Опальная бывшая Тёмного наместника - Эмили Гунн

искренне попросить прощения у тебя. Я и сам себя еще не извинил. Но оставлять всё так, незавершенным неправильно, Ася! Ты же видишь, что я стараюсь! И тебя тоже, тоже тянет ко мне.

- Тянет, - не стала я врать. – Но это телом. А душой… Ты вот сейчас смотришь на меня, и такое чувство, что спрашиваешь, как поступить, чтобы я передумала, - вылетело из меня внезапно то, что крутилось в голове.

- Д-да, - потерянно глянул на меня Василиск. – Да! Скажи. Подскажи, как удержать тебя??

И какая-то червивая часть меня захотела ляпнуть: «Можешь начать уже умолять». Захотела повторить то, что услышала я сама от Амтомаса, когда так же мучалась почти в идентичной ситуации.

Но я не была Василиском. Как и не была той, что получила бы удовольствие от реванша.

И я не сказала. Не произнесла вслух то, что, по-моему мнению, еще раз продемонстрировало бы тунлиссу, как сильно он ранил меня тогда.

Пусть не знает, что я почти слово в слово помню всё, чем он «бил» меня наотмашь, не жалея пренебрежительности в интонациях.

И всё же Амтомас догадался. Видно, в моем взгляде было нечто такое, что заставило его дернуться. Отшатнуться как от удара. И мне почудилось, что и он вспомнил всё то, что я могла бы сейчас вернуть ему.

- Что мне… что мне теперь делать? – разбито спросил вдруг Василиск.

- Просто дай мне уйти сейчас, - отвела я взгляд, чтобы он не прочел там больше того, что я могла позволить.

Амтомас не ответил. Он молча отстранился и освободил мне дорогу.

- Ася! – но окликнул, когда я взялась за ручку двери.

Я замерла в ожидании новой атаки нетрогающих меня извинений.

Однако Амтомас сказал другое:

- А за что ты говорила «спасибо»? – спросил он затихшим голосом.

- За то, что вернул мне себя, - ответила, не оборачиваясь. – Ты сохранил тогда свою звериную ипостась. А от меня как будто кусок отрезало. И только сегодня я вновь почувствовала, что цела. Не потому, что ты разузнал правду. Или просил прощения. А потому что сейчас я знаю – всё, что ты тогда говорил, неправда.

М-да, я всё-таки не выдержала и выдала Амтомасу всё, что меня терзало. Но, если мне от этого стало легче, то почему бы нет? – размышляла я по дороге в лечебницу, удобно устроившись на сиденье экипажа.

Глава 31.

Возничий догнал меня уже у самого выхода из-под купола защитной магии. Это наместник велел ему отвезти меня. Отказываться было бы глупостью, и я уселась в предоставленную карету.

Пускай опасность эльфийских нападений рассеялась, но пройдут дни, пока Светлые лорды убедятся, что Десницы у меня точно нет.

Вероятно, сначала решат, что артефакт я оставила у Амтомаса. Может, даже будут некоторое время давить на него, считая, что мы близки.

И только спустя дни их шпионы ошеломят своих лордов известием: Десницу увёз миздер третий лишний - Дракон Торин...

В клинику заходила в легкой трясучке. Понятно, что ее очистили от врагов и следов сражения, но мою вину перед хозяином дома никто не оттирал со стен.

Как он? Что там с Максхером? Амтомас будто намеренно не обмолвился и словом о состоянии вервольфа.

Но здание меня встретило безмолвием. Пациентов не было. Что объяснимо.

Разумеется, весь город в курсе, что в лечебницах творилось ночью. Не удивлюсь, если ретивые родственники даже лежачий больных вынесли из палат.

Однако тишина в коридорах так давила на нервы, что по мне судорога прокатывала после каждого раза, как я отпирала дверь в следующую пустующую комнату.

Как вдруг меня оглушило шумом в конце коридора. Там что-то с грохотом упало и покатилось, заставив меня подорваться с места.

Причем сначала подальше от стука. А через секунду, когда инстинкты затихли и во мне проснулся спасатель – уже обратно. В направлении трезвона.

Только когда я вошла в комнату, где шумели и шуршали, стало ясно, что спасать никого не нужно.

Разве что портрет Альфы Теней, который не желал запихиваться в распахнутый чемодан. Что абсолютно не устраивало сопевшего и фырчащего Максхера.

Композицию дополняли неаккуратно собранный саквояж, разбросанные по полу свитки вперемешку с носками и носовыми батистовыми платочками, а также непригодные куски лекарских артефактов.

- Ты уезжаешь? – спросила я вместо всего, что готовилась сказать и объяснить.

- Да, - на миг удивленно подняв на меня невидящий взор, продолжил вервольф упаковываться.

- Надолго? – озадачил меня такой лаконичный ответ.

Хотя это было бы вполне в духе Максхера, ни с того, ни с сего подорваться с места и переехать за тридевять земель, бросив всё и вся.

- Да. То есть нет, - почесал он затылок, взъерошив роскошные пряди. – Я не собираюсь вообще возвращаться, - припечатал вдруг оборотень, как ни в чем не бывало подняв с нижней полки какие-то металлические пластины и сунув их в кармашек чемодана.

Оттуда жалобно звякнуло что-то, но принудительно сдвинулось, пропуская новую партию максхеровского скарба.

- А как же лечебница? – сглотнула, привалившись к дверному косяку.

«Неужели он закроет клинику?! А я? Обо мне снова никто не подумал», - почувствовала я разбитость во всем теле.

Как же я устала! Только ведь приняла решение остаться и продолжить жить как прежде, невзирая на всё учиненное двуликими самодурами вокруг!

А теперь что? Всё-таки переезд?

А я даже не знаю, где еще можно устроиться в смежных мирах. Разве что в Академию поступать, но…

- Не-е, не советую, - выяснилось, что последнюю мысль я брякнула вслух. – На Амарезе целительского факультета нет, как такового. Только фельдшеры и санитары выпускаются. Иначе сюда не набирали бы лекарей со всей Вселенной, - пояснил Максхер свои возражения. – В Академию Аркоириса тоже не стоит подавать заявку. В качестве аргумента скажу, их лучший выпускник-лекарь я! – самокритично выдал он. – Зато там жесткий отбор на Боевом факультете. И я, как высший чин тайной канцелярии, как раз собираюсь поехать туда, чтоб преподавать адептам основы боевой магии.

- Тайной… - пробормотала я. – Ты всё-таки шпион, да? Тебя на Амарез неспроста направили. А лечебница была лишь прикрытием? Ах, ты… мохнатый засланец! – заулыбалась я.

- Я верноподданный своего Альфы, - усмехнулся Максхер, и наши глаза наконец встретились в лукавом взаимопонимании. – Всегда им был. И останусь. А Амарез… Знаешь, тут такое болото прохиндеев со всех