Проблема всей жизни - Роман Никитин

Пришли. Конец на кнехт, команду на берег.

Только "разной" девчонки, свободно овладевающей любым языком того, кто ей нравится, мне и не хватало. Наверняка это чертов правительственный эксперимент по какому-нибудь там внутриутробному обучению супервундеркиндов. А то и генетические опыты. А я вляпался в историю с одним из сбежавших образцов.

Теперь понятно, что это за серьезные ребята на спортивной машине. Ну не Триада, конечно. Просто какая-то бандитская контора, нанятая на поиски исчезнувшего объекта.

Тридцать три утки тебе в турбину, Кирилл Уайт! Вот уж не везет так не везет!

— Не бойся, — раздалось из щели. — Увези меня с острова, и тебе нечего будет бояться. Тебе никто не будет страшен, Кирилл.

— Это говорит малолетняя китаянка, которую ищут наемные убийцы? — я попытался пошутить. Но ответ заставил от наигранного веселья тут же перейти к не наигранному страху.

— Это говорю я. Я не девочка, Кирилл. Вывези меня с острова, и я все объясню. Сейчас не могу. Давит… гнет… ломает. Вывези меня, прошу!

Не знаю уж, что больше меня шокировало — признание, что девчонка вовсе не девочка (вот понимай как хочешь!), или то, что это нечто очень хочет покинуть остров. Видимо, мое лицо было настолько красноречивым, что Проблема испугалась. Больше я не слышал от нее ни слова. Что бы ни спрашивал, на каком бы языке не говорил.

Девчонка замолчала. Я снова откинулся спиной на контейнер.

— Ну что, есть результаты?

Женя подошел к контейнеру и присел на корточки, стараясь разглядеть Проблему. Я отодвинулся.

— Не хочет вылезать по-хорошему?

Я не знал что ответить. Ясно, что очень даже хочет. Но вряд ли хочет выходить к кому-то, кроме меня. И то, при условии что я вывезу ее с острова. Сказать об этом таможеннику или не надо? Рассказать о том, что до этого щебетавшая на китайском беловолосая мелюзга за пару секунд выучила в совершенстве русский — наряду с китайским один из сложнейших языков планеты?

— Молодец, Кирилл, хорошая работа. Куда ты ее дел? Давай, показывай… хочу хоть взглянуть на чертовку.

Я повернулся к таможеннику.

— Не понял….

— Спрашиваю, где девчонка?

— Где и была. Внутри.

Таможенник посмотрел на меня очень серьезно. После этого медленно, чуть ли не по слогам произнес:

— Так никого нет. Смотри сам.

Я забрал у офицера небольшой фонарь-авторучку и посветил в щель между контейнерами. Абсолютно пусто.

И вот здесь мне стало страшно по-настоящему.

-

Глава 3. Хлопоты без Проблемы

— Кирилл, после допроса зайди ко мне. Обязательно. Как найти помнишь?

Я кивнул.

Женя тоже кивнул и, заприметив открывающуюся дверь, тут же развернулся ко мне спиной.

— Мистер Уайт, прошу вас.

Холеный европеец в отличном костюме от дорогого портного. Явно штучная работа, не "от кутюр". На носу очки (и это двадцать втором-то веке!) в тонкой металлической оправе, оптика-хамелеон, "Рей Бэн" и все дела.

Классический холуй-европеоид на службе у китайского правительства. А может быть, чем черт не шутит, и глубокую ревизуализированный китаец. Только высоковат для поднебесника, явно за метр восемьдесят.

Я прошел в кабинет.

Кроме холуя, еще два человека. Конечно, уже местные, узкоглазые.

За небольшим письменным столом, руки на сенсорах тайп-машины, стенографист. Будет протоколировать показания — в Поднебесной до сих пор любой допрос должен быть запротоколирован в текстовом виде. Видео и аудио к доказательной базе относят, но без протокола допрос вещественной силы не имеет. Странный ретроградский обычай. Уж если аудио-видеомонтаж сделать не проблема, то протокол подделать — пара пустяков.

За столом побольше — собственно дознаватель-федерал. Явно с континента. За три года челночных мотаний между материком и Тайванем я научился отличать коренных китайцев от островных. Этот из коренных. Судя по прищуру (если не делал пластических операций), откуда-то с северо-востока.

— Присаживайтесь, господин Уайт, — холуй услужливо подвинул мне стул. Я присел.

— У нас к вам немного вопросов, — начал дознаватель. — И конечно же ни одного обвинения.

Китаец вежливо улыбнулся, как это умеют только уверенные в собственном превосходстве азиаты — аж в морду дать захотелось.

