Дар - Максим Алексеев

   - Простите, но у меня нет с собой лютни, и я боюсь не смогу предложить вам достойного угощения... - Вейки была смущена.

   - Ты че дура? Какая, к гевершафту, лютня? Давай, раздевайся быстро!

   Дочь Янлина поняла, что ее хотят обесчестить. Конечно, настоящая утонченная девушка из романов Баолина Вибромеча, должна была бросится на свой клинок от позора услышав такое предложение. Но Вейки не хватало на это смелости. Хотя клинок был в наличии. Она обнажила цзянь.

   - Ха, ты глянь, она поиграть хочет! Ну давай попляшем, девка. - Отто достал из ножен свою саблю

   Вейки трезво оценивала свои шансы. Перед ней, судя по виду, стояли закаленные в боях воины, а у нее были за плечами всего пятнадцать лет тренировок... Но если ей удастся умереть в бою, то эта смерть будет почетной.

   Отто с ревом бросился атаку. Шифу оторопела от неуклюжести его движений. Он нарочно притворяется, чтобы усыпить ее бдительность, подумала она.

   Вейки скользящим движением рук встретила выщербленную саблю разбойника своим клинком и направила его в землю. А затем, когда его клинок коснулся своим концом земли, с подшагом вперед ударила наискосок вверх режущим ударом, как на тренировке. Керамическое лезвие неожиданно легко вошел в плоть, не заметив сопротивления пролетело сквозь руку, которой Отто попытался прикрыть лицо, рассекло верхнюю челюсть, основание черепа и дошло до мозга. Вейки продолжила движение разворотом корпуса, освобождая меч. Отто упал замертво.

   -Ведьма!! - Гвидо уже не рвался в бой, совсем наоборот. Он пятился назад выставив перед собой палаш в трясущейся руке. А потом сунул в рот два пальца и засвистел.

   Вейки с ужасом смотрела на дело рук своих. Обезображенный труп Отто вызывал у нее рвотные позывы. Ручеек крови вытекал из ужасной раны на лице. Напряженный Гвидо медленно отступал назад к кустам.

   Раздался шорох и из-за кроны поваленного дерева выбежали еще несколько воинов во главе с Триксом. Стрела уже лежала на тетиве его лука. Вейки не обратила на это ни малейшего внимания, она была слишком шокирована произошедшим. Как только Трикс увидел труп десятника, то тут же вскинул лук и выстрелил.

   Тайскринн увидев прихотливые росчерки гномийских рун на зонте, ханьфу и характерный меч девушки мгновенно понял кто перед ним. Он лишь чудом успел поднять стену из камня. Стрела Трикса бессильно ударилась в нее и отскочила.

   - Отставить! - заорал он на солдат бросившихся в атаку и на всякий случай топнул ногой выбив почву из-под их ступней.

   Бойцы поднимались на ноги потирая ушибы. Трикс удивленно посмотрел на мага.

   - Что такое, Тайскринн? - спросил он.

   Вейки оторвалась от созерцания трупа. Перед ней в окружении бродяг стоял главарь разбойников. Несомненно, это бы он. Широкие плечи. Рост достойный сказочных гигантов. Могучие мускулистые руки и прекраснейшая из все виденных ей борода. Вот если бы он обесчестил меня, проскользнула в голове Вейки предательская мысль. Может быть даже несколько раз. Нет, конечно, потом бросится на меч. Но сначала...

   - Благородная дева, простите нас, недостойных варваров подлунного мира. Кто вы? - Тайскринн низко поклонился. За свою долгую жизнь он видел гнома только один раз. Когда небесный корабль потерпел крушение и труп пилота попал в распоряжение Конунгбургской Академии.

   Вейки облегченно вздохнула. Варвар был учтив, и похоже не желал ей зла.[12]

   - Я шифу Вейки, дочь Янлина. Мой корабль потерпел крушение во время бури. Милостивый господин, не могли бы вы помочь мне добраться до города?

   Трикс не понимал, почему Сергей Семенович так ведет себя с девушкой, убившей одного из его сержантов. А потом его осенило. Изумительно красивая воительница в загадочной одежде в лесу...

   - Тайскринн, она эльфийка, да?

   Сердце Вейки замерло. Такого страшного оскорбления ей еще не наносили. Сравнить ее с этими мерзкими созданиями! Слезы опять навернулись на глаза, и она, не сдержавшись, заплакала.

   - Трикс, ты дурак! Это гнома! Рун не видишь, что ли? Хотя да, откуда тебе знать...

   Треллони от удивления открыл рот. Стоявшая перед ним красавица никак не вязалась с тем что рассказывалось в легендах о подгорном племени.

   - Простите, этого недостойного, шифу. Пойдемте в наш лагерь, вы расскажете мне свою историю, и мы подумаем, чем сможем вам помочь. - Тайскринн уже прикидывал как он сможет использовать гному в своих планах. Шифу. Начертательница. Магия рун была сильна, хотя и не могла непосредственно использоваться в бою. О, если удастся уговорить ее изготовить для него оружие и доспехи, Кнуд не будет представлять для него никакой угрозы.

   Дорога до Царьграда заняла гораздо больше времени, чем мы планировали.

   Разрушенные деревни по сторонам дороги. Люди, стоящие у руин своих домов с отупевшими пустыми лицами. Истерический плач. Деревья как сломанные спички. Коги по привычке прикидывал сколько миллиардов кредитов уйдет на восстановление страны. Рене судорожно вцепился в поводья своей лошади. Видимо размышлял о своем родном архипелаге. Ингрид рвалась помочь, но ее запасы сил быстро закончились. Она скрежеща зубами угрюмо ехала дальше. Исцелить всех раненых было не в ее силах. Якоб оставался беспристрастным. Леха пребывал в шоке.

   А я испытывал дикое чувство вины. Окажись я тут всего на один день раньше, скольких бы я мог спасти?

   К величественным вратам Царьграда в результате мы вышли только поздно вечером. Город окружала в пару десятков метров высотой кирпичная стена с высокими зубцами, раздваивающимися на вершине на подобии ласточкиного хвоста. Стража в кольчужных рубахах и шишаках отгоняла от ворот беженцев. Между зубцов стен мелькали арбалетчики. Один за другим выезжали из ворот гонцы. Нашу разношерстную компанию тоже не хотели пускать, не помогла даже подорожная подписанная Готфридом. Только, когда Ингрид всадила в опасной близости с головой начальника караула пару огненных стрел в красную кирпичную кладку стены, тот уверовал что ее перстень бакалавра не поддельный, и что к приказу "никого не пущать" можно относится достаточно гибко.

   Найти место для жилья оказалось совсем не просто. Дома в нижнем городе были в основном деревянными, сложенными из грубо отесанных бревен. Края крыш и наличники окон были украшены ажурной резьбой по дереву. Далеко не все избы смогли перенести буйство стихии. Ближе о второму кольцу стен, за которым располагался дворец Императора, застройка сменялась каменной.

   Город кипел как разворошенный муравейник. Горожане разбирали завалы, сновали туда-сюда стражники с бердышами. Копыта наших глухо стучали по деревянной мостовой. Наконец за сумасшедшие деньги нам удалось снять пару комнат.