Вожделенный мужчина - Алена Винтер

«Значит, Клементина собирается замуж», – горько подумал он, но в то же время на душе у него стало тепло. Через три недели он увидит ее. Не имеет значения, что рядом с ней будет другой мужчина, главное, что впервые за семь лет они встретятся. Габриэль не подумал о том, как почувствует себя Доминик, узнав в Клементине свою соперницу.

– Ничего не говори Доминик.

Габриэль повернулся и пошел к двери.

– Ты куда?

Не оборачиваясь, Габриэль ответил:

– Скажу наверху, что уезжаю на объект. Давай свалим отсюда, ты все равно ничего не делаешь.

Клементина вышла из своего нового «Феррари» и стала подниматься по лестнице, ведущей к дому. Внезапно она остановилась и с таким видом осмотрелась вокруг, будто увидела все это впервые. Ровные белые дорожки, обсаженные жасмином и шиповником, яркие цветы на клумбах и белый дом с огромными окнами. Трудно себе представить, что в таком прекрасном месте живет убийца! Хотя, с другой стороны, дом очень подходит тому Мартину, которого знает общество. Клементина вспомнила счастливые детские годы, проведенные ею здесь. Несмотря на острое желание переехать в Нью-Йорк, она любила Майами, где чувствовала себя маленькой принцессой, и всегда с радостью возвращалась сюда.

Клементина присела на ступени и задумалась. Так часто бывает: ты плавно идешь по жизни, не вспоминая о своем прошлом, но в один прекрасный момент перед твоими глазами проходит вся твоя жизнь. Всплывают какие-то неопределенные картинки и тайные желания, ты глядишь на них и думаешь, что это происходило с кем-то другим, но ни в коем случае не с тобой. Редко встретишь людей, готовых с радостью смотреть фильм о своей жизни. И Клементина тоже не отличалась желанием рыться в глубинах своего прошлого, но в данный момент она ничего не могла с собой поделать. Она окунулась в мир воспоминаний, так как чувствовала, что сейчас нуждается в этом более чем когда-либо. Клементина сидела, опустив голову вниз, и очнулась, только увидев перед собою чьи-то светлые туфли.

– Что с тобой? – нежно спросил Рафаэль, поднимая ее со ступеньки.

Она обняла Рафа за плечи и подтолкнула к входу. Сейчас, на каблуках, она была выше его и поэтому усмехнулась:

– Ты стал совсем маленьким. Как карлик.

– Не настолько, чтобы не настучать тебе по заднице, – нахмурился Раф. – Люди уменьшаются с годами.

– И глупеют.

– Ты права, – согласился Раф.

Клементина рассмеялась. Она положила сумочку на диван и попросила Розу, чтобы им принесли чай.

– Морони не приезжал? – спросил у Розы Раф.

– Нет, мистер Тэрстон.

Раф кивнул, отпуская ее, и повернулся к Клементине.

– Не люблю я его, – проговорил он. – Скользкий и всегда заискивает. Знаешь, я думаю, что это он прислал вам с Габриэлем письмо.

– Предположения, – отмахнулась Клементина. – Ты говорил об этом Мартину?

– Нет. – Рафаэль подошел к бару, налил себе виски в стакан и добавил кубик льда. – Уже поздно.

– Ну, так вызови Стива Хоупса, пусть он как следует встряхнет этого слизняка. Хотя, с другой стороны, я благодарна тому человеку, кем бы он ни был. Если бы я не узнала, что Габриэль мне не брат, до сегодняшнего дня мучилась бы от ненависти к себе за то, что люблю его.

Когда говоришь о ком-то нечто нехорошее, нужно опасаться, что этот кто-то тебя услышит. Есть вещи, которые необходимо произносить за плотно закрытыми дверьми, предварительно убедившись, что тебя не слышат даже мухи. Франческо Морони удивился, когда услышал в разговоре свое имя. Он хотел войти и прервать их беседу, но после недолгих раздумий решил остаться и послушать, что будет дальше. Морони знал, что его не любят в этом доме, но не предполагал, что настолько сильно. Он постоянно чувствовал себя человеком второго сорта, общаясь с этими людьми. Хотя на самом деле это они должны были испытывать подобные чувства. Он считал себя честным и достойным человеком, волею судьбы вынужденным работать на подонков.

Морони потер руки и прислушался. Как может эта продажная стерва так плохо думать о нем? Он всегда был обходителен и вежлив с ней. Одно время он сгорал от страсти к Клементине, но, видя ее безразличие и даже некоторую брезгливость по отношению к нему, охладел. Да, он не красавец, но ее второй муж был нисколько не лучше. Хотя нет, он был намного лучше, потому что у него были миллионы, а Морони – беден. Но таким он оставался лишь до того момента, пока не решился пойти на аферу, подделывая бумаги. Мартин Хаксли был неплохим бухгалтером, но не таким талантливым, как Морони, поэтому ему не составляло особого труда обманывать своего хозяина. Тонкие губы растянулись в улыбке. Он знал много тайн семьи Хаксли и планировал ими воспользоваться. Никогда нельзя обижать того, кто слишком много знает, даже если этот кто-то кажется тебе слабым и безобидным. Морони ненавидел их всех и каждый день подпитывал свою ненависть. Он замечал любое не понравившееся ему слово и прочно закреплял его в своей памяти. Каждый брошенный на него взгляд он расценивал как враждебный. То, что началось с преданного поклонения, привело его к разочарованиям и обидам, постепенно сменившись ожесточением и ненавистью. Морони не думал, что поступает подло по отношению к тем, кто его кормит. Он сам пришел к ним, соблазнившись предложенными ему деньгами, но не винил себя за это. Часто люди склонны обвинять в своих неудачах и поражениях других, нежели самих себя. Морони завидовал красоте и молодости Клементины и богатству Мартина Хаксли. Он трусливо лебезил перед ними и старался не вызывать у них подозрений в свой адрес, но им управляла ярость, и он шел туда, куда она приказывала ему.

Стоя у входа в гостиную, он с жадностью вслушивался в слова Клементины и Рафа и чувствовал, как горят его щеки. Морони нервно оглядывался по сторонам, боясь, что его обнаружат. Он весь превратился в слух, разжигая свой гнев, не давая ему угаснуть.

– Как поживает тот агент?

– Давно уже не видела его, – соврала Клементина, умолчав о том, что она часто замечает машину, следующую за ней, куда бы она ни направилась.

Пока он не приносил ей особых хлопот, и Клементина решила ничего не говорить Мартину. Ее веселило, что она привлекала такого человека, как Джордан. Он не нравился ей, но она чувствовала тайное удовлетворение, видя его неприкрытый интерес к себе.

– Напомни, как его зовут?

– Джордан Брукс.

– Держи его на расстоянии, – посоветовал Раф, – а если станет надоедать, скажи нам с Мартином.

Клементина кивнула.

– Знаешь, – Раф пристально посмотрел на нее, – тебе надо было родиться немного пострашнее на вид.

Клементина засмеялась и похлопала его по толстому животу.

– Не верю, что ты так думаешь на самом деле. Кто бы тогда привлекал мужчин, таких, как Стюарт, например? Да, Раф, а что вы сделали с теми документами?