Крылья Огня: Пророчество о дракончиках - Белоусов Алексей

что к актуальному времени события всё может довольно сильно поменяться, в том числе и потому, что мы узнаем об этом вероятном варианте.

— Ничего, всё равно лучше знать общее направление, чем не знать ничего, — отозвалась Слава, располагаясь отдельно между Глином и Звёздолётом, пахня собой особенно сильно, отчего двое невольно ещё раз выстрелили языками, а она улыбнулась. — Так что давай дерзнём.

Вздохнув, Звёздолёт прикрыл глаза, вновь уходя в пространство из звёзд и созвездий. Подумав о том, что будет завтра вечером, он нырнул в яркий свет одной из них.

— … Скорее всего, утром королева пришлёт объявление войны на замирение мятежной семьи или что-то вроде того, — беспокойно вылизывала драконят Кречет. — Мы готовы. Тем более, что завтра начнут собираться семьи. Хотелось бы мне надеяться, что после голосования по доверию текущей королеве всё пройдёт тихо и мирно, но я сомневаюсь. Пурпур вцепилась во власть когтями крепко, и вряд ли захочет отдавать её без боя.

Звёздолёт вынырнул обратно. Что ж, видимо завтра у них есть ещё время. Надо посмотреть послезавтра.

… На той самой поляне, где они встретились с бабушкой, расположилась куча драконов, тем не менее, явно распределяясь по пять меньших кучек. Иногда некоторые из них отходили к другим кучкам, тихонько переговариваясь о всяком — о миграции козлов, об охоте на больших чаек, и семейных делах.

Пятеро дракончиков тоже были тут, в кучке семьи Медночешуйных. Солнышко смотрела на всех с радостной осторожностью, Глин смотрел на большой каменный котёл, полный чего-то вкусно пахнущего, Слава полностью слилась с окружением, Цунами похоже ушла в реку подальше от всех, а сам ночной с напряжённым взглядом вперился куда-то вперед.

Там, возле большого плоского булыжника, на котором запеклась кровь от недавно съеденной дичи, сидело четыре дракона и бабушка. Они смотрели друг на друга с интересом, как будто давно не виделись. Звёздолёт «перелетел» мыслью к ней, пытаясь понять, о чём же они там толкуют.

— Не очень хороший повод собраться нам здесь вместе, но всё же я рада, что мы смогли, сказала бабушка.

— И я рада, что наш союз наконец-то начал действовать для того, ради чего создавался, — сказала драконица с чешуёй цвета агата.

— Спасибо за такое щедрое гостеприимство, — сказала другая с чешуей, чем-то похожей на красную глину.

— Спасибо тебе, что пропустила, — сказала рыжая драконица.

— Не за что. Как бы ты иначе сюда попала? — ответила драконица с чешуёй цвета гранита.

— Но ты рисковала гневом королевы!

— Мы все это делаем прямо сейчас, собираясь на голосование.

— Кстати о голосовании. Что вы решили? — наконец спрашивает бабушка. — Медночешуйные голосуют против Пурпур. Неоднократные нарушения воздушного пространства, приказ отдать ей наших детей, зафиксированный письменно, как вы видели.

— Агатойчешуйные голосуют против Пурпур. Она посягает на семейные права и свободы, и по сведениям информаторов, точит когти на нас за нашу независимость.

— Красноглинные голосуют против Пурпур. Её попытки приказать нам отдать драконят Ярчайшей Ночи и закрытие дел с морекрылами неприемлемы.

— Белокаменные голосуют против Пурпур. Она запретила нам вести сношения с Белокоралловыми, нашими давними союзниками, и запретила остальным небокрылам общаться с нами, когда мы отказались, а так же периодически вторгается на наши границы.

— Краснокаменные голосуют против Пурпур. Она так же пыталась контролировать наш выводок, утверждая, что мы должны отдать ей наши яйца Ярчайшей ночи, и неоднократно пыталась выкрасть вылупившихся из них драконят, когда мы отказались.

— Итак, слова сказаны, — подвела итог бабушка. — Семьи единогласно решили, что Пурпур не должна быть предводителем Небокрылов и Небесного королевства в связи с неоднократным нарушением прав семей. Мы зафиксируем это на грамотах в пяти экземплярах и пошлём шестой лично ей в когти.

Остальные драконы кивнули. Бабушка достала листы из своей нагрудной сумки, и они стали заполнять их один за другим. Текст везде был одинаков: «По решению всех семей Небокрылов, в связи с неоднократным нарушением их свобод и прав, королева Пурпур считается освобождённой от бытия предводителем и больше не имеет права считаться королевой Небокрылов. Подписано в луны убывающую, новолуние и новолуние в год пять тысяч двенадцатый после Опаления: Агаточейшуйные, Красноглинные, Краснокаменные, Белокаменные, Медночешуйные». Затем передали их по кругу, убеждаясь, что текст один и тот же, и, наконец, подписали их своими когтями.

— СЛУШАЙТЕ ВСЕ! — наконец торжественно воскликнула бабушка, вставая, когда наконец все шесть экземпляров были подписаны и спрятаны в нагрудные сумки каждого дракона, что теперь встали рядом с ней. — СЕМЬИ РЕШИЛИ ОСВОБОДИТЬ КОРОЛЕВУ ПУРПУР ОТ ТЯЖЕСТИ КОРОЛЕВСКОЙ ВЛАСТИ, О ЧЁМ ПОДПИСАЛИ СОГЛАШЕНИЕ! С СЕГОДНЯШНЕГО ДНЯ ПУРПУР СЧИТАЕТСЯ ОБЫЧНЫМ ЧЛЕНОМ СЕМЬИ АЛЫХ! КОРОЛЕВЫ БОЛЬШЕ НЕТ!

Остальные драконы радостно взревели, выдыхая в воздух длинные языки пламени. Даже дракончики были охвачены этим настроением, присоединяясь к радости других.

— Завтра наши семьи летят вручать соглашение в её когти. А пока — отдыхайте и празднуйте, если хотите.

Празднество началось тут же. Группирующиеся стайки стали сливаться в одну, а дракончиков стали активно обнюхивать, ощупывая воздух возле них языками и предлагая многочисленные кусочки на угощение.

Дальше можно было не смотреть. Звёздолёт вынырнул из видений — как раз затем, чтобы обнаружить, как мама накрыла его крылом.

— Ну, что увидел, мой маленький мыслечтец? — заулыбалась она, длинной лизнув по спине и шее.

— Послезавтра семьи соберуться на наших землях и решат, что Пурпур больше не королева.

— Отличные новости! Значит, всё пройдёт хорошо. Ну слава лунам! — и ночекрыл снова оказался под мамиными ласками, которая углаживала его носом.

Некоторое время дракончики просто лежали в пещере со своей мамой, пока их запах впитывался в каменные стены. Но наконец, когда солнце скрылось за горой, что положила свою массивную тень на долину, они вышли наружу, идя прямо к реке.

Цунами всё ещё была там, радостно плавая у берега, где поток не был таким сильными и она легко могла противостоять ему своим мощным хвостом. Завидев маму и сиблингов, стоящих у берега, она приветственно махнула им крылом, зазывая к себе: «Вода просто супер!». Глин окунул в неё лапу и убрал, удивляясь тому, как эта морекрылка выдерживает эту температуру — вода-то довольно холодноватая!

— Пойдём в пещеру, доча! — наконец сказала мама. — Завтра мы полетим на семейную поляну, и ты там вволю наплаваешься в большой заводи.

— Ещё часик! — попросила Цунами, радостно плеснув хвостом и отправив