Гремящий мост - Владимир Уткин

Ни разу еще Бобр не находил такого места. А еще ему хотелось найти зеленый камень. Он мягче кремня, он не раскалывается, даже если бить по нему тяжелым валуном. Редко-редко попадает к племени зеленый камень. С далекого восхода солнца приносят его племена. Много шкур и мамонтовой кости требуют за такой…

Бобр вздохнул. Никто не знает, где водится такой камень. Даже Ходок.

— Смотри, — сказал ему вождь, прочерчивая копьем линию на песке. — Ты пойдешь вдоль реки, пока не увидишь, как Черная река входит в нее. А дальше ты пойдешь вдоль Черной реки и там, через три перехода, увидишь белую землю. В ней водится черный камень. Возьмешь с собой собак. Наберете побольше кремня. И берегись чужих. Прячься и смотри, куда они пойдут.

Потом вождь собрал малышей.

— Вы останетесь защитниками племени, — сказал он им серьезно. — Вы будете ловить рыбу и бить птицу, пока воины будут охотиться.

Племя запасалось едой.

Из леса возвращались охотники, тяжело нагруженные мясом и шкурами. Несли коз, кабанов, лосей. Рядом плелись навьюченные собаки. Они и рады были бы ускользнуть к своим диким собратьям, но люди хорошо привязывали груз, а с грузом не убежишь. Собаки скулили, но покорно шли за людьми.

Груз складывали на площадку у входа в хижину вождя и снова уходили в лес.

Шумно притопал Большой Зубр, закутанный в львиную шкуру. Молодой охотник принес больших черных глухарей. Седой притащил косулю на длинном кожаном ремне. Вождь улыбался. Мяса хватит надолго.

Женщины разделывали добычу. Подбрасывали в костры зеленые ветки, траву и в густом черном дыму коптили мясо. Очищали тонкие жилы, которыми можно сшить хорошую одежду, вычитали желудки убитых зверей, в которых удобно хранить воду. Рога, черепа, кабаньи клыки складывали в яму-хранилище. Черепа пойдут на стенки хижин, рога — на наконечники для копий, а острыми кабаньими клыками легко резать кожу и мясо.

Вороний Глаз варил клей. В череп медведя он налил воды, бросил в нее несколько козлиных копыт, смолу сосны, рыбьи головы и теперь подогревал череп на маленьком костре. Когда смесь загустела, он расщепил конец гладко оструганной палки, окунул ее в клей, вставил в расщеп костяной наконечник и туго обмотал конец палки тонким ремнем. Сверху обмазал ремень клеем и отложил готовое копье в сторону. Отменное получилось копье. Оно не сломается, даже ударившись о дерево.

Прибежали собаки, навьюченные кожаными мешками. Возвратились молодые ловцы.

И когда Ходок вернулся в стойбище, вождь с гордостью показал ему груду кремня и шкур.

— Туры готовы, — сказал он, улыбаясь, и тут же нахмурился, услышав ответы Рысей и Медведей.

— Что ж, — сказал он после долгого молчания. — У Туров мало воинов. Но молодые ловцы подросли. Они хорошо работают. Они сами добыли кремень.

Нужно провести испытание.

Ходок кивнул.

Глава 7

Испытание

На поляне возле священного дерева пылали костры. Седой называл имена молодых ловцов, достигших охотничьего возраста, и долго ждал, пока старейшины тихо переговариваясь, обсуждали, достоин ли юноша принять участие в испытании. Девять старейшин было у племени, и достаточно было пятерым из них высказаться против, чтобы молодого ловца не допустили к испытаниям.

Жизнь каждого юноши проходила на глазах у племени, и поэтому говорили старейшины недолго.

Костры по краям поляны освещали со всех сторон красный ствол священного дуба, торжественно неподвижными были лица старейшин, покрытые священной красной краской. Дружно поднимали они копья, когда согласны были допустить юношу к испытанию, и клали копья на землю, когда были против.

Одно за другим звучали имена молодых ловцов. Только против насмешника Дрозда трое положили копья да двое были против слишком робкого Быстроногого Оленя.

— Все, — наконец объявил Седой, опускаясь на траву.

И тогда вдруг поднялся Ходок.

— Пусть старейшины допустят к испытаниям Орлика, — негромко сказал он. — Орлик будет хорошим охотником и воином.

Напряженное молчание нависло над поляной. Старейшины нерешительно переглядывались. Они уважали Ходока, но…

— Орлик еще мальчишка, — наконец проворчал Большой Зубр, бросая копье на землю.

— Орлик спас Рыжую Белку, — возразил ему Седой, поднимая свое копье.

— Орлик не любит охотиться с молодыми ловцами, — сказал Лис угрюмо, — водится с девчонкой да еще с этим, Дроздом. — И тоже бросил свое копье.

— Орлик хорошо ходил за краской и к Медведям, — снова поднялся Ходок. — Орлик сильный и смелый.

