Вредная. Запретная. Моя - Алина Ланская

Засунь в жопу свою женскую мягкость, Алис. Я сюда пришла отдыхать, а ты мешаешь.

— Напиваться в одиночестве, Саша, — это не отдых. — Алиса наклонилась так близко, что я смогла разглядеть неровности ее тональника. — Понимаю, как тебе сейчас непросто, но ты умная и красивая…

— Ты теперь психологиней подрабатываешь? Мужики больше не дают?

Алиска даже не дернулась.

— Дают! Еще как дают! Знаешь, Саша, когда нет папы, приходится искать папиков. И это очень неплохой вариант.

Я кивнула. Коктейли меня совсем не брали, я оставалась трезвой и злой.

— Тебе виднее. Ты из какого Зажопинска приехала Москву покорять?

— Я знаю, что у тебя проблемы, Алекс. — Серебрянская вытащила айкос и блаженно затянулась. Настроение у нее было отличным, не в пример моему.

Когда сегодня я приехала в наш дом, то проревела часа три в своей комнате. А потом решила, что хватит. Однако не так я планировала свой вечер. И вот, пожалуйста — сидела и слушала зачем-то старую содержанку.

— Алис, я расслабиться хочу, а ты не даешь. Извини, но мы с тобой. — Я развела руками. — Слишком разные.

— Не твой уровень, понимаю. — Она усмехнулась. — Я знаю о тебе все, Саш. Как ты жила эти недели после ареста Бориса Сергеевича. И что работаешь мелкой сошкой где-то, и что живешь с каким-то левым парнем. Не тебе мне про Зажопинск говорить, милая.

— Вон пошла! — Напоминание о Леше ударило под дых, я не ожидала и сорвалась: — В отличие от тебя я никогда не спала за айфончик, не раздвигала ноги за ужин в Sixty. Так что не смей нас даже сравнивать, соска!

Я вскочила. От резкого движения пошатнулась — похоже, коктейли начали действовать.

— Сядь! — Алиса потянула меня вниз, и я рухнула на стул как тряпичная кукла. — Думала, ты умнее… реально так опустилась, что где-то горбатишься за три копейки?! Жесть! Я могу все изменить, Саш. У тебя завтра же будет столько бабла, сколько, может, и папа не давал.

Серебрянская окинула меня презрительным взглядом. Голова у меня кружилась, я чувствовала, что могу вот-вот сознание потерять. С огромным трудом я заставила себя выпрямиться.

— Ты типа феи-крестной, Алиска? Чего прикопалась?

— Есть мужчины. Окей, мужчина, который тебя хочет. Так сильно, что готов на все. Мой тебе совет, Алекс: дай ему, чего он хочет. Твой шанс вернуться в привычную жизнь, детка. С нищим в любовь наигралась, надеюсь?

Я показала Серебрянской средний палец.

— Не была шлюхой и не буду никогда.

— Ты ведешь себя как глупый капризный ребенок. — Алиса «осчастливила» меня взглядом видавшей жизнь женщины. — Мы созданы для того, чтобы дарить себя мужчинам, давать им то, что они хотят. Дуры делают это бесплатно, а умные женщины получают от этой жизни все.

— Иди на хрен со своей философией. — Это я еще вежливо ее попросила. — Я себя слишком уважаю, чтобы превращаться в чью-то подстилку.

— Женщине не нужно уважение, дурочка. Женщине нужно обожание. И один мужчина, я знаю, готов тебе его подарить. А ты даже имени его не спросишь.

— Не интересно!

— Зря. Все равно под ним окажешься рано или поздно.

Я встала и, не попрощавшись, ушла танцевать вниз. Настроение было паршивым до омерзения. Слова Алисы не выходили из головы.

Глава 26

К неприметному старому особняку, спрятавшемуся в одном из тихих переулков центра Москвы, Артур Аракчеев подъезжал в дурном настроении. Будь его воля, в этот пятничный вечер он остался бы в офисе, дел было по горло, проблем — еще больше. И самое главное — Артур не понимал, что происходит. Вот это выбивало почву из-под ног куда сильнее, чем сами проверки, потеря двух перспективных контрактов на строительство двух бизнес-центров за МКАДом. С ними он бы разобрался, если бы нашел источник своих проблем. Но вот именно этого он и не знал.

Строго говоря, поэтому Аракчеев не стал сливать приглашение отдохнуть сегодня в сауне вместе пусть не с самыми приятными, но полезными людьми столицы. Хотя за последнюю неделю Артур обращался за помощью уже к трем своим знакомым из этой компании, но никто толком ничего сказать не мог. Приехать попариться в сауне обещал и его приятель Кондратьев, с которым Аракчеев давно не виделся. Вот кто точно должен был помочь. Слишком многое их двоих связывало.

Ну а другая причина его приезда — показать всем, что несмотря на неприятности Артур по-прежнему в обойме и списывать его со счетов рано.

Обшарпанное снаружи здание внутри блестело от аляповатой роскоши — золоченые кушетки, хрустальные метровые люстры, мраморные столы… На всю эту красоту Артур внимания не обращал, как и на полуобнаженную девицу, которая вела его сейчас в гостиную. Сауна успешно предлагала безлимитные услуги высококлассного борделя, и Аракчеев не раз ими пользовался с удовольствием, но вряд ли сегодня у него получится отвлечься.

— Артурчик, дорогой! — поприветствовал его грузный мужчина лет пятидесяти. Одной рукой он обнимал худощавую брюнетку, другую руку протягивал Аракчееву. Тот с готовностью ее пожал. С прокуратурой Артур предпочитал дружить и ни в коем случае не ссориться.

— Что-то ты бледный, парень, зачуханный какой-то. Расслабься, отдохни…

Артур вымученно улыбнулся. Расслабишься тут, как же! Однако спорить не стал и, присев рядом, завел непринужденную светскую беседу. Вскоре на его коленях очутилась симпатичная брюнетка, чем-то отдаленно напоминающая Сашу. Едва Аракчеев это понял, тут же велел заменить девицу. Так он точно не расслабится.

С Дашевской он не разговаривал с того дня, как они поругались из-за этого Смирнова. Она еще грозилась, что посадит Артура. Смешная… Но выбесила своей истерикой знатно. Вот только добраться до нее Аракчеев так и не смог. Да и после стало совсем не до баб.

В тот же вечер, когда он собирался забрать к себе Сашу, нагрянули проверки сразу на три его объекта. Требовалось его личное присутствие. Артуру и его людям пришлось провозиться несколько дней, чтобы все уладить. Он ненавидел давать взятки, хотя давно уяснил, что это неотъемлемая часть его бизнеса, однако сейчас готов был дать кому угодно и сколько угодно, лишь бы понять, кто его заказал. Обычно с выяснением обстоятельств трудностей не возникало. Максимум через три дня Аракчеев уже знал, с кем имеет дело. Но не в этот раз.

Дальше — больше. Сразу два завода отказались от продления контрактов на поставку стройматериалов. С