Вожделенный мужчина - Алена Винтер

Он отрицательно покачал головой.

– Думаю, что Морони на время затаится. Хотя на самом деле, если он желает обогатиться или навредить тебе, ему нужно торопиться, – Клементина прищурила глаза. – Но Морони будет осторожничать, в этом я уверена.

Мартин усмехнулся: она говорила то, о чем думал он сам.

– Если он решит продать документы, в этом для нас не будет ничего страшного. Но если Морони обратится в полицию или куда-нибудь еще, тогда у нас могут возникнуть проблемы. Вернее, все зависит от того, что он знает. В любом случае его необходимо найти как можно быстрее. Возможно, я преувеличиваю, но, Мартин, советую тебе подготовиться к худшему.

– Клементина, – он погладил ее по руке, – я законопослушный гражданин.

– Тогда сделай все, чтобы это выглядело как можно достовернее.

Клементина вернулась в свою комнату и стала собирать вещи. Она взяла в руки фотографию Габриэля и любовно провела по ней пальцами. На душе у нее было тоскливо. Последние события заставили ее с беспокойством смотреть в будущее. Поступок Морони напугал ее, и она боялась последствий. Клементина положила фотографию на кровать и прилегла, положив руку на снимок.

Мартин тихо постучался к ней, но ответа не последовало. Тогда он открыл дверь и вошел в комнату, остановившись у кровати, на которой безмятежно спала Клементина. Черные длинные волосы рассыпались по подушке, белая кожа мягко светилась, делая ее губы еще ярче. Королевское достоинство и страстность взрослой женщины исчезли, и Клементина стала похожа на маленькую девочку, которую так хорошо помнил Мартин. Он осторожно взял рамку со снимком, лежавшую рядом с ней на подушке, и всмотрелся в красивое лицо своего племянника. В его матери текла испанская кровь, которая подарила Габриэлю приятную смуглость и темные бархатные глаза. Почему Клементина полюбила именно его? Он повернулся к спящей женщине и дотронулся до ее теплого лба. Клементина вздрогнула, но не проснулась. «Ты погубишь его, моя принцесса, и себя заодно», – подумал Мартин и вышел из комнаты, забрав с собой фотографию.

– Здравствуйте, мистер Брукс, – вкрадчиво прозвучал чей-то голос.

– Кто вы и как узнали мой номер? – спросил Джордан.

– Как я знаю, вы знакомы с мисс Хаксли.

– Хаксли? – недоуменно переспросил Джордан.

– Точнее, с Клементиной Ройс Паркер.

Джордан закивал, не отдавая себе отчета в том, что незнакомец не видит его.

– Я не ошибся? – напряженно спросил голос.

– Миссис Паркер знакома мне.

– Тогда не могли бы мы встретиться через час «У Тома», на пересечении Бродвея со сто двенадцатой улицей? Разговор пойдет о ней.

Морони нервно крутил головой, пытаясь определить, нет ли за ними слежки. Все эти дни, что он находился в Нью-Йорке, его преследовал страх быть обнаруженным. Он не рискнул снять номер в отеле, а поселился в небольшой квартирке, найденной по объявлению. Теперь он жалел о случившемся. Одно дело – мечтать о мести, живя в прекрасном доме и ни о чем не беспокоясь, и совсем другое – трястись каждую минуту от страха быть убитым. Морони знал, что дороги назад уже нет, и хотел как можно быстрее избавиться от украденных документов и имеющейся у него информации о Мартине Хаксли.

– И что вы хотите, чтобы я с ними сделал? – спросил Джордан, просматривая бумаги.

– Это вам решать, – быстро ответил Морони.

– Как вы достали эти документы?

На лице Морони появилось нечто похожее на улыбку:

– Документы были у Мартина Хаксли.

– Он причастен к убийству Стюарта?

– Возможно, – уклонился от прямого ответа Морони.

– Как вы узнали обо мне?

– Слышал ваше имя в разговоре.

– Миссис Паркер говорила обо мне? – Джордан заметно оживился, но вовремя спохватился и принял непринужденный вид. – Что вы еще можете рассказать?

Морони доверительно наклонился к нему и протянул сложенные листки.

– Здесь предполагаемый список преступлений Хаксли, – тревожным голосом прошептал он.

– Предполагаемый?

– Разумеется, ни одно из них вы не сможете доказать.

– Тогда для чего это мне нужно?

Морони вопросительно посмотрел на него и укоризненно сказал:

– Но вы же детектив, вы сможете подтвердить или опровергнуть эту информацию.

– Зачем вы делаете это? – поинтересовался Джордан.

Несмотря на то что Морони фактически помогал ему, агент искренне не переносил предателей, и сидевший напротив него человек был ему глубоко неприятен.

– У меня свои мотивы.

– Как долго вы работали на Хаксли?

– Почти пятнадцать лет.

– Вы участвовали в том, что здесь написано?

– Что вы! – возмутился Морони. – Я всего лишь бухгалтер и занимался только финансовыми вопросами.

– Если вы ни при чем, тогда откуда вам все известно?

Голос Джордана был ровным и ничем не выдавал радостного возбуждения. Теперь он знал, как сможет заполучить Клементину!

– Я многое слышал, – сконфуженно произнес Морони.

– Неужели? О некоторых вещах не говорят открыто.

– Когда люди предполагают, что их никто не слышит, поверьте, они говорят о многом.

Джордан нахмурился, и Морони пожалел, что назначил встречу именно с ним. Надо было продать документы и спокойно уехать из страны. Хотя – кому? У него не было выхода на людей, подобных Стюарту, которых бы заинтересовали эти материалы.

– Что вы хотите за предоставленную информацию?

– Защиту, – быстро ответил Морони.

– Но вы понимаете, что это невозможно?

Морони поспешно вскочил с места:

– Получается, все, что я сделал, было напрасно?!

– Не знаю. Но я постараюсь это как-нибудь применить. Вы собираетесь уезжать, насколько я понял?

Он властно указал на стул, и Морони послушно опустился на него, с беспокойством вглядываясь в невозмутимое лицо собеседника.

– Куда вы уезжаете? – допытывался Джордан.

Морони неопределенно пожал плечами: он не собирался выдавать свои планы.

– Что ж, у вас есть мой номер телефона, – сказал агент.

– Мистер Брукс, вы собираетесь проверить эту информацию? – заискивающим голосом спросил Морони.

– Конечно. Если она подтвердится, – Джордан постарался сделать свой голос более дружелюбным, – вы будете свидетельствовать против Хаксли?

Морони замялся и покраснел.

– Понятно, – кивнул агент.

– Кто меня спрашивает? Мистер Брукс? Пусть проходит.

Клементина подошла к зеркалу и подкрасила губы. Несмотря на то что этот заносчивый человек был неприятен ей, она хотела выглядеть для него красивой и притягательной. В этом и заключается парадокс женской натуры. Можно искренне не любить человека и при этом делать все, чтобы привлечь его внимание.