Снежная вакансия - Софья Дашкевич

– Не мышонка, не лягушку, а неведому зверушку, – машинально подсказала я.

– Ты что, тоже читала эту дурацкую книгу?! – опешил Тобиас.

– Нет, просто предполагаю. Так, и что было дальше?

А дальше было вот что. Библиотекарша Ивельда пожалела парня и выдала ему конфискованные записки ведьм, в которых рассказывалось про особые зелья, способные проявить ведьмину кровь. Воодушевившись, Тобиас взял пропуск на выход и отправился в Крейвик, маленький городок, который издавна облюбовали ведьмы.

Там-то он и столкнулся с одной красавицей – во всяком случае, при упоминании о ней у Тобиаса глаза подернулись дымкой, – которая была чрезвычайно мила, специально сварила нужное зелье и подтвердила опасения Ветури-младшего.

Перед Тобиасом встал закономерный вопрос: если его мать – ведьма, то как ее зовут? Почему она бросила новорожденного сына, почему не появлялась все эти годы, жива ли вообще?

С этим красавица помочь уже не смогла. Она заявила, что о таких вещах могут знать только старшие ведьмы, главы ковенов, – у них это строго отслеживается.

Тобиас вернулся в Пилигрим и начал с удвоенным энтузиазмом штудировать библиотеку: искал любую информацию про разные ковены, про их иерархию. Но тут в академии появилась я, и Тобиас усмотрел в этом знак. Все же Мойна – глава туманного ковена и должна была владеть информацией. Правда, бедный парень и предположить не мог, что информация окажется именно такой.

Тобиас сложил показания Мойны с оправданиями отца, и у него получилась следующая картинка. Рикс Ветури в свое время позарился на симпатичную юную ведьмочку, а потом, когда она забеременела, испугался за свою репутацию. Он удерживал ведьму у себя до самых родов, после чего забрал младенца, чтобы бывшая любовница не могла шантажировать его. И для надежности стер ей память.

Мойна, по ее словам, спохватилась слишком поздно. Она не знала, кто обесчестил ее дочь, но невозможно скрыть недавние роды. Несколько лет молодая ведьма сходила с ума, пытаясь понять, что с ней произошло и где ее ребенок.

Она охотилась за верховными магами, допрашивала каждого, все это переросло в паранойю, она даже украла какого-то мальчика, приняв за своего сына. И вот тут-то дело безумной туманной ведьмы досталось Кассию.

Выглядело все не лучшим образом: похитительница детей, вдобавок не совсем здоровая. Как того и требовали законы, Кас лишил ее магии и отдал под суд.

– Теперь будут повторные разбирательства по делу моей… – Тобиас запнулся. – В общем, ты поняла. Отца лишили места в совете, а я не могу продолжать обучение. Они все считают, что, раз я наполовину ведьмак, мне здесь нечего делать и доверять мне нельзя. Ключ я, видите ли, украл. Как он у тебя оказался, Арина?! Скажи им, что это ты взяла его!

– Взяла, – кивнула я. – Но из клетки Плюшки. И это точно был ключ Каса, ты же сам видел, что он сработал!

– Тогда я вообще не знаю… – Тобиас взъерошил волосы. – Может, я схожу с ума, как моя мать? Я же точно помню, как готовил себе артефакт! И потом: я даже не заходил в кабинет мессира, спроси у кого хочешь! В тот день Нериус отправил меня за магрелками, и я был в общежитии артефакторов, клянусь!

– Я верю тебе. Верю! – Я взяла отчаявшегося парня за руку, пытаясь хоть немного успокоить. – Мне кажется, кто-то еще был в курсе твоих планов и подменил ключ до меня, чтобы ты вынес его из Пилигрима. Кто-то знал, что ты собрался охотиться на ведьму. И этот кто-то явно до сих пор в академии. Обещаю, мы это выясним.

Тобиас посмотрел на меня с такой болью! Похоже, впервые кто-то поверил ему, встал на его сторону.

– Спасибо! – Парень стиснул меня в объятиях и прижал к себе, а я почувствовала, что он вот-вот разрыдается.

Однако дать слабину Тобиасу помешали.

– Кажется, я просил тебя пойти в свою комнату, Арина! – ударил в спину ледяной голос Кассия.

16

Свежий взгляд

= Кассий Нериус =

Паршиво, погано, на редкость отвратительно – и это лишь немногие эпитеты, которыми Кассий мог описать свое состояние.

За годы работы в гильдии верховных магов он мог бы и привыкнуть, что справедливость и политика – вещи несовместимые. И все равно каждый раз после общения с власть имущими во рту оставался горьковатый привкус разочарования.

Для начала Касу не дали даже допросить Мойну.

– Мы заберем ее завтра, – объявил Гай Сципион, отец одного из студентов и по совместительству действующий инквизитор.

Кассий понимал, почему Сципион так поступил: еще в те времена, когда они служили в одном отделе, Сципион находился в тени Каса, а теперь явно хотел отыграться. К сожалению, закон был на его стороне. Формально Кассий не имел права ловить ведьму, пользоваться ключом, да и вообще нарушил столько правил, что впору было самому сдаваться под суд.

Декану прилетело за все. Не сообщил в гильдию о пропаже ключа, не подал заявление – раз. Самовольно запер в академии более сотни магов – два. Никому не сказал, что его помощница из другого мира, – три.

– Как это вообще возможно?! – разорялся Леоний Тарквини, член попечительского совета. – История знает всего несколько случаев пересечения границы между мирами, и все они были осуществлены опытнейшими архимагами более ста лет назад. И вы пытаетесь убедить нас, что болотная, с позволения сказать, старуха вот так запросто привела к нам иномирянку? Побойтесь великих духов, мессир Нериус! Вас ввели в заблуждение, гнусно обманули…

– Мойна Ри Гвейр – туманная ведьма, притом крайне сильная, – как можно спокойнее ответил Кас. – Поверьте, она способна на многое. Тем более что у нее была серьезная мотивация. Она спасала дочь. И, как мы теперь выяснили, несправедливо обвиненную дочь! – На этих словах декан выразительно покосился на Рикса Ветури. – Если кто и ввел нас в заблуждение, так это мессир Ветури! Как можно после таких случаев удивляться, что ведьмы на нас нападают?!

– С мессиром Ветури мы еще разберемся, – подал голос Юлий Сервили. – Ваших проступков вся эта ситуация никак не оправдывает. Девушку следует допросить и забрать в гильдию до выяснения обстоятельств. Я не уверен, что у нас получится отправить ее обратно, но ради всеобщей безопасности…

– Она никуда не поедет, – отрезал Кас.

Сказать такое в лицо высокопоставленному архимагу было безумием. Скандал, который разразился на совещании, напоминал самое настоящее цунами. И все же Кассий стоял на своем: он слишком хорошо знал, как устроена бюрократия. Знал смысл выражения «до выяснения обстоятельств». Да они бы посадили Арину в