Окно в Европу (СИ) - Бондаренко Вадим

Страшные микроорганизмы, которых увидел мой первый микробиолог, оказались знакомыми с детства любому школьнику по урокам биологии полупрозрачными инфузориями-туфельками, плававшими в капле воды, набранной из ближайшей лужи. Микробы постоянно подергивались радужным ореолом, по ним то и дело пробегали блики от лучей заходящего солнца - в качестве подсветки использовался обычный дневной свет, ещё и левый край изображения сильно искажался…

Но это все равно был настоящий прорыв! Путем приблизительных расчетов, измеряя диаметры, кривизну и фокусное расстояние каждой линзы, я пришел к выводу, что кратность увеличения этого чуда технической мысли составляет около четырехсот. Помнится, когда-то у нас в школе были советские микроскопы с кратностью в тысячу, а учительница однажды разрешила всем посмотреть в обычно хранившийся под замком уникальный аппарат с увеличением в тысячу шестьсот. Раз этих показателей сумели достигнуть в другом мире - значит, Юру и его последователям тоже есть куда расти!

На следующее утро, едва рассвело, я выбрался из под мехового одеяла, поцеловал ещё дремавшую Эрику, оделся и отправился на реку. Пока рыбаки не отправились на ежедневный промысел, нужно было остановить выход команды “Зайца” - такого же легкого катамарана, что и ходившие в Заморье. Это судно, без порядкового номера, было прототипом, по которому затем строили всю серию, и сейчас оказалось единственным доступным вариантом, чтобы быстро переправить племя Хакима на наш берег Дона.

Ночью глава рода Поющих Песков наведался в мой сон, и сообщил, что он, вместе с остальными ближневосточными неандертальцами благополучно достиг вновь обмелевшего Кумо-Манычского пролива, и уже перебрался на другой его берег по появившейся перемычке. Там они столкнулись с многочисленными чернокожими аборигенами, которые появлению чужаков не обрадовались. Местные кроманьонцы преследовали их больше суток, время от времени потрясая копьями и крича явно оскорбительные фразы вслед пришельцам. Правда, увидев, что те не собираются оставаться на их территории, напасть так и не решились, и вскоре отстали. Сейчас Хаким был приблизительно в семи-восьми днях пути от места встречи - точки, где река Маныч впадала в Дон. От Лантирска до нее - около двухсот пятидесяти километров. Так далеко на восток мы ещё не ходили…

Рыбаки, многие из которых не только знали устройство судна как свои пять пальцев, но и принимали непосредственное участие в его проектировании и строительстве, занялись разборкой катамарана. Сейчас распоряжусь подогнать к Аркаиму телегу для дальнейшей перевозки судна, ещё две загрузим мешками с пеммиканом, копчёной рыбой, сыром и несколькими походными шатрами - пусть хотя бы женщины с мелкими детьми спят в тепле, ночи уже становились холодными. Готовая еда тоже сэкономит людям Хакима время, сейчас уставшим переселенцам каждый новый десяток километров давался все труднее. Ведь они преодолели уже почти три тысячи километров - огромное расстояние даже для двадцать первого века. А здесь, рядом с городом, в моей власти сделать прохождение оставшегося отрезка пути и полегче, и побыстрее!

Круг Воинов, впечатленный рассказами о вчерашним испытании пороха, и уже мечтавший о новом оружии, с готовностью собрался по первому зову.

- Воины! Вы - сила и защита Лантирска, и сейчас я попрошу вас встретить НАШИХ людей, которые уже долгие месяцы возвращаются ДОМОЙ. Да, вы не ослышались. Именно ДОМОЙ, потому что наш город - это единственный дом для всех людей нашей крови и тех, кто связал свою судьбу с народом Солнца!

- Два отряда готовы выйти хоть сегодня. Эти люди далеко?

Ленг, за семь дней доберётесь, будете идти по компасу, я тоже помогу, подкорректирую направление. Энной Хаким приближается с востока, поэтому вам предстоит ещё и перехватить попутно шесть небольших местных групп и родов, которые до сих пор считают мое появление в их снах плодом своего воображения. Мне нужны все эти люди, понимаете? Лантирск должен расти ещё быстрее!

