Золотой мальчик - Виктор Меньшов

— Подробнее особо нечего рассказывать, — пожал я плечами. — Повоевал в Средней Азии по найму, заработал ещё одну дырку, потом взяли тут в Москве в телохранители к одному новому русскому, ничего работка была. А потом его не стало, и я сдуру подписался в Чечню поехать.

— А чего не стало хозяина? — заинтересовался верзила, которого называли Слоном. — Грохнули, что ли?

— Да нет, налоговая на него наехала, забрали в Бутырку.

— Ну и что дальше?

— А дальше получил ещё одну дырку. И всё, что заработал, да отложил на чёрный день — всё на лечение ушло. Старые болячки дали о себе знать. А здоровье нынче, сами знаете, дорогого стоит. Ну вот. А потом — пил. Пропил всё — и семью и квартиру, попался молодчикам вроде вас. Хотел продать, купить меньшую, да остался и без денег и без квартиры. Как ребёнка меня сделали.

— Мы квартирами не занимаемся, — сморщился Слон. — У нас другой бизнес. И ты нам поможешь.

— Я по вашей специальности не работаю, — сплюнул я ему под ноги.

И заработал в рыло. Зря я, конечно, выступаю. Тут не кино. Зрителей нет. И как я помру — героически, или на коленях ползая — всем до лампочки.

— Ты вот что — я тебя тут уговаривать не буду, — завёлся Слон. — Или ты уходишь отсюда с нами, и делаешь то, что тебе скажут. Либо остаёшься тут в виде трупа.

— Хватит в Матросова играть и голой грудью на амбразуру бросаться, посоветовал мне сочувствующий малость Блин. — Дело тебе предлагают — пару пустяков, а бабки заработаешь и жив останешься.

— Ну да, — подумал я. — Это, смотря какое дело. Так вы меня и оставите в живых.

А вслух спросил только:

— Что за дело, и сколько платите?

— Твоё дело — отвезти нас на место, а потом увезти куда скажем. Понял? — хлопнул меня по плечу Блин.

— Я должен знать, куда поедем заранее. Хотя бы направление. Как я понимаю — может быть погоня, тогда спрашивать будет некогда.

— Это мы подумаем, — пообещал Слон. — Ты что решил?

— А что я могу решить? Помирать нам рановато.

— Ладно, годится, тогда валим отсюда. Где Губа?

Их приятель стоял у выхода, прислонясь к стене. Мы всей гурьбой направились к нему. Сзади дышал со свистом Костыль. В спине у меня дымилась дыра, прожжённая его взглядом.

— Губа, машина далеко? — тронул приятеля за плечо Слон.

— Я её в гараж загнал, который мы сняли. Ключи у меня в кармане, только я достать не могу, сам возьми.

Он был совсем плох. Я знал в этом толк.

— Его в больницу желательно, — подал я осторожно голос.

— Тебя бы, падла, в больницу, — ткнул меня в спину Костыль — А лучше всего — в морг.

— Я на вас не нападал, — стараясь сохранить спокойствие ответил я, как можно более равнодушно, хотя и чесались у меня кулаки засветить этому Костылю.

Слон вытащил у Губы из кармана ключи и потащил его самого вверх по лестнице почти без усилий. Здоров мужик.

Наверху мы остановились возле перехода. Слон отвёл Губу в сторонку и помог ему поймать машину. Коротко переговорив с водителем и заплатив ему, как я разглядел, солидные деньги, он свистнул Костылю и велел ехать вместе с Губой. Что-то пошептал ему, запихнул в машину, захлопнул дверцу и вернулся к нам.

— Всё, пошли в гараж, а потом на хату. Надо ещё собраться. Выспаться уже не успеем. Попался ты нам на нашу голову.

— Это ещё кто кому на голову, — возмутился я.

Очень мне нужны были эти приключения. Мужики, видать, серьёзные, а такую глупость спороли. Я же их не трогал.

Слон промолчал, Блин слегка ткнул меня в бок, чтобы я не очень пасть разевал, что я и постарался сделать. Мы пошли по пустынной Остоженке и возле бывшего Зачатьевского монастыря, вернее, его остатков, свернули. Возле одного из домов в скверике стоял кирпичный гараж, в нём оказался джип, про который меня спрашивали. Я осмотрел его, провозившись минут сорок. Проверил всё, что можно. Мои провожатые попробовали было ворчать, но я ответил спокойно:

— Я, знаете, не люблю неожиданностей, поэтому в истории вроде как вы со мной, не попадаю. Как я понимаю, если мы встанем посреди дороги, всем будет очень и очень плохо. А мне бы этого не хотелось, вам, мне кажется, тоже.

