Крестные матери - Камилл Обре

может услышать, – шикнула на нее Люси. Заметив устремленный на нее взгляд Филомены, Люси извиняющимся тоном пояснила дочери: – Это потому, что они – мальчики, дорогая моя. Бабушка очень старомодна.

– Но это неправильно! – убитым голосом заметила Джемма. – Я же старше близнецов.

– Следи за языком, девочка, – предупредил Фрэнки.

– Тесса никогда не дарит детям на Рождество подарки, – призналась Люси Филомене. – Только деньги. Она говорит, что хочет научить их «быть серьезными».

– А где мама? – спросил Марио.

– В своем кабинете – где же еще? – пожал плечами Фрэнки.

Филомена и Марио отправились туда к ней, чтобы спрятать деньги и драгоценности в сейф. Но из коридора они увидели в кабинете мужчину с шелковистыми волосами и в пальто из верблюжьей шерсти, который стоял возле рабочего стола Тессы. Марио сделал жене знак отойти и подождать, пока гость не уйдет, но Филомена успела заметить, что Тесса передала тому впечатляющую пачку толстых конвертов, которые мужчина убрал в дипломат.

– Ты сегодня же вечером отвезешь их Стролло, Доменико? – спросила у него Тесса.

– Разумеется… Сказать по правде, я отвезу их прямо сейчас, – ответил тот с поклоном.

«Так, значит, настал черед Тессы платить свою дань», – подумала Филомена, вспомнив, кто такой Стролло. Это был капо, управляющий Гринвич-Виллидж. Он приходил к Джанни на похороны и положил розу ему на грудь.

Тесса налила Доменико напиток в хрустальный бокал для ликера, сама вежливо выпила такой же, и они вместе произнесли «Buon Natale!». Затем Доменико ушел, по дороге кивнув Марио.

– Кто это? – спросила Филомена у мужа.

– Адвокат отца, – тихо ответил тот, а потом, поцеловав Тессу, обратился к ней: – Мы хотели бы оставить в твоем сейфе на ночь некоторые вещи. Опасно оставлять их в магазине, закрытом на праздники. – Он передал ей футляры с драгоценностями и кассу с наличностью, которые мать спрятала в большой сейф в кладовой. – Братья Периколо снова в городе, – сообщил Марио Тессе, когда она вернулась к ним, и рассказал, что произошло в магазине. – Похоже на то, что во Флориде они занялись не тем делом.

Тесса ничуть не удивилась.

– Да, я попросила Джонни навести справки, и его друг во Флориде говорит, что эти ребята не способны выполнять приказы. Они отказались работать на нашего друга, заработанное проиграли, при этом потеряли больше, чем заработали. Затем они одолжили деньги у кого-то другого, кому теперь должны заплатить. – Тесса посмотрела на стол и продолжила: – Я получила от их матери Алонцы рождественскую открытку. Это был просто повод выдвинуть новые требования. – Тесса подняла открытку и вслух прочитала рукописный текст на обороте. – Она пишет: «Каждый год на Рождество Джанни дарил нам подарки и деньги. Надеюсь, в память о нем вы сделаете то же самое». – Тесса положила открытку на стол. – У меня нет ни одной записи о том, что ваш отец делал что-то подобное. Но я договорилась встретиться с Алонцей после Рождества. Ей и ее мальчикам нужна твердая рука. Позже, перед нашей встречей, мы обсудим это с твоими братьями.

Во дворе дома Петрина с дочерью как раз выходили из машины. Петрина бросила водителю: «Спасибо, Чарли», и тот уехал. Петрина заметила, что адвокат Доменико садится в свой автомобиль, и помахала ему, чтобы он ее подождал.

– Пиппа, отнеси подарки в дом, я скоро буду, – сказала она дочери.

Затем Петрина быстро пошла по дорожке, все еще скользкой от выпавшего снега, чтобы встретиться с адвокатом семьи.

– Можем мы поговорить в машине? – спросила она.

Доменико открыл пассажирскую дверь, и женщина скользнула внутрь. Он обошел машину и, заняв место за рулем, завел двигатель, чтобы его прогреть. Адвокат был красивым мужчиной, старше Петрины, но младше ее матери.

– Чем могу помочь? – спросил он.

Петрина глубоко вздохнула.

– Ричард преподнес мне сегодня рождественский «подарок». Он хотел сделать мне сюрприз, поэтому «подарок» доставили рано утром, когда дома была только я одна. Услышав звонок, я поначалу думала, что это флорист с цветами. Но нет, пришел курьер, чтобы «одарить» меня вот этими бумагами. Правильно ли я поняла их содержание и Ричард хочет со мной развестись?

Доменико быстро просмотрел бумаги.

– Да, – ответил он, а потом, чуть помедлив, заговорил: – Мне нужно кое о чем тебя спросить. Ты что-нибудь сделала… изменила ему? Пренебрегала воспитанием ребенка?

– Я?! Конечно же нет! – воскликнула раздосадованная Петрина. Она ожидала от него профессионализма, а он оказался таким же старомодным, как и ее родители, которые прежде всего будут винить ее – жену. – Если кто-то и виноват, то это Ричард, – возмущенно произнесла она. – Именно он мне изменил! Да еще с девушкой двадцати двух лет, дочкой судьи. За всем этим стоит его семья, они все только и ждут, что он разведется со мной и женится на той девушке. Их семьи ожидают, что когда-нибудь он будет заседать в сенате! Они говорят, что она больше подходит на роль жены политика. С его семьей и пяти минут нельзя провести, чтобы они не заявили тебе, что все их предки сошли на эту землю с благословенного «Мэйфлауэра». Все, что я могу сказать об этом, – «Мэйфлауэр», должно быть, был просто гигантским кораблем, раз все заявляют, что приплыли на нем. Ричард обычно был более скромным и говорил, что все его предки были конокрадами. Но не сейчас! Он стал очень амбициозным. Он сказал, что проблема не во мне, просто он не может себе позволить даже намека на тесные отношения с семьей, связанной с криминалом, – вроде моей.

Доменико терпеливо подождал, пока Петрина выпустит пар.

– Хорошо, – выслушав ее, кивнул он. – Тогда ты сама можешь обвинить его в супружеской неверности. Его родные это знают, поэтому, как я думаю, они постараются с нами договориться и как можно быстрее замять дело. Это может сыграть в твою пользу.

– Но я не хочу разводиться! – воскликнула Петрина. – Это просто затея его матери и сестры. Они, будто куры, клюют и его, и меня. Они критикуют меня и хвалят ту девушку, снова и снова склоняя его на свою сторону. Если бы только мы смогли уехать подальше от его семьи, жить самостоятельно… – Она стихла, не закончив фразу – понимая невозможность того, что говорит. Затем слабым голосом произнесла: – В нашем семейном приходе никто никогда не разводился. Священник не разрешит мне причащаться…

Доменико неловко похлопал ее по руке.

– Как твой адвокат – и как твой друг – я хочу дать тебе совет: не пытайся заставить мужчину, который больше не хочет быть твоим мужем, остаться с тобой. Из того, что ты рассказала мне о семье Ричарда, я делаю вывод, что они не