Золотой мальчик - Виктор Меньшов

Куда делся клиент, мы не видели, да нам и наплевать было. Вокруг такой ад творился, что мы думали только о том, как бы уцелеть. Если бы мы могли мы бы сдались. Но я видел, как наш водила выскочил из расстреливаемой машины с поднятыми руками и упал, сбитый очередями. В него лежащего продолжали стрелять.

Ворвались мы в подъезд, слышим, по лестнице кто-то грохочет вниз, мы судьбу пытать не стали, врезали туда из всех стволов, оттуда нам ответили, но вниз спускаться воздержались. Я огляделся, услышал шум за дверями подъезда, и бросился к угловой двери на площадке. Выбил я её с разбега, как картонную, хотя дверь была солидная, да ещё на несколько запоров заперта. Но я даже не почувствовал этого. Вот что значит — инстинкт самосохранения. Вот когда я понял, что жить люблю. Ворвались мы в квартирку, бабку какую-то выпихнули на площадку, где её пулей свалили, и, поливая огнём двери, бросились к окнам. На наше счастье — никто такой ход событий не предусмотрел, и окна не прикрыли. Выскочили мы, да через забор, на котором один из наших повис.

Бросились по улице, пока уходили, гранату в нас кинули из-за забора. Ещё одного мы оставили. Ушли я, да Колька Блин. Повезло. Пробежали дворами, хорошо, что на место за день до этого съездили. И Колька молодец, он всегда всё облазит, осмотрит, отходы разные обдумает. Я с него до этого случая смеялся. а потом только уважать стал. Он и теперь всё разрабатывает, что касается отходов, осмотров, запасных вариантов. Он — голова. И спокойный. Не то что этот придурок Костыль, от которого одна радость, что всю грязную работу он делает.

А тогда мы с Колькой долго бежали. Только он знал, где и куда мы несёмся. Оружие он заставил выбросить. И тоже хорошо, потому как остановили нас менты минут через сорок. Мы выбежали на них из-за поворота, едва с ног не сбили. Хорошо, Колька сообразил, стал руками размахивать, что автобус ушёл, увидел остановку рядом. Вроде как туда мы бежали. Менты поверили, но от обиды и гонора, как же, едва с ног их не сбили, стали документы проверять. А это мы — всегда пожалуйста! Никто из нас без кучи документов из дома не выходит. Школа.

Проверяют менты наши документы. я оглядываюсь затравленно, а Колька Блин стоит, рот затыкает. Смех его, дурака, разбирает. Я сперва подумал, что это у него нервное. Тут его мент сердито спрашивает, чего это, мол, гражданин смеётся над ними? Что он смешного в милиции нашёл?

А Блин и отвечает, что он ни в коем случае не над нашей доблестной милицией смеётся, он бы, мол, себе никогда такого не позволил, а смеётся он над тем, что знакомого увидел. И показывает на стенку позади милиционеров. А там, на стенке этой, плакатик висит, таких на всех стенах полно, я на них уже почти и внимание перестал обращать. Милиционеры спрашивают, что же там смешного. Он и отвечает, что тут написано голосуйте за таких-то, а сосед его пьяница известный и дурак. Вот хотя бы у меня спросить можно, я его тоже знаю.

Тут я пригляделся и едва не заплакал. Вот где, оказывается, мы этого мужика, которого в заложники должны были брать, видели!

Так оно потом и оказалось. Подставили нас как детей. И подгадали, сволочи, к самым выборам. Как же, как же. Налёт на кандидата такого-то, убиты телохранители. Нападали три группы. Получили достойный отпор. Вот так останавливают бандитов. И убиты не какие-то неизвестные люди, а бандиты, которые числятся во всех милицейских досье.

Хотел было Зуб устроить месть, налёт на офис этого деятеля, но ему откуда-то шикнули и он увял. А мы тоже особо не выступали. Деньги заплатили исправно. Даже доля убитых нам досталась. Чего опять под пули лезть? Тем более, что спустя короткое время заплатили ещё, так что как мы с Колькой поняли, откупился этот кандидат за свою шутку, которая стоила жизней и его и нашим людям. Вот они, политики сраные. Им чужие жизни до фени.

Вот и опять Зуб какую-то бодягу затеял, чует моё сердце. И Блин то же самое говорит. Так что надо будет сегодня настороже быть. Как бы опять на какой сюрприз не нарваться. Не иначе как Зуб заказ «втёмную» получил, гад, и не признаётся. Помнит тоже про прошлый год.

Долго ещё этот будет с машиной колдовать? Мы так отдохнуть не успеем.

Костыль, сволочь, всё его выходки. Дождётся, гад, сверну я ему голову набок. Надоел, подонок. Цепляется ко всем, а сам сопля соплёй. Драться и то по-мужски не умеет. Смелый, когда в стае, или ножом в спину ткнуть. Вот тут он герой. И с таким дерьмом работать приходится.

