.

— Вы не имеете права…

— Садись, тварь, — человек справа одним быстрым движением больно хватает меня за волосы и, ругнувшись, затаскивает в автомобиль, бросая на сиденье рядом с плачущей сестрой.

В глазах моих темнеет от ужаса — впервые в жизни я ощущаю, насколько близка к потере сознания.

Глава 10

15 лет назад

Каждое лето жилой район Бруклина Кони-Айленд становится центром отдыха и развлечений. Местные жители и туристы стекаются на пляж, чтобы покататься на колесе обозрения Wonder Wheel, и собираются в парке развлечений Luna Park с его легендарным аттракционом Cyclone. Праздничная атмосфера дополняется выступлениями уличных артистов, а в июне здесь проводится Парад русалок. В этом районе также находится закусочная Nathan's Famous, в которой каждое 4-е июля проходят соревнования по поеданию хот-догов.

Словом, место развеселое! Обычно я с Дженни, местной девчонкой, и со своими сокурсницами китаянкой Сюинь Вэй, грузинкой Лале Самчкуашвили с удовольствием проводим время здесь каждые выходные.

Но сегодня, в субботний погожий денёк, все идёт не как всегда. Для начала, с утра моросил дождь, и это было удивительно, потому что в это время года дожди большая редкость. Мы даже немного промокли, пока добежали до козырька какого-то магазина. Он прекратился так же внезапно, как и начался.

Потом у Дженнифер украли кошелёк, чему мы не очень удивились, хотя и очень огорчились. К счастью, денег там было немного. И наконец, Лале нашла билетик на один шикарный аттракцион, а мы с Сюинь докупили вскладчину ещё три, и очень лихо прокатились.

В моем телефоне накопилось уже, наверное, миллион фоток. Я как раз сосредоточенно удаляла лишние, слишком похожие, с азартом откусывая от своего рожка с мороженым большие куски холодного лакомства, когда вдруг случайно замечаю пристальный взгляд того самого наглого мальчишки с набережной.

По спине проходит легкий озноб, но это отчего-то приятное ощущение. Как-будто я встретила давнего друга, которого не видела много лет. Очень странное чувство.

Забываю про мороженое. Будто нечто во мне щелкнуло невидимым переключателем, и я думать не могу больше ни о чем другом, кроме как об этом незнакомце!

Признаться, я недовольна. Он мешает мне наслаждаться Луна-парком и этим теплым летним днём! Бешусь. Демонстративно не смотрю на него, пока меня не пронзает догадка.

Да мы же просто притягиваем взгляды местных воришек, видно же, что иностранки. Все, кроме Дженни. Она начала общаться с нами как волонтёр и носитель языка, но мы быстро подружились и впоследствии много времени проводили вне стен колледжа.

А вдруг он вор? Невольно кладу руку на сумочку, притягивая ее к себе поближе. Надо предупредить девочек.

— Сзади нас один странный типчик, — говорю я им, и тут они дружно оборачиваются, таращась