Двуединая монархия. В Великой войне 14 года - Алексей Николаевич Кукушкин

class="p1">21 декабря, понедельник. Рудольф Монтекукколи во главе всего австро-венгерского флота, после потопления французского линкора «Франс» и шести эсминцев, а это почти эскадра прибыл в Триполи, где стояла на якорях эскадра адмирала Фаравелли. Побывавшие в бою австрийцы вызвали бурю восторгов у союзников, которые стояли здесь на ремонте. Австрийские офицеры видели в полной исправности броненосцы: «Регина Маргарита», «Рома», «Сардиния», старичок «Дандоло», броненосный крейсер «Амальфи», «Марко Поло» и «Карло Альберто», плюс десяток миноносцев. Эти корабли хоть сейчас посылай в бой, но они терялись на фоне остальных. Броненосец «Неаполь» получил расширенные повреждения надстроек и мачт, хотя вся артиллерия, броня и машины с котлами были в порядке. Еле держались на воде и были практически полностью разрушены броненосцы «Рейна Елена» и «Бенедетто Брин» у них разрушены как надстройки, уничтожена артиллерия, а листы брони пробиты или оторваны. Броненосец «Эммануэле Фалиберто» находиться тоже в критическом состоянии, но сохранил треть орудий и пояс по ватерлинии, хотя более тонкая броня была пробита во многих местах. Не менее избиты чем капитальные корабли были и защищенные крейсера. Броненосный крейсер «Франческо Феруччо», последний типа «Гарибальди» изрешечен британским снарядами до неузнаваемости с уничтожением брони, надстроек и артиллерии и даже повреждения части котлов, крупными осколками и пожарами. Крейсера «Пиза» и «Джузеппе Гарибальди» сохранили ход, и по два-три орудия, но их корпусные конструкции и броня оказались как дуршлаг и год в ремонте простоять для них было лучшей перспективой. Более новый итальянский крейсер «Сан Марко», оказался и менее поврежденным. Как говорил итальянский адмирал Фаравелли капитанам австро-венгерского флота: «Мне бы пятнадцать таких крейсеров, и я бы перетопил на Средиземном море всех англичан». Но и он оказался порядком избит, сохранил лишь одну башню с 10-дюймовыми орудиями и две с 7,5-дюймовыми, но трубы, мачты и верхний бронепояс были изуродованы тяжелыми снарядами с последующими возгораниями.

– Даже если взять все целые корабли, то итальянцам ничего не сделать в море, да и для нас это будет обузой, – говорил Рудольф Монтекукколи капитану «Вирибуса Унитиса», который командовал легендарным флагманским кораблем, – пусть уж лучше стоят здесь, а мы ближе к африканскому побережью пройдемся, англичане предпочитают воды ближе к Мальте, и настигнем у Бенгази или Тобрука транспорты с 3-й британской пехотной дивизией могущей оказаться той соломинкой что ломает хребет нашему «верблюду» захватившему Каир и Суэц с каналом и на всех парах идущему к главной базе британского флота в восточном средиземноморье.

22 декабря, вторник. Оттоманский генерал Отто Лиман фон Сандерс выплюнул песок который попал ему в нос и рот, от внезапного порыва ветра на берегу Нила. На противоположном берегу реки находилась Гиза с её знаменитыми пирамидами и тайной древних строителей подобных мегасооружений, которые вместе с подземными ходами и энергией воздуха/ветра являлись резонаторами[109] частоты 12,5 герц, на которой работала вся древняя цивилизация (дольмены…) Обороняли левый берег старые противники в виде 2-й британской пехотной дивизией, успевшей получить вооружение по штату 1914 года, а значит обладавшей не только тяжелыми орудиями, но и шестнадцатью тракторами/автомобилями для их буксировки/подвоза боеприпасов.

Трактор Holt буксирует 8-дм гаубицу.

И 200-фн чемоданы частенько летели в расположение оттомано-австрийских войск. Все вжимали головы в плечи, но 85800 мужчин храбро наступали и переправлялись на чем только можно, а 16400 британцев расстреливали их из пулеметов и шести десятков орудий. Но Отто Лиман чувствовал в воздухе скорую победу, она буквально витала в воздухе и её можно было пощупать. «Впереди Александрия, – говорил он, – там и отдохнем!»

23 декабря, среда. Австро-венгерский флот пользуясь нерасторопностью англичан совершил очередной удачный прорыв, на этот раз в Бенгази, где находились многочисленные итальянские колониальные части. К Монтекукколи прибыл дирижабль из штаба флота с донесением, о состоянии ремонтируемых в Поле кораблей.

Рудольф сел в своем шикарном адмиральском салоне уставленными трофеями и моделями британских, греческих и французских кораблей, потопленными его флотом. И стал изучать бумаги, перед скорым приятным ужином. Директор судостроительного завода докладывал, что из старичка «Эрцгерцога Фердинанда Макса» выкачали всю воду и укрепили корпус. Но все остальное знал адмирал было безнадежно испорчено английскими и французскими снарядами. Но были и хорошие новости. Так удалось закончить ремонт корпуса, энергетической установки, броневой защиты и установки орудий на двух броненосцах: «Эрцгерцог Фридрих», «Бабенберг» и двух броненосных крейсерах: «Кайзер Карл» и «Кайзерин Мария Терезия». Оставались еще дымовые трубы, надстройки, мостики, мачты, прожекторы, дальномеры, леера, шлюпки и многое другое, но главное всё было сделано и чувствовалось, что вскоре корабли должны вступить в строй и присоединиться к двум броненосным крейсерам и трем легким ожидавших их в Сплите. Еще два крейсера, наиболее совершенный броненосный «Санкт Георг» и бронепалубный «Асперн» находились с исправными корпусами и энергетикой, но полным отсутствием артиллерии и брони, так что в строй войдут еще не скоро. Броненосец «Эрцгерцог Франц Фердинанд» и крейсер «Шварценберг» имели смонтированную броневую защиту и на половину установленную артиллерию.

Рудольф откинулся на спинку кресла, закрыв глаза. Информация врывалась в его мозг словно уголь в топку парового котла. Даже если все эти корабли войдут в строй говорить об паритете с англичанами очень глупо. Любая эскадра противника нанесет ущерб не сопоставимый с жизнью, несмотря на все ухищрения и вылазки его с самого начала войны. Стоит признать, что противник применил удивительно простую и разумную тактику – строить много хороших кораблей и сажать на них прекрасно подготовленные экипажи и адмиралов, не боящихся ответственности. То, что он сейчас загнал 3-ю британскую дивизию на Крит вместо Александрии никак не позволяло поставить мат партии лордов, а лишь гоняло вражеского короля с места на место. У Рудольфа для этого просто не хватало фигур на морской шахматной доске, а при всей удачливости тактическими методами стратегическую победу не одержать, и он отдал команду всему флоту идти в уютную Адриатику на главную базу флота, ждать вступления в строй новых кораблей.

24 декабря, четверг.

– Русс выходи брататься будем, – кричали сербские парламентеры на позициях под Могилевом-Подольским, – идет не наша война, тебе и мне она не нужна. Ты сидишь на своей земле под Москвой, Киевом, Курском и другими городами, мы живем в Лемберге, Братиславе, Линце, Граце и всех городах двуединой монархии. Война нужна нашим генералам и властям, конкретно мне и тебе делить нечего. Тысячи таких людей в серых шинелях лежат в земле пораженные пулями, снарядами и штыками, отравлены газами.

И произошло чудо, солдаты с двух сторон побросав оружие вышли и стали делиться провиантом, разговаривать, играть в футбол, обмениваться газетами.