Любовь - не обязательное условие, или Попаданка решит сама! - Катерина Александровна Цвик

высшем обществе столицы, чтобы знать, что это герцог ан Бриер — отец только что делившего меня Леонардо. Этот старик — очень весомая фигура при дворе. Можно сказать, глава оппозиции. Герцог не любит выпячивать свое влияние, и для этого у него есть другие лица, но при дворе все знают политический расклад. Без этого никак.

Как я поняла, показательное выдворение из дворца моего отца, которое провернули через юную Анну, было проведено именно из-за того, что тот не успел узнать подводные камни и дворцовые течения и был неаккуратен в высказываниях. А новичкам этого тут не прощают.

Арман, вошедший следом, окинул нас быстрым оценивающим взглядом. От него не укрылось витавшее в гостиной напряжение. По тому, как сузились его глаза, мне стало понятно, что он отметил и расхристанный вид принца, и мои перепуганные глаза. Он хотел что-то сказать, но в этот момент произошло сразу два события: из-за их спин с двумя пистолетами в руках вышел тот самый неприметный придворный и, отдав один пистолет герцогу, второй направил на… принца.

— Что здесь происхо… — начал было Виттор, но в этот момент раздался выстрел.

Бах!

Принц дернулся, неверяще опустил голову и увидел, как на его груди начала темнеть от крови белая рубашка.

— Отец! — пребывая в полнейшей прострации, пробормотал Леонардо.

Впрочем, в ступоре был не он один. Мы все не верили в произошедшее. Слишком быстро все изменилось. К тому же не было никаких угроз, предупреждений или предпосылок к убийству. А убили не кого-нибудь, а принца сопредельного государства!

Он только что вещал о мировом господстве, собственной изворотливости, прозорливости, значимости, делил женщину — и вот, цепляясь за стул, хрипел и падал на пол.

Происходящее казалось диким, нереальным, невозможным!

Я посмотрела на Армана и поняла, что он поражен не меньше.

— Герцог ан Бриер, как это понимать? — потребовал он ответа, протягивая руку к своему небольшому пистолету, который, как я случайно увидела, был спрятан у него под мышкой.

Но дуло герцогского оружия уже смотрело ему в лоб.

— Не надо, Арман. Опустите руку. Только медленно. — И ан Бриер со щелчком снял пистолет с предохранителя.

Канцлеру ничего не оставалось, кроме как сделать то, что от него требовали. Я же недоумевала. Почему Арман пришел в этот дом один? Почему в сопровождении герцога? Что тот ему сказал, если Арман не ждал подвоха? Вопросов тьма, но главный — что здесь вообще происходит?!

И видимо, этот вопрос мучил не меня одну, потому что канцлер спросил:

— Что здесь происходит?

— А вы разве еще не поняли? — Бровь герцога слегка дрогнула. Впрочем, ждать ответа он не стал. — Я через сына узнал, что принц Виттор то ли похитил, то ли соблазнил вашу невесту. Вы ведь собирались жениться на леди ан Шэрран, не так ли? — И, снова не дожидаясь ответа, продолжил: — Конечно, я, как и мой сын, узнал о произошедшем совершенно случайно. Разумеется, мы не могли остаться в стороне, и, так как Леонардо помог в спасении принца и был принят в посольстве, он провел меня и вас внутрь. Здесь вы, Арман, увидели, что похищения не было, а ваша невеста просто решила изменить вам с принцем. Разумеется, вы обезумели, как и в случае с вашей первой женой, которая умерла от вашей руки. — Арман открыл рот, чтобы что-то сказать, но герцог поднял свободную руку, останавливая его, и с иронией произнес: — Не спорьте, Арман, народ знает лучше. Такие сплетни ходят давно. Жаль, правда, что вы сегодня так и не убили вторую свою жену, но спишем это на счастливый случай. Так вот, вы, Арман, увидели этих двоих вместе и в приступе неконтролируемой злобы убили сначала принца, а потом и вашу несостоявшуюся невесту.

Сказав это, герцог кивнул убийце Виттора, и тот направил пистолет на меня. Арман побледнел, дернулся, но герцог лишь сильнее вдавил дуло пистолета ему в лоб, а палец на спусковом крючке напрягся так, что еще немного — и прогремел бы выстрел. Но это я зафиксировала лишь краем сознания. Потому что с ужасом смотрела на невзрачного мужчину с холодным безразличным взглядом и не верила, что мой новый жизненный путь закончится вот так.

— Нет! — внезапно передо мной появилась спина Леонардо.

Все происходило так быстро, что я даже не сразу поняла, что он загородил меня собой.

— Отец! Ее нельзя убивать! Она темная жрица! Понимаешь?!

Герцог некоторое время молчал, переваривая услышанное.

— Ты в этом уверен?

— Она отправила душу из амулета в изнанку! На моих глазах!

— Н-да? — Герцог задумчиво, а потом с неудовольствием цыкнул. — Умеешь же ты озадачить, сын. — И, сощурившись, задумался.

Леонардо тем временем обратился к невзрачному:

— Я думал, ты служишь мне.

— Я всегда служил, служу и буду служить вашему отцу, — безэмоционально ответил тот.

— Конечно, — отмер герцог. — Лео, неужели ты думал, что я оставлю тебя без присмотра? Случилось такое однажды, и что? Ты появился с рабской клятвой, закрепленной самой изнанкой! Но ничего, я тебя от нее освободил, и все даже будет так, как вы с Виттором задумывали, но без Виттора, — усмехнулся герцог.

Я очень хотела видеть всю честную компанию, но Леонардо своей спиной загораживал обзор, что раздражало и одновременно дарило иллюзорное чувство защиты. Но я все же выглянула из-за его спины.

— Значит, жрица… — тем временем задумчиво произнес герцог и жестом приказал сыну отойти, чтобы видеть меня.

Как же в этот момент мне захотелось вскочить и вцепиться в отходящего Леонардо, чтобы он остался на месте и продолжал меня загораживать от этого монстра! Но усилием воли я сдержалась и лишь сильнее выпрямила спину и покрепче сцепила челюсти. Не хотелось выдать зубами дробь и показать этим гадам свой страх.

Арман стоял напряженный, сосредоточенный и злой настолько, что у него подрагивали ноздри, а губы побелели, так сильно он их сжал.

— Арман… — беззвучно произнесла я и на мгновение прикрыла глаза.

Хотелось одновременно кричать, плакать, что-то доказывать, забиться в угол и, тихо поскуливая, отгородиться ото всех, чтобы прийти в себя. Но ничего этого я не могла себе позволить.

Герцог тем временем оглядел меня с ног до головы, будто прикидывая: сгодится его сыну такая кобылка и не испортит ли она породу герцогов ан Бриер?

— Хорошо, изменим немного наш сценарий, —