Превратности судьбы - Аманда Квик

Оуэн пил шампанское, внимательно прислушиваясь к разговору. В голову ему вдруг пришло: «А не свернуть ли Лейбруку шею?» Это было бы очень приятно и принесло бы огромное удовлетворение. Но Вирджиния вряд ли одобрила бы это.

«О Господи, я ревную!» — подумал Оуэн. И эта мысль его потрясла. Он так давно не испытывал столь примитивных эмоций, что даже не сразу понял, в чем дело. К ревности примешивались и другие желания, от которых встали дыбом волоски у него на затылке, а все мускулы напряглись, как будто он готовился к яростной схватке. Да, конечно, подобным образом всегда действовала на него охота. Но довести его до потери здравомыслия могла лишь ревность.

Прошла добрая минута, прежде чем Вирджиния представила их друг другу. Оуэн мог заключить, что основатель и директор Института был умен, хитер и не ведал жалости. Подобные выводы не требовали особой проницательности или интуитивного прозрения. Человек, который сумел создать столь успешное в финансовом отношении учреждение, был просто обязан проявлять эти качества, ибо его деятельность по большей части строилась на притворстве и обмане.

Но вот что действительно поражало в Лейбруке: наполненная энергией атмосфера вокруг него слегка потрескивала, что красноречиво свидетельствовало о наличии у него недюжинного психического таланта. Многие из его подопечных являлись откровенными мошенниками, но сам Лейбрук был чрезвычайно одарен психически. И этот человек был гораздо опаснее любого из своих шарлатанов.

— Мистер Суитуотер — профессиональный исследователь, — сказала Вирджиния. — Я не нашла никаких причин, чтобы препятствовать его желанию наблюдать мою работу.

Адриана Уолтерс улыбнулась Оуэну:

— Как интересно, мистер Суитуотер! Прошу, расскажите, что именно вы обнаружили у мисс Дин.

«Надо отдать ей должное», — подумал Оуэн. И действительно, Адриана была потрясающе красивой женщиной. Вот только с глазами было что-то неладно… Ее глаза напомнили ему безжалостные глаза заводного дракона.

— Я не подвергаю ни малейшему сомнению талант мисс Дин, — ответил он. — Она очень одарена.

Лейбрук внимательно взглянул на него, и глаза его сверкнули.

— К несчастью, вы пришли к противоположному заключению, когда речь шла о двух других практикующих, связанных с нашим Институтом.

— Уверен, что они сумеют восстановить свою практику, — ответил Оуэн. — Чтобы опорочить умелого практикующего, нужно гораздо больше, чем несколько нелестных отзывов в газетах. Публика охотно верит в то, что желает верить. Однако вы и сами все знаете, Лейбрук. Иначе не сумели бы создать столь успешное предприятие.

— К сожалению, своей практики уже не восстановить двум зеркальным гадалкам, которых два месяца назад постигла безвременная и загадочная смерть, не так ли? — вкрадчиво поинтересовался Лейбрук.

Вирджиния похолодела. Замерли и те из гостей, что стояли рядом. На несколько секунд воцарилось зловещее молчание. Наконец Адриана, судорожно сглотнув, пробормотала:

— Гилмор, что вы такое говорите?..

Вирджиния же нахмурилась и заявила:

— Мы все знаем, что мистер Лейбрук просто высказывает свои предположения. Он пытается внушить собравшимся, что мистер Суитуотер имеет отношение к смерти миссис Рэтфорд и миссис Хэкетт. Но это совершеннейшая неправда.

Лейбрук повернулся к Вирджинии с видом искренней озабоченности:

— Как вы можете быть уверены в этом, мисс Дин? О мистере Суитуотере вообще мало известно. Кроме того, что он, очевидно, возомнил, будто вправе выносить приговор тем, кто использует для заработка свой талант. То есть таким, как вы.

— Сэр, у меня нет сомнений относительно мистера Суитуотера. — сказала Вирджиния. — Дело обстоит так, что я видела послеобразы в зеркалах, которые остались на местах их смерти. Обе женщины были убиты. Однако их убил отнюдь не мистер Суитуотер.

Лейбрук с Адрианой остолбенели. «Как и все остальные», — мысленно отметил Оуэн.

— Вы уверены в том, что их действительно убили? — спросил Лейбрук.

— Да, — ответила Вирджиния. — Совершенно уверена.

Оуэн почувствовал, как воздух задрожал от накала энергии. Лейбрук явно нервничал. Адриана же смертельно побледнела.

— Черт подери! — воскликнул Лейбрук. — Я слышал, что на телах не было признаков насильственной смерти. Никаких следов яда.

— Привидения, — шепнула Адриана. — Значит, слухи верны. Гадалки вызвали смертоносных духов с Другой Стороны.

Лейбрук посмотрел на нее с досадой:

— Не будь посмешищем, дорогая!

— Уверяю вас, привидения тут ни при чем, — сказала Вирджиния. — Просто действовал хладнокровный убийца.

— Вы видели его образ? — спросил Лейбрук. Он был весь внимание, глаза его пылали.

— Я уже объясняла вам, что не могу видеть в зеркалах лица убийц. Однако… Когда я читала в зеркалах, со мной был мистер Суитуотер. Он сумел уловить признаки того, что человек, который убил миссис Рэтфорд и миссис Хэкетт, обладал психическим талантом.

Лейбрук сурово посмотрел на Оуэна.

— И что вы узнали про убийцу? — нервно спросила Адриана.

— Было ясно, что человек, убивший миссис Рэтфорд и миссис Хэкетт, получал от акта убийства особое, неестественное удовольствие. Или, возможно, переживания сексуального характера, — ответил Оуэн.

Адриана в ужасе воскликнула:

— Неужели? Вы уверены?!

— Абсолютно уверен, — ответил Оуэн.

Лейбрук же, прищурившись, проговорил:

— Не понимаю, каким образом это обстоятельство исключает вашу невиновность, мистер Суитуотер.

Вирджиния мило улыбнулась:

— Могу заверить, что страсти мистера Суитуотера, и страсти сильные притом, вовсе не носят характера неестественности или одержимости. Как раз наоборот.

Лейбрук снова воззрился на Оуэна как на заклятого врага. Затем бросил сердитый взгляд на Вирджинию:

— Мне кажется, вы слегка переусердствовали с шампанским, мисс Дин.

Вирджиния пропустила это замечание мимо ушей.

— Если бы мистер Суитуотер и совершил акт убийства, то не ради удовольствия. Я в этом уверена.

— Разумеется, не ради сексуального удовольствия, — сказал Оуэн с холодной учтивостью. — Предпочитаю получать его естественным путем.

Глава 28

— Да это все равно, что сунуть кота в стаю голубей! — воскликнула Шарлотта. — Господи, Вирджиния, ты могла бы просто нацепить на спину огромнуювывеску, извещающую всех, что у тебя любовная связь с мистером Суитуотером!

— Не думаю, что вывеска сочеталась бы с фасоном моего платья, — ответила Вирджиния.