Двуединая монархия. В Великой войне 14 года - Алексей Николаевич Кукушкин

бригаде дивизии всего чертова дюжина орудий. Но и австро-венгерское командование упорное в своём желании уничтожить горстку храбрецов сосредоточило против них тридцать два соединения или треть своей армии. Что говорит как о умении концентрировать усилия, так и о ограниченности боевой мощи данных сил. Русские применили тактическое отступление, но фокус был в том, что отступать то особенно было некуда, так как Ровно был окружен со всех сторон, и в дворце Любомирских, где заседал генерал Сахаров до утра не гас свет. Штаб искал выход из создавшейся ситуации.

Дворец Любомирских

В отличие от австрийцев генерал от артиллерии Иванов Николай Иудович сосредоточил все свои силы на взятии Житомира. Сил у него было в три раза больше, чем у врага, но превосходство было временным. По данным разведки в Житомир шли большие подкрепления, и если сейчас врага не выбить, то еще 22 соединения прибудут в город через пять дней и тогда будет действительно поздно, так как эти силы вдвое превосходят его Иванова войска. А на войне численное превосходство, одно из основных факторов успеха.

22 ноября, воскресенье. Военачальники Фридрих Австрийский и Хётцендорф одели парадные мундиры и направились принимать капитуляцию русского 11-го пехотного корпуса, который героически сражался, против него были применены даже химические снаряды, и все потери русских составили почти пятнадцать тысяч человек, сорок орудий и семь тысяч лошадей, в то время как у австро-венгерских войск данные показатели были в три раза меньше, а сдалось 26 тысяч солдат, при 64 орудиях и 12700 лошадей, которые с лихвой компенсировали убыль тягловой силы в 21-й, 95-й и 39-й венгерских дивизиях, понесших особенно тяжелые потери в боях за Брест-Литовск.

– Всегда приятно видеть капитуляцию войск противника, – осматривая построенных понурых солдат произнес Фридрих Австрийский.

– Действие которое разворачивается перед нами есть итог наших с Вами планов и мыслительных действий, кои мы, отдав понятные и выполнимые частями приказания получаем закономерный итог, – Хётцендорф удивлялся упорству русских, потерявших 2/5 своей армии и сковав такие огромные силы на продолжительное время.

– Лошадей понятно куда денем, людей на сельхоз работы и стойки инфраструктуры, но что делать с пушками, калибр то совсем не наш?

– Вероятно можно их рассверлить, и они будут мало чем отличаться от наших изготовленных в Пльзене, на заводах компании «Шкода».

– Каким образом будем развивать наше наступление? – Фридрих Австрийский уставился на штабиста, – только сразу скажу во всех направлениях неправильно и не реально.

– Сейчас уже отдан приказ 5-й армии Морица Ауффенберг в целях помощи 1-й кавалерийской армии организовать наступление на Винницу против четырех пехотных и трех кавалерийских дивизий, что он блестяще в кратчайший срок и выполнил, но ему требуется помощь.

– Окажите её, как только части 3-й, 4-й и 7-й армий прибудут в Житомир, чтобы не терять темп наступления, а из состава 1-й армии выделите три дивизии на помощь 2-й и тогда на севере нашего прорыва мы сможем поставить мощную завесу, которая упрется в Днепр в районе Коростеня, а остальные силы фронта дождавшись подхода подкреплений с Балканского фронта, горных стрелков начнут наступление в направлении Юго-запада.

– План гениален, но наступление требует конкретики, – начальник генерального штаба был неумолим, – на такое-то время занять Умань, на такое-то Очаков, и никак иначе.

– До Очакова нам как до Китая раком, – Фридрих Австрийский решил не ссориться с формальным подчиненным, но выводы определенные сделал, Хётцендорф его умыл.

23 ноября, понедельник. Адмирал флота двуединой монархии осматривал в этот первый день недели новые корабли в составе родного флота. Нос Рудольфа поморщился броненосные крейсера «Варезе» и «Виктор Писани» никак не тянули на чудо инженерной мысли, а скауты «Куатро» и «Нино Бихо» были чуть сильнее русского «Новика» десятилетней давности, но на безрыбье и рак – рыба, так что приходилось довольствоваться малым. Тем более, что-вот, вот должен войти в строй крейсер «Новара» буквально 11 декабря, и тогда легкие силы флота будут представлены весомее. Тем более следовало забрать корабли у итальянцев, так как после веселенькой прогулки по Средиземноморью все девять броненосцев адмирала Фаравелли застряли в Триполи, с очень призрачной надеждой выйти из этой базы куда-либо.

Сам Монтекукколи решил не дожидаться сдачи офицерами всех нормативов и приказал разводить пары в котлах и вывел флот в направлении Палермо, чтобы воспрепятствовать подвозу подкреплений к Александрии, где доблестная австро-оттомано-германская армия ведет бои за Каир и Танту в упорно обороняющимися в сухом климате англичанами, защищающих эту территорию будто она Лондонский Сити, заправляющий всеми финансами мира. Да и сидеть в порту для энергичного адмирала было в тягость. Тем более, что его друзья-подчиненные докладывают в телеграммах о уничтожении в Аденском заливе, то одного транспорта, то другого, верящих в удачу и желающих проскочить узкое горлышко канала. Морские силы у Великобритании огромны и не всем капитанам известно, что Суэцкий канал захвачен силами Оси.

Из Палермо будет куда удобнее взаимодействовать с подводными лодками фон Траппа, наконец то получившими долгожданное снабжение в вышедшие в море в поисках французских субмарин. Рудольф мысленно представлял этот поединок, когда один подводный корабль пускает в другой стальную самодвижущую сигару, и промахивается, но сбоку заходит другая наша субмарина, только заглушившая керосиновый двигатель и перешедшая на электромоторы и пускает сразу две самоходные мины. От потери веса её подкидывает вверх, одна мина промахивается, но вторая настигает свою жертву и гидродинамический взрыв вдавливает тонкий борт, лодка булькает выпуская воздух, но дышать внутри уже некому, всех расплющил удар разбросав кого куда, и капитан французской флотилии командует оставшимся лодкам следовать в свой порт, в надежде спастись, перезарядить аппараты и снова попытать счастья захватить своё море чтобы не дать Габсбургам захватить контроль над коммуникациями по которым во Францию из колоний поступает сырье, оборудование, припасы и конечно новые мигранты, являющиеся тягловой силой всей военной машины галлов.

26 ноября, четверг. Франц Иосиф, пристально следивший за событиями последних трех недель, звонит в штаб Русского фронта и по телефону говорит с Фридрихом Австрийским: – Что у вас там происходит? Сил огромное количество, а из Новоград-Волынского отступают наша доблестная 2-я армия фон Паара 2-я и 24-я пехотные дивизии и 45-я ландвер дивизия.

– Вверенные мне войска победили в Житомире уничтожив врага вдвое больше, чем потеряли и в Виннице, ну а в Новоград-Волынском потери и наши и русских составили примерно по 2500 человек. Войска то помогали уничтожать в городе Ровно русский корпус, а на них со всех сторон шли в атаку части русской императорской армии