Убить, чтобы жить. Польский офицер между советским молотом и нацистской наковальней - Стефан Газел

На фургоне, который стонал под тяжестью десяти здоровых мужчин, мы добрались до Фонтана. У нас опять закончился бензин, и только мы собрались бросить фургон, как у едущего перед нами автомобиля сломалась ось, и машину столкнули в канаву. Пассажиры взяли свои вещи и присоединились к потоку беженцев, а мы вылили бензин, оставшийся в баке брошенной машины. Бензина хватило нам до Вандома. Отсюда после недолгих споров мы решили двинуться в западном направлении на Ла-Флеш, Анже и дальше на Нант. Я был уверен, что в Анже находится в изгнании польское правительство, и считал, что там мы получим необходимую помощь. Если же правительство уехало из Анже, то я слышал, что туда часто заходят польские суда, и у них мы бы могли разжиться продуктами. В то время мы еще не думали об отъезде в Англию.

Из Вандома мы доехали до Ла-Флеша. В пути мы заправились горючим. Правда, владельцы бензоколонок без особого восторга заполняли бензобак нашего фургона. На отрезке Ла-Флеш – Анже движение часто прерывалось воздушными налетами.

Именно в Анже мы впервые признали возможность полного разгрома Франции и необходимость отправиться в Англию. Польские представительства уже эвакуировались; в Анже осталось только несколько младших клерков.

– Куда все подевались? – спросили мы.

– Полагаю, находятся в порту. Они отправились в Англию, – ответил чиновник.

– В Нанте стоят какие-нибудь польские суда? – поинтересовался я.

– Стояли, но сегодня они должны были отплыть. Вам лучше попытаться доехать до Бордо. По последним сообщениям, там находятся два польских грузовых судна.

Мы поинтересовались у него, не может ли он помочь нам деньгами, оружием и продуктами, чтобы мы смогли добраться до Бордо.

– Увы, мы ничем не можем вам помочь. Используйте собственную смекалку. Французы тоже не станут вам помогать. Большинство, похоже, не слишком довольны нашим присутствием в их стране. Они почему-то считают, что немцы будут помогать нам. Мы тоже собираемся уезжать отсюда. Будем продвигаться в южном направлении.

– А какие последние новости о немецком наступлении?

– Мы не получили свежих новостей. Примерно с час назад нам позвонили из Ле-Мана и сообщили, что немецкие танки вошли в город. Это невероятно, они не могли продвинуться так далеко. Если же дело обстоит именно так, они будут здесь не позднее завтрашнего дня.

– У вас нет хоть какого-нибудь оружия?

– Увы, нет даже револьвера.

– А вы не знаете какую-нибудь военную часть, где бы мы могли получить оружие? – спросил я. – Мне бы не хотелось опять попасть в руки немцев.

– В нескольких милях южнее располагается французский полк. Попытайтесь там достать оружие.

Мы пришли в указанное место, но там не оказалось никого, кто бы взял на себя ответственность выдать нам оружие. Нам объяснили, что на это требуется разрешение. В течение часа мы пытались убедить французов, но все было напрасно. Вечером появился французский майор и приказал нас арестовать. Мы незаконно завладели французским грузовиком, у нас нет никаких документов, значит, рассудил он, мы дезертиры. Нас заперли в казарме, а снаружи приставили часового.

Мы так устали за эти дни, что сразу заснули. Утром мы стали барабанить в дверь, требуя накормить нас. Никакой реакции. Мы опять стали стучать и кричать, но снаружи никто не отзывался. Выломав дверь, мы обнаружили, что в казарме никого нет. На флагштоке развевался белый флаг.

Из ворот за нами наблюдали несколько местных жителей, и мы спросили у них, что произошло.

– Немцы уже в Анже. Вам лучше уйти отсюда. Мы не хотим, чтобы les Boches[25] расстреляли нас только за то, что в казармах находятся les Polonais[26].

За то время, что мы отсутствовали, грузовик бесследно исчез. В караульном помещении висела связка ключей, и мы начали открывать все казармы в поисках оружия. Нам повезло. В одной из казарм мы нашли несколько сотен винтовок и около дюжины легких (ручных) пулеметов. Все оружие было еще в смазке. Я выбрал пулемет. Сташек набил патронами свои и мои карманы. Остальные взяли винтовки.

– Давайте проверим оружие в действии, – предложил Сташек.

Мы зарядили пулемет, и Сташек дал пулеметную очередь. С улицы раздался топот бегущих ног и громкие крики:

– Здесь les Boches!

Мы рассмеялись, и не потому, что умудрились посеять панику среди французов, а потому, что пулемет оказался в полной исправности. Наконец-то у нас было оружие.

После короткого совещания мы решили немедленно двинуться на юг через Бресюир и Ньор на Бордо, надеясь в пути обзавестись каким-нибудь транспортом. Улицы опустели. Мы шли по городу с винтовками на плече, и люди, завидев наше приближение, в спешке разбегались.

– Они думают, что мы немцы.

– Вот и отлично. Тем дольше они не решатся стрелять в нас.

– Нам нужен грузовик. Не стоит даже пытаться пешком дойти до Бордо, – заявил Сташек.

Мы ходили по улицам до тех пор, пока не наткнулись на стоявший у магазина грузовик, доверху забитый корзинами с овощами. Сташек вошел в магазин и по-французски сказал, что нам нужен их грузовик.

При нашем появлении трое мужчин, находившихся в магазине, подняли руки. Один тут же ответил:

– Jawohl[27].

– На улице стоит ваш грузовик? – продолжал Сташек.

– Jawohl.

– Мы можем его взять?

– Jawohl.

– Но в нем корзины. Вы можете их выгрузить?

– Jawohl.

Мужчины тут же вышли на улицу и стали поспешно разгружать грузовик.

Я обратил внимание, что один из них пристально изучает нас. Неожиданно он бросил корзину на землю и закричал:

– Это не Bodies! Это Polonais!

Теперь и остальные поставили корзины и с удивлением уставились на нас. Они обрушили на нас страшный поток ругательств. Тут же откуда ни возьмись появились еще французы и тоже стали всячески оскорблять нас.

– Стефан, скорее заводи машину! – закричал Сташек. – Все в грузовик, живее. Надо быстро уезжать.

Я двинулся к водительской кабине и тут увидел, что один из французов достал нож и собирается проткнуть шины. Сташек выстрелил в воздух. Все разбежались, я вскочил в кабину, завел машину и отъехал от магазина. Нам нужно было выбраться на дорогу, ведущую на юг, и мы какое-то время блуждали по городу, наводя панику среди французов, пока не выехали в нужном направлении. У нас была с собой карта, и мы поняли, что едем в Бресюир.

Через несколько километров мы остановились, чтобы обсудить дальнейшие действия. Страшно хотелось есть, а в грузовике остались только салат и капуста. Заметив с дороги ферму, мы решили купить там какие-нибудь продукты. Я съехал с дороги и понял, что у меня не работает сцепление. В грузовике нашлись только гаечный ключ и отвертка. Пришлось разобрать коробку передач, и это заняло у нас большую часть дня. Тем временем движение на дороге возросло. Если с утра мимо проезжали отдельные машины, то теперь густым потоком ехали грузовики, легковые машины, запряженные лошадьми телеги. Днем движение постепенно стихло, и дорога опустела.