Двуединая монархия. В Великой войне 14 года - Алексей Николаевич Кукушкин

и самодвижущимися минами кораблей подводных, откуда пока жирные торговые транспорты не осознают той опасности что ждет из пучины морской чтобы забрать из себе, как дорогую игрушку.

Предвкушение рождества

2 декабря, среда. Эрцгерцог Карл I проснулся сегодня морозным утром в отличном расположении духа, и поспешил после всех необходимых процедур в свой кабинет, осмотреть карту военных действий, чтобы было что доложить императору. Четырнадцатый год заканчивался, причем у каждой из воюющих стран было свое летоисчисление от значимого события в жизни страны, что в принципе то и логично. В мире Германии таким годом стал 1888, когда сдал позиции Вильгельм I, не состоялось правление императора Фридриха III известного в во всей восточной Пруссии/России[105] как император Александр III в связи со смертью и англичане поставили своего Николая II. Причем в Англии в это время шел 1894 год, или на шесть лет впереди германцев, а стал позади тоже на шесть.

Kaiser Friedrich III и Император Всероссийский Александр III.

На фронтах, как уже уловить взглядом Карл I произошла победа над русскими под Коростенем с уничтожением 3500 солдат неприятеля и потерей 1500 собственных, что говорило в первую очередь о превосходстве австро-венгерских войск в артиллерии, а также расчленением Греции 54-й германской резервной дивизией на две части: Кавала-Салоники с шестью соединениями и все остальное с девятью дивизиями. Оттоманы все грозили высадить десант на Кипре, и тем самым держали англичан в напряжении, ну а Рудольф Монтекукколи делал то, что умел лучше всего, а именно шел на перехват английского конвоя с частями 1-й британской дивизии, и её потопление будет вишенкой на торте, в боевых действиях 14-го года.

3 декабря, четверг.

«Героями не рождаются, героями становятся, – с такими словами Фридрих Австрийский вошел в кабинет штабистов при Русском фронте и обнял Конрада Хётцендорфа, – Ваши успехи под Коростенем и Винницей в которых уничтожены до 11 тысяч солдат противника, против наших потерь в 5 тысяч солдат, стоят вровень с Германским окружением до 100 тысяч солдат русских в Лиепае, а также рассечением Греции силами всего одной 54-й резервной дивизии, и почти взятием Карса[106] силами 4-й и 17-й дивизий германской армии при поддержке пяти оттоманских соединений.

– Удар мы нанесли, но наши пальцы оказались в данный момент растопырены, враг может атаковать в любом месте: Луцк, Сарны, Новоград-Волынский, откуда уже выбили 2-ю армию фон Паара, но она туда возвращается.

– В нашем огромном арсенале технических средств есть приспособление, – улыбнулся Фридрих Австрийский, – я уже отдал приказ произвести сотню подобных установок, которые Вы поставите на все опасные участки, и враг обломает себе зубы и понесет потери».

Броневая каретка Шумана (Броня борта 10-мм, купола 40-мм, вооружение 5-см/24-калиберная пушка с дальностью стрельбы 3 км.)

– Отличная идея, – Конрад будто обрел крылья, – я смогу снять с северного фаса до восьми дивизий и возьму с их помощью Киев, и блестяще закончить кампанию этого 14-го года, от воцарения Вильгельма 2-го.

– По мере подхода броневых кареток и снимайте войска, и немедля перекидывайте их все под Киев, чтобы было о чем доложить императору, так как он сильно торопит, может предчувствует чего, и хочет побыстрее основать Украину, а значит расколоть Российскую империю на две части и таким образом победоносно окончить войну!

8 декабря, вторник. Рудольф Монтекукколи сжал рукой поручень своего флагманского линкора «Вирибус Унитис», с которым прошел всю эту вторую часть 14-го года в поисках противника, и удача его не покинула. Получив с дирижабля три дня назад донесение, что адмирал Па́кенем со своими коптящими небо кораблями находиться в Восточной части Средиземного моря, адмирал вывел свой флот из Сиракуз, куда австрийцы зашли пополнить припасы, и пройдя через позиции французских субмарин, не решавших приблизиться на своих керосиновых моторах, и привел свой флот к Бизерте, где тут как тут оказались английские и французские транспортные корабли.

Огонь артиллерии, рассредоточение противника, взрывы, лягание гильз, и вот уже то один, то второй транспорты тонут, а из них выпадают в холодное декабрьское море люди, бойцы 1-й пехотной дивизии, рассчитывавшие отбросить войска центральных держав от Суэцкого канала, а теперь сами барахтающиеся в ледяной воде. Им обещали легкую прогулку, предыдущие потери были строго-настрого засекречены, и правда жизни захлестнула их и тянула на дно вместе с обмундированием и снаряжением. Орудия и шанцевый инструмент шли на дно вместе с транспортами. Люди пытались спастись, но их давило бортами опрокидывающихся кораблей, затягивало в водовороты от ухода крупных корпусов на дно, било австрийскими снарядами, заливало волнами, и вся обстановка противилась любой жизни в этих водах, и всячески планировало прервать её. Было ли жалко Рудольфу этих несчастных? Конечно, да, люди, выбросившиеся из транспортов полностью беззащитны, но военная целесообразность говорила о том, что дойди солдаты противника до Александрии и войди снова в подразделения, то они бы били штыками и прикладами, стреляли одиночными и залпами, минировали, подрывали, кидали гранаты, стреляли из пистолетов и револьверов, всячески мастерски уничтожая солдат оси. И откинув противника от канала, открыв эту мировую артерию, вновь бы наполнили британские закрома запасами и припасами из Индии, Австралии и других территорий. «Поэтому лучше вырезать и утопить гнойник сейчас, нежели дать болезни распространиться на весь Египет, – решил Рудольф и отправил эсминцы во все стороны, проверить ни один ли транспорт не сбежал с батальоном – двумя. Которые могут оказаться соломинкой на хребте верблюда, переламывающей хребет, успей попасть в место назначения и пройдя краткий курс боевого слаживания и тактики на местности, а также обучению взаимодействия с артиллерией. «Все надо делать старательно, – адмирал знал, что думал и говорил, – каждое наше действие, поступок и мысль в настоящем определяют по какому вектору мы пойдем в будущем, а также в каком физическом и психическом состоянии мы туда придем и что нас там ждет».

9 декабря, среда. Поддавшись азарту легкой победы, Рудольф Монтекукколи во главе своей эскадры, решил пройти западнее вдоль Алжира, там по донесениям разведки маячили корабли английского адмирала Джерома, броненосец «Триумф» с расстрелянными после Цусимы стволами, тяжелые крейсера «Хэмпшир» и «Минотавр», а также легкий «Ньюкасл», а также французские корабли контр-адмирала Гуедона, поднявшего свой флаг на линейном корабле «Франция» в окружении десятка эскадренных миноносцев. Но тут судьба показала весь свой оскал. В погоню за прославленным австрийским адмиралом посланы не только французские дредноуты «Курбе», «Жан Бар», но и преддредноуты типа