Любовь - не обязательное условие, или Попаданка решит сама! - Катерина Александровна Цвик

Я удивленно распахнула глаза, побуждая его говорить.

— Анна, что ты знаешь о том, каково быть четвертым сыном короля? Даже не третьим, а четвертым?

Я подозревала, что это не самая плохая участь, но вслух это не сказала. Лишь медленно покачала головой, продолжая вопросительно смотреть ему в глаза.

— Это значит, что тебя никто не воспринимает всерьез, — сам ответил на свой вопрос принц. — Разменная монета, которую можно удачно пристроить, используя в матримониальных планах, — вот кто такой четвертый принц крови небольшого королевства. И долгое время я был готов исполнить свое предназначение, пока однажды меня не предали. Моя возлюбленная, — в его глазах блеснула злость, — решила, что с младшим принцем быть не так выгодно, как с его старшим братом, и стала его фавориткой. Сейчас я понимаю, что это пустяк, но тогда я на целый год покинул двор и уехал в дальнее поместье. Был молод и глуп, — хмыкнул он. — Согласись, наши истории тут очень похожи. За исключением того, что в свое заточение я уехал сам. Но именно там я случайно нашел старинный схрон, в котором обнаружил темные амулеты и множество жреческих книг. А еще там был… — Виттор смотрел на меня блестящими от возбуждения глазами. Он явно получал удовольствие, занимаясь самолюбованием и одновременно уничижением себя прежнего, — инициатор.

— Что? — не поняла я.

— Инициатор. Редчайший артефакт, пришедший из такой древности, что страшно представить. Он способен инициировать в темного жреца любого человека. Хотя и всего один раз. Понимаешь?

— Ого!.. — впечатлилась я. — Но… разве кто-то добровольно согласится стать жрецом Темного бога?

Виттор рассмеялся.

— Все-таки ты еще слишком наивна. Но мне это даже нравится. — Он окинул меня плотоядным взглядом. — Анна, всегда есть те, кто жаждет запретных знаний. Нужно лишь их найти и правильно эти знания продать.

— И ты нашел… Леонардо? — догадалась я. — И продал артефакт ему?

— Анна, не ожидал от тебя такой глупости, — поморщился Виттор. — Я принц, а не торгаш!

— Прости, — потупилась я. — Я и в самом деле еще совсем неопытна. К тому же я всего лишь женщина и…

— Да, ты всего лишь женщина, — посмотрел он на меня с превосходством, но потом все же смягчился, задержав взгляд на моих губах. — И поэтому некоторые вещи тебе простительны. Так вот, такими вещами не торгуют — в прямом смысле слова. Они помогают заключать судьбоносные союзы. И я решил, что мне незачем маленькое королевство, из которого я родом. Я могу получить власть над государством, о котором мои братья могут только мечтать. И пусть это будет власть из тени… Это неважно. — Он хмыкнул, уже явно представляя себя на троне.

— Не понимаю, как тебе в этой затее поможет Леонардо?

Виттор криво усмехнулся, помолчал, разглядывая меня, и начал издалека:

— Король стар и очень болен, хотя выглядит пока неплохо, а его сын — безвольный и мягкотелый слабак, который интересуется только балеринками и певичками. А! Еще он обожает рисовать, и это наверняка очень ему поможет в управлении страной. — Он хмыкнул. — Думаешь, король зря так держится за Армана и дает ему столько власти? Зря подобрал принцу в жены невзрачную, но умную герцогиню из сильного рода ан Клемор? Он намеренно окружает сына верными людьми, которые будут править за него. И после того как Арман падет, королю придется выбрать нового канцлера и опору для сына.

— И это будет Леонардо? — удивилась я. — Но… он же для всех обычный человек, а не темный жрец.

Виттор загадочно, с превосходством улыбнулся.

— Темный дар иногда просыпается очень непредсказуемо. Об этом нужные люди знают. Как и ты. — Он снова усмехнулся. — Ты ведь получила дар недавно, правильно? Кстати, не расскажешь, как это произошло? История не знает ни одной женщины с темным даром. Считается, что предназначение женщины — дарить жизнь, а не заигрывать с изнанкой и душами, которые туда ушли.

Я не знала, что ответить. Уходить в несознанку? Не получится. Виттор ведь уверен в выводах Леонардо. Говорить правду? Большей глупости и представить сложно! Я не могу даже предположить, что эти ненормальные учудят после таких новостей. И гору трупов, которая появиться в ходе их экспериментов, тогда смело можно вешать на мою совесть.

Что ж, остается только цепляться за то, что темных жриц в этом мире еще не было и о них ничего не известно.

— Я… Виттор, я правда не понимаю, как работает моя связь с изнанкой и есть ли она вообще. Я ощутила нечто странное после того, как сильно ударилась головой во время падения воздушного шара. Кстати, — я ухватилась за возникший у меня в голове вопрос как за возможность перевести тему разговора, — зачем ты хотел нас убить? Насколько я поняла, ты хочешь дискредитировать Армана. Не понимаю, правда, почему. Проще ведь и в самом деле убить.

— А я в тебе не ошибся. Ты умеешь делать правильные выводы. — Виттор встал и прошел к бару. — С нападением глупо вышло — это у Леонардо сдали нервы, и он, увидев удобный момент, решил устранить канцлера. Потому и вышло все так… глупо. Но он быстро пришел в себя и сам же убил своего одержимого. Н-да… А насчет дискредитации — ты одновременно права и не права. Да, мы хотим настроить против Армана общество, аристократию и самого короля, чтобы любой на фоне канцлера, даже новичок, каким будет представлен Леонардо, выглядел более выигрышно. Но еще я преследовал цель стравить Армана с одним родом, в котором рождаются темные жрецы. Получилось бы хорошо… — Виттор налил себе что-то в бокал. — Будешь что-нибудь? — Я покачала головой. — Как знаешь. Так вот, было бы очень хорошо, если бы они сцепились и поубивали друг друга. Я бы даже сказал — это было бы идеально. Но Арман оказался умнее, чем я думал, и на мою уловку не повелся.

— А Эрика ан Лонгель и баронесса ан Ливендорн, которых нашли в саду? Почему вы убили их?

— Одна слишком много начала говорить, а вторая услышала то, что ей не предназначалось. Мне не нужны сплетни, как и те, кто не умеет держать язык за зубами. — И он многозначительно посмотрел на меня.

Н-да, вот теперь все встало