Вредная. Запретная. Моя - Алина Ланская

— Нет! — отрезала я. У овцы округлились глаза. — Я останусь и все исправлю. Сама.

Замша долго молчала. Сняла очки, устало положила голову на ладонь и недоверчиво спросила:

— Зачем вам это надо, Саша?! Ну не созданы вы для этого. Мало трех окладов? Называйте свои условия.

— Дело не в деньгах, а в принципе. — Я встала со стула, дав понять, что торговаться не стану. — Не люблю проигрывать и не буду. Хотите — увольняйте меня, сама не уйду.

— Бред какой-то! — выдохнула замша. — Вы не справитесь. С Горячевой не смогли найти общий язык. Или, может, это Ирина виновата в ваших проколах?

— Не виновата.

Я вышла из кабинета. Прежде чем закрыть за собой дверь, услышала, как замша успела выкрикнуть:

— Сегодня пятница. В понедельник или разруливаете проблемы с терминалом, или увольнение!

Да пошла ты!

Меня трясло от выволочки, которую устроила Лидия, да еще и при свидетелях. Как вспоминала холеную морду Берга, так ладони непроизвольно в кулаки сжимались. И все же я нашла в себе силы отловить этого слизня в коридоре.

— Замша мне сказала с терминалами разобраться, так что сбавь обороты, Олежа! Но если поделишься контактами ради общего дела, скажу спасибо.

— С тобой? Делиться? — Берг, после того как я ему в рожу заехала, сейчас впервые со мной заговорил. — Совсем сдурела? Ты одной ногой на улице, девочка. И Леха пойдет вслед за тобой.

Берг довольно ухмылялся, демонстрируя виниры на зубах. И был уверен в собственном превосходстве.

— Мечтаешь уволить Смирнова? — Мысли о нужных контактах в терминале отошли на второй план. — Потому что в отличие от тебя он настоящий мужик?

Я хотела задеть этого самовлюбленного индюка, но Берг почему-то не обиделся.

— Никак не мог понять, чего это замша не дает мне его убрать. Мелкая сошка, на которую никто раньше и не смотрел. А тут добрые люди просветили. — Олег не смотрел на меня, копался в своем телефоне. — Он стучал на тебя замше, Сашенька. Ты ему была нужна, только чтобы здесь зацепиться. Но Ирка оказалась шустрее и первой тебя слила.

— Что?..

Я захлопнула рот, когда из айфона Берга до меня донесся голос Лидии:

— Александра — очень ценный для нас сотрудник. Хорошо, что она тебя слушает. И ты тоже меня услышь. Все, что она будет делать, куда ходить, чем дышать, должна знать я. Так нужно, чтобы мы не потеряли контракт, ради которого мы ее взяли. Тебе все ясно?

— Да. — От звука Лешиного голоса у меня потемнело в глазах.

— Отлично, значит, договорились. Будешь докладывать мне каждый вечер. Можешь идти.

Запись в телефоне Берга закончилась. Я замерла, пялясь в пустоту, и молчала. Меня как мешком по голове ударили и к земле прибили. Я даже вдохнуть не могла, стояла как статуя, в голове путались мысли, в груди такая боль, что казалось, вот-вот я умру.

Он… он же не мог так… не мог… наверное… Он же… мой стажер… Алекс… Леша…

Вот именно! Стажер. И он нашел способ перестать им быть. И этот способ — ты, Дашевская. Ничего не было, Саша, только игра.

— Ну что, впечатлилась? — чуть ли не пропел Олежа. — А хочешь еще послушать?

Не сразу дошло, о чем он говорит. И вдруг услышала то, что стало еще сильнее рвать мне сердце:

— …мы с Сашей сегодня вместе готовили письмо в таможню. В принципе, моя помощь была не слишком заметной. Мне нужно было заниматься своими делами, я не знаю, какой был ответ. Лидия Валерьевна, если позволите… я бы хотел заняться изучением отчетов по реэкспорту грузов за последние два года, мне кажется, что…

— Дальше не очень интересно. — Берг остановил запись. — Леха все больше про себя да про себя. А я думал, он тюфяк. Ну, что скажешь, Саш? И кто тут настоящий мужик?

— Доволен собой? — выдавила я из себя и с удивлением обнаружила, что ненавижу сейчас Берга гораздо сильнее, чем Смирнова. — Счастлив?

— Очень! Я думал, он на тебя реально запал. Как я. — Берг шагнул ко мне. — Хочешь отомстить? Я помогу. И вообще, все можно переиграть…

Он прижал меня к стене, обдав запахом качественного мужского парфюма.

— Я могу быть великодушным, — шептал он, заводясь все больше. — Я тебя прощу, у меня такие связи, что даже замша прогнется, я ее заставлю… Сашенька, детка…

«Деткой» меня любил называть Артур. Когда я застала его со спущенными штанами, я была зла и обижена, но не раздавлена, как сейчас. Сейчас у меня в глазах стояли слезы — все-таки даже омерзение к Олеже не смогло перекрыть боль от предательства.

— Сашенька…

Берг, осмелев от моего бездействия, распустил руки. Его мерзкие ладони стали меня нагло лапать. Я дернулась, пришла в себя, тут же оттолкнула его, залепив пощечину.

— Руки убрал, тварь!

Я толкнула его еще сильнее. Берг не успел увернуться от моего удара. На этот раз прямо в яйца. Заскулил, согнувшись пополам.

— Сука…

— Именно. — Я отошла от Берга. Драться с ним дальше не было сил. — В гробу я тебя видела, замшу и… и всю эту логистику! Как пауки в банке!

Отвернулась и рванула по коридору в свой «аквариум» за вещами. Не могла здесь больше находиться ни минуты. Колосов испуганно косился на меня вместе со своими приятелями, когда я лихорадочно собирала сумку. Больше ни ногой сюда!

Как очутилась на улице, я помнила слабо — только холодный ветер с дождем привел меня немного в чувство. Я смотрела невидящими глазами на людей — они шли мимо и им было глубоко плевать, что мой мир, который я начала собирать по кусочкам, снова превратился в мелкую крошку, в пыль.

Леша… От одного имени у меня перекрывало дыхание из-за нестерпимой рези в груди. Он не мог… ну не мог же… Я еле добрела до какой-то скамейки и рухнула на нее, не обращая внимания на капли дождя, которые больно били по коже. Укрываться от них я не хотела. Я вообще сейчас ничего не хотела. Только исчезнуть и ничего не чувствовать.

Не получалось — мысли, эмоции безжалостно раздирали душу на части. Я не выдержала и разревелась. Я почти выла. Но боль никуда не уходила, а напротив, разгоралась все