Он поднял копье, и сразу же трое старейшин подняли свои копья.

Лис забеспокоился.

— Орлик не захотел тащить добычу Лиса, — выкрикнул он, глядя на вождя.

— Это плохо, — покачал головой Вороний Глаз.

А вождь молчал, о чем-то думал, покачивал на ладони тяжелое боевое копье.

— Вождь тоже был не слишком-то послушным, — наконец улыбнулся он, — но стал вождем. — И решительно поднял копье вверх.

Молодых ловцов не пускали на совет. В нетерпении толпились они у хижины вождя, ожидая решения старейшин. Наконец Седой, сопровождаемый старейшинами, подошел к ним, и все замерли, впившись взглядами в непроницаемые лица старейшин.

— С рассветом, — сказал Седой, — молодые ловцы уйдут в лес, будут метать копья и драться на дубинках. Потом молодые охотники будут искать их в лесу, и те, кого они найдут, не получат копье охотника. Кто сумеет ускользнуть от погони, пусть пробирается в стойбище, а старейшины пусть не пускают их. Те, кого коснутся копья старейшин, не получат копье охотника. Кто сумеет невредимым войти в хижину вождя, получит копье. Этим копьем до захода солнца он убьет дичь. Только тогда ловец получит копье охотника.

Седой поднял нож из мамонтовой кости, густо вымазанной красной краской, и подошел к ловцам, осторожно касаясь ножом то одного, то другого. И каждый, кого он касался, с радостной улыбкой бежал в свою хижину готовиться к испытанию. Орлик стоял в стороне, с завистью глядя на старших товарищей. Когда же наконец и он станет охотником?

Седой остановился, отыскивая кого-то взглядом, и вдруг направился прямо к Орлику.

«Хочет утешить», — сердито подумал тот.

Он не поверил своему счастью, когда прохладное лезвие коснулось его лба, оставляя на нем широкую красную полосу. Несколько мгновений, не дыша, смотрел Орлик на улыбающегося Седого, а потом опрометью бросился к хижине, все убыстряя бег.

Спал Орлик плохо. Если он выдержит испытание, он станет охотником. Орлик будет охотиться на мамонтов. Он построит хижину для себя и для Белки. А если нет? Орлик даже зажмурился от страха. Он останется молодым ловцом еще на год, а может, и на два. Даже дети будут смеяться над ним. И Рыжая Белка… Белка не будет больше ходить с ним в лес. Мальчик ворочался с боку на бок, вздыхал, выходил из хижины и смотрел в звездное небо. Он выдержит испытание. Выдержит, и все. А сейчас надо уснуть. Набраться сил.

И он снова возвращался в хижину.

Разбудил Орлика негромкий стук копья по сухому стволу. Хмурые, невыспавшиеся, шли за вождем молодые ловцы в предрассветной мгле. Сизые клубы тумана окутывали сонный лес, цеплялись за мокрые ветки. На большой поляне у дуба еще вчера Молчун соорудил «зубра». Сделал он его из веток и травы, а сверху покрыл шкуркой. Вместо головы к туловищу был привязан дубовый пень с сучками-рогами, а ног у «зубра» не было вовсе.

Вождь отмерил шагами расстояние и прочертил ногой черту.

— Бросайте.

Орлик бросил копье первым и с радостью убедился, что попал в шею, как и хотел. Копье Быстроногого Оленя впилось в бок чучела, а Бобр тоже попал в шею, но слишком высоко. Молодые ловцы с детства умели бросать копья, и поэтому никто не удивился, что все они попали в цель.

— Дубины, — сказал вождь, поднимая над головой огромную дубину.

Дрозд с воинственным криком первый напал на вождя. Его дубина мелькала в воздухе, но достать вождя так и не могла. Казалось, вождь знает, куда именно бьет Дрозд, и всюду дубина молодого ловца натыкалась на его дубину.

Наконец Дрозд устал. Его удары становились все слабее, а вскоре он и вовсе опустил дубину.

— Не надо махать без толку. Надо целиться, — проворчал вождь и показал рукой вправо. Дрозд запрыгал от радости. Он выдержал испытание на дубинах.

Вторым напал на вождя Быстроногий Олень. Его легкая, но длинная дубина со свистом рассекла воздух и ударилась о землю. Вождь увернулся. Приземистая широкоплечая фигура вождя казалась неподвижной, но Орлик заметил, что в тот момент, когда дубина опускается и все смотрят на нее, он уклоняется ровно настолько, чтобы пропустить дубину: влево, вправо, назад. Вождь нанес удар — Быстроногий Олень с трудом отбил его и, перехватив дубину в левую руку, ударил сбоку. Вождь слегка наклонил свою дубину, и дубина Быстроногого Оленя скользнула к земле, А в следующий момент ударом снизу вождь выбил дубину из рук молодого ловца, и она отлетела к деревьям, осыпав мальчиков сбитой листвой.