Софи. Перерождение - Аля Миррова

с людьми, но присутствие мага ее пугало, и она не хотела, чтобы Адриан рисковал.

На поляну в трех метрах от них из кустов вышли трое рослых мужчин, одетых в простые грубые штаны и рубахи. На голове одного из них был повязан чёрный шёлковый платок.

— Куда они подевались, черт меня подери? — хрипло произнёс тот что в платке, — здесь негде спрятаться. Никак его ведьма расстаралась. Господин маг, тут нет никого.

— Ищите как следует, я за что вам плачу? — каркающий голос мага выдавал его возраст, он был очень стар. Самого мага они не видели, он был где-то за деревьями и не показывался на поляне.

Софи и Адриан замерли, слившись в единое целое. Руки графа обнимали её за талию. Его бедра касались её ягодиц, Софи чувствовала, как его подбородок лежит у неё на плече, ощущала запах его волос и их прикосновение к её щеке. Они старались не дышать, чтобы не выдать себя.

— Что тут искать, — проворчал второй, с грубым шрамом, пересекавшим щеку от уха до подбородка. Парни были натуральными разбойниками, — поляна открытая, деревья ровные, как столбы от виселицы, тут только взлететь на них можно, — видимо, на всякий случай, он поднял глаза вверх, осматривая кроны.

— Да нет их здесь! Не верите, идите, посмотрите сами! — третий из разбойников, самый молодой, крикнул, обернувшись назад. Оттуда послышалась нецензурная брань, маг распекал своих помощников за никчемность, костерил графа и Софи и проклинал преследующие его неудачи.

— Идемте, парни, они уже, наверное, в замке, чаи пьют и потешаются над нами, — произнёс разбойник в платке.

— Что с лошадьми делать будем?

— Да черт с ними. Волки сожрут. Лошади приметные. Сейчас если заберём, так сразу вопросы будут.

— Может прирезать, чтоб в замок не вернулись? — спросил разбойник со шрамом. У Софи зашлось сердце, она уже привязалась к своей лошадке. Граф, словно почувствовав её метания, крепче сжал её в объятьях, не позволяя пошевелиться.

— Оставьте их, где стоят, — прокаркал маг, — не ровен час они какие зачарованные или артефакты на них.

Софи смотрела, как разбойники удаляются с поляны. Вот снова затрещали ветки. Она уже не видела их за стволами деревьев. Раздался топот копыт, и все стихло. Адриан ослабил хватку, но не выпустил Софи из рук. Артефакт работал так, что пока они касались друг друга, оба были под чарами невидимости.

— Встать сможешь? — прошептал он ей на ухо, и Софи почувствовала его дыхание.

— Смогу, — Софи освободила ногу, и они смогли подняться одновременно. Адриан подхватил её на руки, и осторожно, стараясь не наступать на ветки, чтобы не выдать себя, если разбойники затаились где-то поблизости, подошёл к лошадям. Рядом никого не было.

Софи сосредоточилась на даре. Она не знала, как это сделать, но ей очень хотелось убедится, что они остались одни. Видение вспыхнуло, и перед ней словно карта развернулась магическая картина местности. Никаких признаков других людей, магов или первородных не было. Она видела лишь себя и Адриана в окружении чар невидимости и смутные силуэты лошадей.

— Все чисто, — тихо произнесла Софи. Адриан поставил её на землю и отошёл на пару шагов.

— Софи, выходи, они уехали, — позвал он её. Девушка коснулась медальона и проявилась.

— Ехать по дороге опасно, слишком легко они сдались, — Адриан задумался, — нас могут поджидать за любым поворотом. Поедем через поля. Я приблизительно помню, как добраться до замка.

Софи взобралась на лошадь, её слегка потряхивало, и она пыталась успокоиться. Адриан подъехал к ней:

— Ты как, ехать сможешь?

— Смогу, — Софи взяла себя в руки, отодвинув эмоции в дальний угол сознания.

Граф направил коня через поляну, к дальнему краю посадки. Софи последовала за ним. Выбравшись из посадки, они оказались в полях, которые расстилались до горизонта. Адриан пустил коня быстрым шагом. Софи ехала чуть позади. Спустя какое-то время они выбрались на тропинку, идущую параллельно дороге. Ехать стало легче, и они пришпорили лошадей. Поля были не обработаны, кое-где уже поросли кустарником и деревьями.

— Завтра, если этот Бредли рискнет явится ко мне, у нас с ним будет серьезный разговор, — Адриан остановился, осматривая свои владения, — землю уже лет десять не обрабатывают. Даже трава не скошена, середина лета. О чем только думают?

— Может людей не хватает? — Софи ничего не понимала в сельском хозяйстве.

— Так никто и не говорит, чтобы тут росло что-то. Но траву-то на корм скоту почему не косят? Ближайшие поля к деревне. Чем скотину кормить зимой будут?

Им понадобилось около двух часов, чтобы выбраться на открытую часть дороги, в закатных лучах солнца они увидели стены замка. Спустя полчаса они подъехали к парадному входу. На крыльце их ждали Арно, Дерек и Стивен. Конюх повел взмыленных лошадей в конюшню. Адриан приказал Арно накрыть ужин на четверых в чайной комнате. А сам, вместе с Софи и Дереком, направился в свой кабинет.

— Как съездили? — поинтересовался Дерек, активировав «полог тишины». Зная, что в замке шпион, все опасались прослушки.

— Сельский староста — плут и мошенник, поля заросли кустами и бурьяном, а еще нас пытались убить, — Адриан сидел в кресле, положив руки на подлокотники, — и самое обидное, мы так и не узнали кто.

— Главное, что вы живы и здоровы. Кому же вы так насолили, граф де Моро? — Дерек сидел в кресле у окна с бокалом вина.

— Это больше вопрос к вам, барон, — Софи поднялась с банкетки и прошлась по комнате.

— А при чем здесь я? — Дерек повернулся к ней.

— Убийцам нужен не граф, им нужен ваш замок. Расскажите-ка нам, что за источник они хотят здесь найти?

По лицу Дерека пробежала тень сомнения. Он посмотрел на девушку, потом на Адриана, глубоко вздохнул и начал рассказывать.

— Этот замок был построен моим дедом пятьсот лет назад. Тогда эта страна была частью единого государства, которое впоследствии распалось на Срединное королевство и Северную республику. После войны с магами крови, после чего магию крови запретили, жители северной части страны не захотели оставаться под властью короны и отделились, организовав республику. Страна была обескровлена, и у тогдашнего правителя не было возможностей вернуть мятежную часть.

Мой род всегда поддерживал монархию, поэтому переехал в центральную часть страны, оставив все свои земли