- Куда быстрее Дим?.. Строители едва на ногах держаться от усталости, за месяц уже двадцать домов построено!

- Нужно больше, до снега осталось совсем немного времени... Сегодня к ним присоединятся новички и часть вышедших из карантина. У нас и так три с половиной сотни людей будут зимовать в юртах, Ленг! Сколько бригад работает?

- Кажется шесть, но это лучше у Мастеров спросить, я могу и ошибаться.

- Вот с вами разговор закончу, и сразу к ним. Ты сам поведешь отряд?

- Да, Утар останется здесь.

- Хорошо… Тогда вот ещё что - помните, весной я говорил, что этот год будет очень трудным? Так вот, те из вас, кто свободен от дежурств, кто хочет и может сейчас помочь - пожалуйста, поддержите строителей. Ваша зарплата воинов останется, этот труд будет оплачен отдельно!

Согласились многие - часть воинов не покидала город, и предложение получить дополнительный заработок, хоть немного сравнявшись при этом в глазах своих женщин с теми, кто ходил в Крым и Заморье, было принято положительно.

Круг Мастеров встретил меня едва ли половиной обычного состава - остальные уже разошлись по стройкам и мастерским. Гора заказов нарастала с каждым днём, как снежный ком, лица людей осунулись, под глазами появились темные круги.

- Только не говори, что ты задумал новое дело! Людей свободных нет. Вообще нет!

- Задумал, а людей я вам дам. Не мастеров, конечно - подсобных рабочих, но дам.

- Ладно, Дим, давай, не тяни - чего надо?

- Сейчас - лучшего литейщика, позже - токарный станок. Да, третий, он самый точный - минимум на месяц, крутить привод будут новички, так что с вас - хороший токарь.

Токарных станков было уже три - и только последний хоть немного соответствовал этому названию. Низкооборотистый, работающий от ножного привода через примитивный редуктор, снабженный большим тяжёлым маховиком. Он был довольно опасен в обращении, и несколько человек уже поплатилась за невнимательность травмами различной степени тяжести, осваивая агрегат с прошлой зимы…

Витар, сам неплохой токарь, после этих слов только за голову схватился. Понимаю, у них и так на каждый станок очередь…

- Что хоть делать будем?

- Паровую машину.

- А потянем? Два года назад ты остановил работы, второй станок не справился.

- Третий намного лучше отцентрован, ты же сам видишь. Пар, конечно, будет травить со всех щелей, но с чего-то ведь нужно начинать. Работать будет, не волнуйся.

- Тогда я сам займусь обточкой деталей. Сложные?

- Те же, что и в прошлый раз. Котел. Цилиндры. Поршни. Клапаны. Сам корпус двигателя. Трубы. Плюс куча мелких деталей - эксцентрики, толкатели этих самых клапанов, противовес. Пара подшипников. Головки блоков отольем, и зачистим вручную. Ну и по мелочи ещё - болты не надоело точить?

- Варг подери… Они тоже понадобятся?

- И болты, и гайки, и шпильки с резьбой. Плашки и метчики продолжают ломаться?

- Их хватает на десять - пятнадцать деталей, потом только в переплавку… Дольше сами инструменты делать!

- Так и будет, пока у нас нормальной стали не появится, терпите... В следующем году пошлем сразу две группы за рудой к месторождениям меди и марганца, тогда станет чуть легче. Кого к штукофену отправите?

- Толя, он в свои двадцать четыре года уже получил звание Мастера. Доволен?

Еще бы я был не доволен - Толь, несмотря на то, что был самым младшим из уцелевших детей в пещере рода Тихой воды, достиг не меньших успехов в искусстве литья, чем его родичи, выбравшие скульптуру, астрономию или микробиологию.

- Слав за лето подготовил новые формы по моим моделям, намного лучше, чем предыдущие. С такими работать - одно удовольствие!

- Дим, ты и в прошлый раз так говорил…

- Витар, сам же видишь - совершенству нет предела. Пройдет ещё десять или двадцать лет - и эта паровая машина займет почетное место в музее, и на нее будут смотреть как на кустарную поделку косорукого подмастерья. Так будет, я знаю.