Софи. Перерождение - Аля Миррова

ведущую в деревню. Пустив лошадей быстрым шагом, они наслаждались тихим летним днем. По пути им попадались селяне, приветствовавшие своего хозяина и его спутницу. Спустя час они въехали в деревню.

— Мне надо заглянуть к сельскому старосте, — сказал Адриан. Софи пожала плечами. Ей было все равно, что делать. Они остановились у ратуши, спешились и, привязав лошадей, зашли внутрь. Там было тихо, прохладно и пусто. Староста сидел в своем кабинете и что-то писал в толстой книге, когда его помощник дрожащим голосом объявил, что прибыл землевладелец. Сельский староста трижды изменился в лице, засуетился и, вскочив с места, заискивающим тоном приветствовал их.

— Господин граф, добро пожаловать, какая честь. Чем обязан? — руки старосты ходили ходуном.

— Добрый день. С кем имею удовольствие беседовать? — Адриан уселся в кресло. Софи присела на стул, принесенный помощником.

— Мое имя Расмус Бредли. Я — сельский староста этой, то есть вашей деревни, милорд.

— Расскажите мне, как обстоят дела? Каков доход от полей, от торговли?

— Помилуйте, милорд, какие доходы? Расходы одни. То одно, то другое. Люди бегут.

— Расходам тоже надо откуда-то браться, — заметил граф, — прибыли может и нет, не спорю, а вот доходы быть должны. Покажите мне книги.

Староста вспотел и вынул из кармана платок, чтобы вытереть капли пота со своего лба. Трясущимися руками он достал с полки несколько томов.

— Вот милорд, за прошлый год и за этот.

Адриан взял последний том и погрузился в его изучение. Софи подошла к окну. Перед ее взглядом лежала площадь, люди спешили по своим делам. У гостиницы напротив стоял экипаж, из которого вышел человек в маске. «Что благородному делать здесь?» — подумала Софи. В памяти всплыл рассказ старика про господина в маске, приезжавшего в замок за неделю до нападения.

— Никуда не годится. Тут ошибка на ошибке, — в голосе Адриана звучали гневные ноты, — или ты меня обманывать вздумал, милейший Расмус Бредли?

— Как можно милорд! Даже в мыслях не было, — казалось, старосту сейчас хватит удар.

— Завтра жду тебя в замке после полудня, с книгами и подробным отчетом о доходах и расходах за этот год. Будем разбираться, куда ты направлял средства, и почему жители бедствуют. Идем, Софи, — Адриан поднялся, давая понять, что визит окончен. Они вышли из кабинета, куда тут же юркнул помощник, видимо, приводить начальника в чувство.

— Не удивлюсь, если он сбежит вместе с книгами и деньгами, — сказал Адриан, когда они выходили из дверей ратуши.

— И что тогда? — спросила Софи.

— Тогда я назначу нового старосту. В этом году прибыли так и так не будет, неурожай. Жителям придется помочь пережить зиму. А будущей весной посмотрим, как пойдут дела.

— Сколько всего деревень в графстве? — поинтересовалась Софи.

— Раньше было десять, теперь, говорят, осталось пять, остальные заброшены. Нужно будет проехаться посмотреть, — Адриан отвязал коня. Софи последовала его примеру. Они медленно спускались вниз по улочке, ведущей к выезду из деревни. Покинув деревню, Адриан и Софи направились в сторону замка.

Они неспеша ехали по пустынной дороге. Высокие деревья, нарочно посаженные здесь, росли по её обеим сторонам. В голове Софи крутилась мысль о виденном в городе экипаже и человеке в маске.

— Давай остановимся, — Софи подъехала к Адриану, — не хочу так рано возвращаться в замок, там сейчас шумно и кругом суета.

Адриан кивнул, и они направили лошадей между деревьев. За ними оказалась небольшая круглая полянка. Деревья смыкали над ней свои величественные кроны, образуя зелёный купол. Софи спешилась. На поляне росли кусты диких ягод. Девушка закатала рукава рубашки, чтобы не испачкать, и принялась собирать ягоды. Пока она собирала сочные спелые плоды, Адриан расстелил плащ около ближайших кустов и улегся на него, закинув руки за голову. Софи подошла к нему с полными горстями ягод, и осторожно, чтобы не рассыпать их, опустилась на колени рядом с ним.

— Последние в этом году, самые сладкие. Попробуй, — она протянула к нему сложенные лодочкой ладони, в которых лежала горка темно-рубиновых бусинок. Адриан повернулся на бок, и приподнялся на локте. Увидев её ладони перед своим лицом, граф, не долго думая, наклонился к ним и губами принялся собирать ягоды с её рук.

Софи смотрела на все это, сладкий сок тёк по её пальцам, а её охватывало все большее и большее возбуждение. Ягод становилось все меньше, а губы Адриана все ближе, ещё секунда и она почувствовала их прикосновение к своей коже. Софи не смела пошевелиться, чтобы не спугнуть это мгновение. Адриан поцеловал её ладонь. Софи почувствовала, как искры пробежали по всему телу, а кожа покрылась мурашками. Он поднял голову, его глаза, казалось, светились в тенистом сумраке, его губы, алые от ягодного сока, коснулись её запястья, целуя его и оставляя следы на светлой коже.

Горячее тягучее ощущение, зародившееся внизу живота Софи, разливалось по её бёдрам, поднимаясь к пояснице. Грудь тяжело вздымалась, на щеках проступил румянец, ей стало жарко. Хотелось вскочить и убежать, но в то же время хотелось, чтобы эта сладкая пытка продолжалась.

Софи словно оцепенела, завороженная его действиями, а губы Адриана продолжали свой путь по её обнажённой руке, подбираясь к ямке на сгибе локтя. Локоны его чёрных волос, выбившиеся из хвоста, щекотали её кожу. Тягучие ощущения в центре её женского естества нарастали и грозили вот-вот перейти в цунами, которое поглотит её разум, и она отдастся ему прямо здесь, среди этих деревьев, когда резкий звук ломающихся веток и ржание лошадей, заставили Софи вздрогнуть, а Адриан, резко повернувшись в ту сторону, вскочил на ноги.

— Они где-то здесь. Вон лошади. Ищите их, — Софи узнала голос мага, который слышала сегодня у пруда.

От основной поляны их отделяли редкие кусты. Софи, не поднимаясь с колен, схватила графа за руку и, приложив палец к губам, потянула к себе, понуждая его сесть рядом. Адриан опустился на колени. Софи обняла его и, нащупав на груди медальон невидимости, подаренный ей Адрианом, активировала его.

Она вспомнила о существовании медальона после утреннего происшествия и очень пожалела, что в тот момент он был не на ней, а лежал в шкатулке в комнате. Будь он на ней, они бы уже разгадали тайну нападения на замок. Вернувшись к себе, наученная горьким опытом, Софи первым делом надела медальон на шею.

Девушка не сомневалась в способностях графа справится