Всё, кажется, закончили. Пойдём теперь домой, перекусим, да обсудим что и как. Ещё и Костыля с Губой придётся ждать. Как ещё там у них? Что с Костылём? Если и он вылетит — совсем плохо. Тогда уже точно надо будет Зубу звонить, двоих мы не сможем заменить. А менять расчёты — не дело, людей и так мало. Даже подготовиться как следует времени не было, хотя бы день на подготовку, да осмотреться как следует.

Ну всё, закончил с машиной наш «крестник». Можно и на хату. Пора бы Костылю появиться. Время-то идёт, а надо ещё согласовать кое-что.

Николай Андреев, по прозвищу «Блин»

Москва, Зачатьевский переулок, дом 4 квартира 6

Пятница, 27 февраля. 2 часа 10 минут

А мужик этот ничего, молодцом держится, понятное дело, повидал виды. Да и чего ему бояться? Раз сразу не порешили, значит должен был сообразить, что нужен он нам. А куда нам теперь без него? В восемь утра мы должны быть на месте, осталось всего ничего — меньше шести часов. Сейчас будем спать устраиваться. Всё обсудили, план ясен и понятен. Хотя, блин, что-то Слон нервничает. Совсем чуть-чуть, но я-то вижу. Я и сам тоже не прыгаю от радости по поводу сегодняшнего.

И всё же, что-то темнит Зуб. Дело с виду — проще простого. В самом деле, сколько мы, блин, таких дел провернули? Нашёлся посредник, вывел на клиента, заказали похищение. Бабу надо взять, жена какого-то коммерсанта, получить выкуп и поделить бабки по установленному тарифу. Плюс аванс. И информация в таких случаях бывает подробнейшей, и времени на операцию и на подготовку хватает. А тут все бегом и наспех. Как бы опять не вышло, как, блин, с тем депутатом в прошлом году. Слон наверняка про него вспомнил. Ещё бы такое забыть! А вот Зуб не хочет помнить уроки.

Конечно, под пулями не он стоять будет. Чего ему потеть? Он часть аванса уже получил. Нет, надо с этими ворами завязывать. Хотя, как говорил Слон, вход сюда копейка, а выход — жизнь.

А жизнь получается собачья при таких раскладах. И выхода не видать. Как ещё Валера себя завтра поведёт. Не подвёл бы новенький. Ну да ничего, за ним Губа присмотрит. Правая рука у него в гипсе, сломал ему этот бугай руку, двойной перелом. И рёбра поломал. Но это не страшно. Посидит за спиной у новенького, подержит его под стволом, мало ли что. Вдруг он покататься захочет. пока мы бабу эту брать будем.

Хреново то, что место паскудное. Дома престижные, внутри охрана и машину так просто не припаркуешь, придётся в стык подъезжать. И осмотреться толком не удалось. Там не очень-то, блин, покрутишься Ладно, надо ложиться. Валеру Слон к себе наручниками приковал, блин, так что ему деваться некуда, со Слоном на спине далеко не уйдёшь. Губа уже спит, ему как видно, успокоительное вкатили. Лишь бы утром прочухался.

А вот Костыль, падла, никак не уснёт. За ним глаз да глаз завтра нужен. Он весь взвинченный. Челюсть ему на какие-то скобки поставили.

Чёрт знает на что похож, как марсианин, блин, с этими прибамбасами вокруг головы. Он этого Валерке никогда не простит. Костыль, блин, злопамятный, даже когда сам виноват он до конца жизни будет любую обиду помнить. Впрочем, надо сначала дело сделать, а там посмотрим. Потом пускай выясняют сами отношения. А Валерка — ничего мужик.

Профессионал! Тут уж никуда не денешься. С таким можно любые дела делать. Как он нас по переходу покидал? Как детей, блин.

Всё. Спать. Иначе утром буду как варёный…

И спал я, не видя снов, до самого перезвона трёх будильников, которые привык ставить на ночь после одного дурацкого случая в начале «карьеры», когда мы со Слоном крепко поддали накануне одного выезда и проспали трезвон будильника. Хорошо ещё, что дело было копеечное, и была возможность исправить ошибку. Но с тех пор мы всегда ставили три будильника для страховки. Вот на этот перезвон мы и проснулись.

Проснулись и поехали.

Василий Скоков, сотрудник охранного бюро «Щит»

Москва, Ярославское шоссе, дом 85, подъезд,

пост внутренней охраны здания

Пятница, 27 февраля. 7 часов 55 минут утра

Ещё часок — и баста, можно идти спать домой. Повезло мне с работой. Дядька молоток! А я ещё упрямился, хотел торговать идти. Очень мне это надо было. Летом хорошо, тепло, а зимой каково? Андрюшка вон пошёл, ну и что? Я поначалу завидовал, всё время у него бабки водились в карманах. А потом что? Купил товар неходовой, взял кредит, отдать вовремя не смог, пришлось тачку продать. Ещё легко отделался. Теперь и без работы, и без машины, и денег нет. И делать ничего толком не умеет. Тоже как я из армии только пришёл. Ходит теперь, повсюду тычется, работу ищет. А поди найди. Вроде и работы предлагают навалом, а как до дела доходит — один воздух.