Антон Круглов, по прозвищу «Слон»

Москва, гараж в Зачатьевском переулке,

Пятница, 27 февраля, 1 час 20 минут

Он, дурень, думает, что этого нам хотелось бы. Шустрый мужик, шустрый. Да мы и не таких видали. Знал бы он, что его сегодня ждёт. Впрочем, мужик тёртый, стреляный. Не испугается. Не должен. К тому же воевал за бабки, как и мы, шкурой за деньги рисковал. Правильно я с ним решил. А без водилы мы куда? Без водилы нам кранты. Всё по человеку расписано. Конечно, рискуем, мужик незнакомый. Но если Зуб узнает, что мы накануне дела в такую дурацкую заваруху влипли, он нас отправит по фирмам деньги собирать. Опять по этим подвалам лазить, по бомбоубежищам, деньги выколачивать из сквалыг. Ну уж нет. Дудки! Три года этим занимался. Насточертели мне эти киоски, рынки, склады вонючие. Ставишь человека на счётчик за рупь вонючий, а он тебя убить готов. И хрен его знает, может, у него и вправду нет денег. А кого колышет? Тебе велено принести — неси. А уж как эти деньги выколачиваются лучше не вспоминать.

Это такие больные вроде Костыля любят, а мне так лучше что покруче. Пускай риска побольше, но и денег побольше и грязи немного поменьше. Хотя…

А кто меня заставлял этим заниматься? Теперь всё. Теперь никто не отпустит. Ну чего он там так долго возится? Впрочем, пускай. Выспаться уже не успеем. Хотя поспать бы не мешало, не стакан семечек отбирать идём. И Зуб, сука, что-то не договаривает. Непонятное дело. Спрашивать, конечно, не полагается, но я спросил. И как Зуб окрысился! А чего такого? Мы же под пули идём. Имею я право на дополнительную информацию? Я же не спрашивал кто заказчик. Надо так понимать, что полной информации у него самого нет. Поэтому он и не договаривает. Как бы нас завтра сюрпризы не ждали. Только бы не вляпаться, как в прошлом году.

Тогда тоже Зуб прокололся. Вышли на него какие-то молодчики со срочным заказом. И, главное, без рекомендаций. Кто, что, откуда — непонятно. Ясное дело — надо было отказаться. В таких случая подписаться — себе дороже. Но Зуб — он жадный. Воры все жадные. Они только играют широкие натуры, на людях любят пыль пустить. А если без понтов — то они жадные, как крысы. И трусливые. Привыкли из-за спин командовать. Если разобраться — кто такие эти воры в законе? Да большинство из них под пулями ни разу не стояло. В современных условиях живут старыми законами, чужими руками жар гребут. Как тогда.

Говорили Зубу, что дело нечистое. А он своё — "двойной тариф", мол, даром не платят. Да сейчас денег у людей столько, что могут и тройной отстегнуть. А ему что? Не самому идти. И нас уговаривал, что всё будет тип-топ. Охраны всего два телохранителя, водитель, и всё. Взять человека, что на фотке, и продержать два дня, вернуть без выкупа. Всё уже оплачено. Таким образом, уверял он, риск минимальный. Мы-то сразу усомнились: как это так — столько платят, да ещё и без выкупа? Но велено — велено.

Отрядил на это дело Зуб сразу три группы. Такое редко бывало, словно банк грабить. Видать, сам чувствовал, паскуда, что что-то не так. Готовились мы тщательно. Да как за день подготовишься? Съездили на место, посмотрели: что и как. Дом так себе, средненький. Кого там брать в таком доме? Ни хрена непонятно. Но осмотрелись. Машин вокруг полно на стоянке. Засаду легко устроить. Всё распределили, а на душе неспокойно. И другие группы тоже как-то суетятся. Я со старшими поговорил. Фотка мне знакомой показалась. Впрочем, как ни вертели мы её, так и не вспомнили, хотя ещё кто-то сказал, что мужика этого где-то видел. Впрочем, если бизнесмен — не удивительно. Их где только сейчас не показывают, и в газетах, и по ящику. Мудрено было не увидеть. Поскольку дело казалось стрёмным, решили брать клиента жёстко, без сантиментов.

Так всё и начали. Только вышел клиент из подъезда с телохранителями сзади и спереди, как их тут же уложили в упор. Водителя, который стоял, дверцу открыв, тоже наповал. Всё делалось на упреждение. Мы бросились брать клиента, это нас и спасло. Потому что группу прикрытия расстреляли прямо в машине, даже пальнуть никто из них не успел. Из машины просто сито сделали. Стреляли со всех сторон, из всех машин на стоянке. Нас вычислили и пасли заранее. Из второй нашей машины, которая расстреляла телохранителей, успели выскочить ребята, да толку что? Их так же положили. Брать никого не собирались. Это стало сразу ясно. Били на поражение. Во вторую машину даже из гранатомёта влепили. Нас спасло то, что мы бросились не к машине, которую тоже расстреляли вместе с водилой, а в подъезд.

Куда делся клиент, мы не видели, да нам и наплевать было. Вокруг такой ад творился, что мы думали только о том, как бы уцелеть. Если бы мы могли мы бы сдались. Но я видел, как наш водила выскочил из расстреливаемой машины с поднятыми руками и упал, сбитый очередями. В него лежащего продолжали стрелять.