Мастер зверей. Бог грома. Бархатные тени - Андрэ Нортон

Солнце уже ушло из ущелья, и сейчас в нем было свежо, прохладно и очень тихо. Вздрагивая от боли в одеревеневшем плече, Сторм поднялся, тяжело опираясь на скалу, которая, по-видимому, спасла ему жизнь. «Похоже меня просто не заметили, — подумал он, — а то Нитра, конечно, добили бы меня и по своему обычаю отрубили бы правую руку».

Трупов в ущелье не было, только взрытая копытами земля, разбросанные стрелы да несколько пятен крови говорили, что здесь был бой. Пошатываясь, Сторм вышел в проход и попытался разобрать следы. Следы сапог выходили из ущелья… значит, Нитра захватили пленников?

Зажав рукой рану на плече, Сторм внимательно разбирал перепутанные следы сапог колонистов, лошадиных копыт и плоские отпечатки норби. А потом, держась рукой за стену и пошатываясь, направился к своей пещере. Он и сам не помнил, как добрался до знакомого входа, но все-таки добрался и окликнул двух своих друзей. Но никто ему не ответил. Он двинулся на свет, просачивающийся в не заделанный пролом. Протиснувшись в проход, он не удержался на ногах и опустился на четвереньки прямо на черную тропинку.

— Логан — слабо позвал он, — Горгол!

И снова никакого ответа. Подняться снова на ноги у него уже не было сил. Но где-то здесь была сосна, зеленая трава и запах родной земли! Сторм мечтал о прохладной траве и живом навесе ветвей у себя над головой не меньше, чем о глотке холодной воды или о том, чтобы прошла рвущая боль в раненом плече.

Он пополз дальше и вдруг наткнулся на что-то желто-красное, лежащее поперек тропинки. Он приподнялся, ощупал безвольное тело и увидел бледное лицо Горгола с закрытыми глазами и полуоткрытым ртом. Но туземец, кажется, был все-таки жив. Сторм видел, как пульсирует артерия, проходящая у основания ближайшего к нему рога. Сторм не заметил никаких ран. Казалось, туземец просто спокойно спит.

— Горгол!

Сторм слегка толкнул норби, затем здоровой рукой легонько похлопал по щекам. Наконец глаза туземца открылись и он изумленно уставился на Сторма. Здоровой рукой Сторм просигналил единственный вопрос:

— Кто?

Горгол попытался подняться и тут же схватился руками за голову. Он тихо стонал, сжимая ладонями виски и прикрывая пальцами глаза. Только через несколько минут он смог оторвать руки от головы и просигналить.

— Я вышел… ходил за водой. Заболела голова… я упал и заснул.

— Парализатор! — Сторм огляделся. Ни Сурры, ни Логана, ни лошадей в пещере не было. — Нитра? — спросил он, хотя сам очень в этом сомневался. Могли ли Нитра, никогда не державшие в руках оружия колонистов, использовать против Горгола парализатор?

— Нитра убивают стрелами и ножом, — просигналил Горгол. Только сейчас он заметил рану Сторма, из которой еще торчал обломок стрелы. — Вот это — Нитра! Здесь?

— Засада на входе в долину.

— Пошли!

Горгол еще раз погладил свою гудящую голову и поднялся. Он помог подняться Сторму и повел его через лабиринт садов. Очнулся Сторм уже на постели из слежавшейся хвои, любуясь ажурной зеленой кроной. Чуть в стороне Горгол сложил маленькую кучку сухих веток и теперь старательно выбивал искры из своего кремня. Наконец веточки задымились, появились яркие языки пламени. Горгол достал свой нож, аккуратно обтер лезвие и сунул его в самую середину костра.

Сторм, сразу догадавшийся, что он собирается делать, мрачно наблюдал за этими приготовлениями. Он понимал, что это необходимо. Если он хочет отыскать следы пропавшего Логана и своей команды или уведенного в плен Квада и его колонистов, то прежде всего ему надо привести в порядок самого себя. И он все-таки умудрился выдавить из себя подобие улыбки, когда норби подошел к нему с раскаленным ножом.

— Стрела торчит в ране, это плохо, — попытался объяснить Горгол Сторму. — Надо вырезать, и прямо сейчас!

Здоровой рукой Сторм пошарил по хвойному ковру, нашел крепкую обломившуюся ветку и сжал ее в пальцах.

— Начинай! — сказал он вслух.

И хотя Горгол не мог знать значения этого слова, он все понял по глазам Сторма. И начал.

Норби был достаточно умел, и Сторм догадывался, что ему уже приходилось вырезать стрелы из ран своих друзей. Но терпеть эту операцию, как бы мастерски она ни делалась, было нелегко. К счастью; из четырех зубцов наконечника обломился только один, а остальные вышли с наконечником.

Тяжело дыша, едва не теряя сознание, Сторм сумел спокойно пролежать до самого конца, когда Горгол размял какие-то листья и залепил рану влажной зеленой мякотью. После этого он приподнял голову пациента и поднес ему прохладной воды. Сторм с благодарностью глотал пересохшим ртом живительную влагу. Когда Сторм снова улегся, Горгол сел к нему лицом и просигналил:

— Пойду поищу Логана, узнаю, кто усыпил Горгола, посмотрю, что делают злые люди.

— Нитра, — попытался непослушными руками показать Сторм.

Горгол сразу же понял и ответил:

— Не Нитра. — Он похлопал себя по правой руке, — Нитра взяли бы руку, им нужны трофеи в Дом Грома. — Наверное, это Мясники. Попробую выяснить.

Но Сторм был уже не в состоянии смотреть даже на приветливую зелень над ним. Разбудило его что-то мягкое и теплое, прижавшееся к его здоровой руке, и он осторожно открыл глаза. Прямо над головой, в путанице зеленых ветвей двигалось большое черное пятно, и прямо на Сторма смотрели блестящие ярко-желтые глаза.

— Баку! — радостно воскликнул он, и орел отозвался своим пронзительным приветственным криком. И только тут он понял, что это теплое и мягкое под его рукой — щебечущий и сопящий Хинг, и тут же где-то рядом раздалось громкое мурлыканье Сурры.

Еще не проснувшись окончательно, землянин наслаждался полузабытым комфортом. Он автоматически потянулся приласкать Сурру, и только резкая боль в плече заставила его мгновенно вспомнить все. Он осторожно потрогал плечо и удивился: боль была совсем не такой страшной, как он ожидал. Похоже, этот волшебный мир снова подлечил его, и он, хоть и с трудом, но мог двигаться. Вдобавок, зеленый пластырь, который налепил на рану Горгол, присох и хорошо закрыл рану, да и боль снимал как хороший наркотик.

«Горгол, должно быть, уже возвращался один раз», — подумал Сторм, увидев сложенное рядом с ним его земное одеяло, канистру с водой и упаковку концентрата. А прямо под руку ему был подсунут широкий листок с горкой аппетитных фруктов.

Сторм ел с жадностью совершенно голодного человека и с каждой минутой силы возвращались к нему. Он уже чувствовал себя вполне готовым действовать, когда Горгол легко пробежал по дорожке к их зеленому садику.

— Ты нашел? Где? — нетерпеливо спросил Сторм.