— Первый вопрос: вы подтверждаете, что господин Стрилинг вышел из комнаты отдыха персонала дока не один, а в сопровождении безымянной девочки-азиатки, со светлыми волосами, рост около сто сорока пяти сантиметров?

— Да. Капитан вышел с ней.

— Вы не заметили, куда они направились?

— Нет. Я смотрел мультики.

— То есть ТВ.

— Да, ТВ.

— А мультфильмы были продублированы английскими или русскими субтитрами или звуковыми дорожками?

— Нет.

— Вам интересно смотреть мультфильмы без дубляжа?

— Да.

— Прошу прощения, я отвлекся, — китаец снова улыбнулся.

Слева еле слышно шелестела тайп-машина. Холуй устроился на табурете возле двери.

— Ничего страшного, — я попытался улыбнуться той же монетой, но на дознавателей такие трюки не действуют. У них нервы из стальной проволоки и терпение объемом с Юпитер.

— Мистер Жень подтвердил, что во время убийства вы с ним осматривали груз и оформляли бумаги.

Почему-то все китайцы по-прежнему называют документы бумагами. Неважно на каком языке они говорят и не важно, что последний документ на бумаге я видел в музее делопроизводства. Тут же в Тайпее.

— Вы, конечно же, никуда не отлучались, пока мистер Жень вел досмотр грузового отсека вашего корабля? — как бы не очень интересуясь ответом спросил дознаватель.

— Я никуда не выходил из комнаты для персонала.

— Кхм… Интересно. То есть мистер Жень говорит неправду, когда уверяет, что все это время был рядом с вами?

— Он все это время был вместе со мной. И тоже никуда не выходил из комнаты для персонала. Там нас и застал офицер МП и представители муниципалитета Тайпея.

— Таким образом получается, что мистер Жень не осматривал корабль лично?

— Нет. Скорее всего, планировал осмотреть груз после того, как мы закончим с документами.

— Спасибо.

Дознаватель дал знак холую, тот вышел из кабинета.

Ну да, ну да. Знаем мы эти ваши гестаповские штучки. Хотите, чтобы я начал волноваться за Женю — ведь он грубо нарушил правила досмотра.

Фигу вам, господа. С таможенным инспектором, когда дело касается его служебных обязанностей, разбирается Таможенная служба. А никак не федеральные следователи. И хрен таможенники сдадут своего коллегу-офицера. Тем более такого как Женя.

— Вы готовы подтвердить, что привезенная вами из Тайпея девушка действительно скрылась до приезда федерального инспектора?

— Да.

— И вы не можете сказать, как и когда это произошло.

— Не могу. Я не заметил, как она выпрыгнула из щели между контейнерами.

Дознаватель замолчал, а я понял, что фраза насчет выпрыгивания была лишней. Ну ничего, это не та ошибка, за которую придется расплачиваться несколькими часами бессмысленных расспросов.

Дознаватель сделал еле заметное движение, словно пожимая плечами, и, особенно четко штампуя слова, поинтересовался:

— Вам известно, что на лобовом, заднем и двух боковых стеклах полицейского кара установлены видеокамеры, и они пишут картинку в круглосуточном режиме?

Я пожал плечами вполне открыто.

— Не известно, но вообще почему нет? Вполне разумно.

— Тогда как вы объясните, что камера, в зону видимости которой попала щель между контейнерами, не зафиксировала девушку, когда она, как вы говорите, выпрыгнула?

— Это вопрос не ко мне, — произнес я как можно спокойнее. — Пусть на него отвечают специалисты по видеонаблюдению.

— То есть вы не видели, как она выпрыгнула?

— Я сказал уже: я не заметил, как она выпрыгнула. Вообще, специально за ней не следил.

— Ваша поза была таковой, что если бы девушка задумала выбраться из щели, она бы обязательно задела либо ваше плечо, либо ногу. Потом вы просунули голову в щель, и почти до самого прихода инспектора не меняли позу. Когда снова сели спиной к контейнеру, рядом был инспектор Жень.

— Да, все верно.

— Так каким же образом девушка могла выбраться из щели?

— Я не знаю.

— Но вы уверяете, что она выпрыгнула?

— Я этого не говорил. Я лишь сказал, что…

— Достаточно. Допрос завершен. Вы свободны, мистер Уайт. Мистер Чжоу, распечатайте, пожалуйста, протокол.

Оператор тайп-машины оторвался от сенсоров, вытянул из машины распечатку и передал дознавателю. Тот пробежался глазами по пластику, в паре мест кивнул каким-то мыслям и протянул флекс мне.

— Ознакомьтесь и подпишите ваши показания.

Я бегло пролистал протокол. Очень аккуратно, как в хорошем сценарии, были записаны все произнесенные слова: мои и дознавателя. Даже проставлена длительность пауз между отдельными фразами.