Страж. Наемник - Кирилл Кривицкий

– Хорошо, если ни у кого нет возражений, так и поступим. Чат, Зал, есть другие предложения? – маг и полукровка синхронно отрицательно покачали головами.

Спрыгнув в камеру с кахулами, Данте осмотрел стонущую кучу воинов, предвкушая пиршество, улыбнулся и приступил к пополнению энергии путем поглощения крови. Осушив тело, вампир с кривой улыбкой, скорее смахивающей на гримасу отвращения, рвал тело на клочки, разбрасывая окровавленные куски по сторонам.

– Черепушку туда, руку сюда, потрошка разбросаем повсюду, кровищи побольше. – последние слова бормотал со скорбным выражением лица, поборов сожаление, продолжил. – В общем, натюрморт в преддверии ада готов.

С каждым разорванным кахулом, вампир все больше ярился, необъяснимый голод снова напомнил о себе. Данте рычал и поглощал кровь, разрывая клыками шеи обреченных людей.

Расколов от злости череп кулаком, расплескивая содержимое черепной коробки, Данте прошипел.

– Какого ангела?! Пью кровь литрами, а голод не только не унимается, но наоборот усиливается!

Кахулов с каждой минутой становилось все меньше, а Данте выходил из себя все больше, жажда крови вырастала в геометрической прогрессии, настоятельное желание крушить хлипкие человеческие кости усиливалась, и вампир перестал себя сдерживать.

Тела разрывались в доли секунды, изуродованные конечности плотным ковром устилали пол, брызги крови порой оказывались на потолке, не говоря уже о стенах. Данте не замечал, что растерзанные тела, начали слабо шевелиться, немногие уцелевшие мышцы начали конвульсивно сокращаться, а спустя пару мгновений стали стремительно разлагаться, распространяя по камере непереносимую вонь распада некогда живой плоти. Губы вампира раздвинулись, обнажая окровавленные клыки, блажено прикрыв глаза, Данте почувствовал, как непереносимый голод потихоньку отступает, на грани слышимости раздалось глухое довольное урчание.

Придя в себя, Данте едва удержал еще не переработанную кровь в желудке, настойчиво просившуюся наружу. Справившись со строптивым ужином, осмотрел место бывшего побоища с белеющими костями в лужах разложения.

– Да что за свет здесь происходит?! – прикрыв глаза. Прислушался к себе. – Оба на, голода как не бывало! Ох, ты ж, е-Кл-мН, резервы, что ли увеличились?! Походу да, но почему и что тут совсем недавно происходило?! – взгляд наткнулся на корзины с едой заляпанные гнилью, пробормотал раздосадовано. – С едой вышел облом.

Данте в последний раз окинул взором неаппетитную картину и удовлетворенно кивнул. – Пазл получился качественный, даже меня слегка мутит, а что говорить о тех, кто все это дело будет разгребать? Правда вряд ли успеют, но надеюсь, вывернет всех, кто сюда сунет свой нос.

Данте приложил ухо к двери и несколько минут стоял не шевелясь, напряженно прислушиваясь к тому, что делалось в коридоре. Убедившись, что все в порядке навалился плечом на дверь, оскальзываясь на гнили, обильно залившей пол. Приоткрыв немного дверь, Данте просунул руку в щель и откинул засов. Остатками соломы вытер ступни и приладил дверь наместо. Данте, задумчиво посмотрел на сломанный шпингалет, после чего быстро пробежался по всему коридору, отрывая запоры на люках и, забросил подальше в камеру кахулов, после чего удовлетворенно кивнул. Отодвинув люк в свою камеру, и мельком оглядев настороженные лица сокамерников, спустился в камеру. Приземлившись на пол, осмотрел замерших существ и широко улыбнулся.

– Часть дела сделана, завтра на свободу!

Данте шутовски поклонился, после чего, сыто икнув, закрыл глаза, приступая к обратному переходу, процедил сквозь зубы.

– Теперь физическая трансформация только в самых крайних случаях! Что б тебе, истеричка светящаяся, икалось в эмпириях!

Крылья, стремительно уменьшаясь в размерах, уходили под кожу, вновь изрезанную множеством мелких чешуек, вставшими дыбом и медленно исчезающими под ней. Ранки стремительно затягивались, оставляя на виду только испачканную в крови кожу вампира. Выдохнув облегченно, Данте неосознанно нашел взглядом оборотней а, увидев искривленные лица в мученических гримасах и округлившиеся слезящиеся янтарные глаза ребят не смог удержать хохота. Увидев позеленевшие лица, Язуллы и Чатлана с полукровками, медленно отползающих подальше, чуть не свалился в приступе истерического смеха.

– Видели бы вы себя, умора, да и только, понимаю, конечно, что от меня благошмонит не на шутку, но потерпеть-то, хотя бы из уважения ко мне могли бы! Ал, вода еще осталась?

Орк, не говоря ни слова, бросил Данте одну из фляг, наполненную на половину. Поймав ее, Данте отошел к мертвым телам стражников с изрядной долей настороженности, готовый в любой момент отскочить обратно, если вдруг, последние решат, что пора разлагаться. Но нет, мертвецы оказались покладистые, шевелиться, а тем паче, распадаться даже и не думали. Изрезав саблей одежду кахула, Данте как мог, постарался отереть тело, видя его мучения, подошел Экитармиссен, после этого дело пошло веселее. Осмотрев Данте, оборотень пробормотал.

– А ты в большей степени восстановился, правда шрамы все еще видны, да половина лица как была обожжена, так и осталась.

– Знаю, братишка, благодаря магическому огню, шрамы сойдут окончательно еще не скоро. Жизненной энергии пока не хватает, да и процесс долгий сам по себе. Хорошо хоть один глаз восстановился, уже могу видеть энергию. – про себя подумал. – "Никак не могу понять, куда все призраки подевались, тут душ должно быть немеряно, а ведь ни одной еще не видел! Даже духов мною убиенных стражников не видно, хотя по идее, они должны оставаться прикованными к месту смерти в течение семи суток. Ладно, потом как-нибудь разберемся, что тут и как". – в слух сказал. – Всем спать, набираться сил, для выхода на свободу, они нам всем еще пригодятся.

Ороллин заворожено смотрел на амулет, отложенный Данте, молча толкнул в бок Конгами и глазами указал на магическую поделку. Гном ошарашено кивнул, Алетагро подошел к вампиру, пристально рассматривая восстановившийся глаз с сине-зеленой радужкой.

– Дан, у нас нет времени на отдых, ты отсутствовал практически всю ночь, честно говоря, мы уж думали, что тебя схватили. Ты точно уверен, что нам сегодня уходить надо? Может, лучше завтра?

– Нет, Ал, сегодня, и только сегодня. Завтра у нас не будет никаких шансов, я пока добирался до накопителей, немного намусорил по пути, в любом случае сегодня же это все заметят и начнут разбираться, а я не уверен, что все следы замел. Если догадаются, нас на арену просто не выпустят, удавят прямо в камере, маги заклинаниями забросают, и все, прощай свобода.