ВЛАСТЬ ПРОКЛЯТИЯ - Игорь Ревва

– Грон Келли правильно сделал, что взорвал Анкор, – произнес вдруг Мелони.

– Почему? – спросил Кирк.

– Это не нужно знать, – ответил Мелони. – Это никому не нужно знать. Это Наследие Предтеч – оно не для нас, оно для них. Для тех, кого сейчас нет. Для исчезнувшей расы. А если мы принесем это в наш мир, то и сами станем такими же, как они. И тоже будем ТАК воевать. Ты был прав, Кирк. Тысячу раз прав, что не позволил мне снять копию с того проклятого инфокристалла. Потому что это на самом деле проклятие. Проклятие Предтеч, проклятие Лабиринта Анкора, которое тянется сквозь века к нам и дальше…

Мелони замолчал. Кирк подумал, что сейчас в позе Мелони появилось что-то знакомое. Чем-то он напоминал того самого Грона Келли – такие же безвольно повисшие плечи, тот же потухший взгляд, та же вялость.

Я не знаю, что он там видел, подумал Кирк. Но если то, что видел я, – это самое главное в моей жизни, то либо я слишком толстокожий и ничего не понял, либо вся моя жизнь настолько примитивна, что легко укладывается в один неудачный десантный штурм.

Если бы я тогда забрал этих мальчишек с собой, подумал Кирк. Если бы они сами увидели всю процедуру расстрела. Или то, что стало с адмиралом Кертисом, когда я перекрыл воздух в его каюте. Если бы они видели это все, то они… да нет! Не ОНИ, а только ОН! ОН – Арнольд Дитрих! Он бы никогда не пошел на десантные курсы. И не отправился бы в Лабиринт Анкора, чтобы случайно оказаться в прошлом, за много лет до своего рождения.

Черт! Чем больше я об этом думаю, тем больше я ненавижу Арнольда. Ведь ему ничего не стоило предотвратить эту бойню на Леидисе-2. Он мог это сделать. Но не стал. Потому что тогда бы он не встретил меня и не превратился бы со временем в Императора. А так – у него были отличные возможности. Он хорошо знал, что ДОЛЖНО БЫЛО случиться. Ведь на десантных курсах преподавали и историю Империи.

Предтечи. Как же вы воевали-то?! Если в вашем распоряжении были и такие вот устройства, могущие и показывать прошлое, и переноситься в прошлое, и, вероятно, изменять его. Если вы могли стать бессмертными и лишить бессмертия своего противника, – почему вы исчезли из галактики?

Лишь одна раса пережила вашу войну – жители третьей планеты Таира. Они называли Предтечи Вечными. Поняв, что тайны Лабиринта уже не удержать, они покинули нашу Галактику. Они знали, что мы со временем станем такими же, как те, кто едва не погубил их расу. И предпочли не рисковать. Может быть, мы даже станем еще хуже Предтеч. Потому что и без их секретов мы превосходно умеем уничтожать города, населенные детьми.

И это не остановить, подумал Кирк. Не удержать уже, не изменить. Потому что тайны – вот они, в инфокристалле, который передал мне в двенадцатой зоне Аллан Дитрих и который я, как последний дурак, вынес из Лабиринта Анкора. А значит, виноват во всем я…

Нет, виноват в этом Арнольд. Потому что он – Император. Он решает судьбу Империи, судьбу людей, ее населяющих. Так что больше всего виноват Арнольд. Но и я – тоже. А если я виноват, то сумею это исправить.

Не знаю, почему эти мысли появились у меня только сейчас. Не знаю, так ли думает Мелони. Я не знаю этого. Но в одном я с Мелони полностью согласен – Грон Келли был прав, когда уничтожил звездную систему Анкора.

Глава седьмая

Бой на второй планете Париса вспыхнул неожиданно. Это произошло незадолго до рассвета. И самым необъяснимым было то, что бой этот происходил на испытательном полигоне, расположенном в сорока семи километрах к северу от комплекса исследовательских лабораторий. Находившийся на орбите «Исполин» моментально выпустил спутники слежения, чтобы увидеть непонятную и удивительную картину – бой шел между каилишскими диверсантами.

Два каилишских бота расположились в западной части полигона, два – в южной. И диверсанты, высадившиеся с этих ботов, вели между собой ожесточенную перестрелку. Запись получилась не очень качественной – мешали какие-то непонятные помехи. Но было отчетливо видно, что и одна, и другая стороны одеты в форму десантников Каилишской Ассоциации.

Причины этой перестрелки установить так и не удалось. Бой длился три с половиной часа. С наступлением рассвета на планете сигнал со спутников стал четче, помехи исчезли полностью. Но передаваемая ими картина вызвала недоумение.

На полигоне остались лишь два бота из четырех – те, которые закрепились в южной части. Судя по расположению тел убитых, именно команды этих ботов и потерпели поражение во время ночного боя. Но куда подевались два других бота – осталось загадкой.

Следящие спутники кружили вокруг полигона, и ни один из них не зафиксировал отхода этих ботов. Они просто исчезли. И сами боты, и люди, которые в этот момент находились на полигоне. Не осталось ничего, кроме трупов.

Об этой странной перестрелке между отрядами противника, как и о последующем необъяснимом исчезновении победителей ночного боя, было доложено лично Императору. По приказу Императора все записи были переправлены на Парис-2, Кирку ван Детчеру, лагерь которого сейчас находился в пяти километрах южнее комплекса исследовательских лабораторий. Император сопроводил это своим личным посланием, предписывающим находящимся на планете поступать по своему усмотрению.

Никто из отряда Кирка ван Детчера видеть ночного боя просто не мог – это происходило слишком далеко от них. Но известие о столь близком соседстве противника не прибавило отряду оптимизма.

Кирк был уверен, что устроенный Мелони «вечер воспоминаний» отразится на его работе в лаборатории. Слишком уж подавленным и безразличным ко всему на свете выглядел Патрик сразу после сеанса. И если Кирк, после того как снова посетил начавший уже забываться им семьсот третий год, испытал сложную гамму чувств – какую-то непонятную решимость, необъяснимое желание сделать что-то такое, что могло бы позволить ему хоть как-то напомнить Императору Арнольду о том, кто он есть на самом деле, – то с Патриком Мелони все обстояло иначе. Мелони выглядел, по определению Кирка, каким-то «потухшим», и Кирк подумал, что желание работать пропадет у Патрика совершенно.

Но все оказалось иначе.

Мелони не отрывался от компьютеров даже на то, чтобы проглотить свою порцию походного рациона. И каждый раз, появляясь в лаборатории на третьем этаже, Кирк обращал внимание, что куча записанных им инфокристаллов становится все больше и больше.

Насколько знал Кирк, Мелони еще дважды запускал устройство, позволявшее оказываться в прошлом. Ни на самом Кирке, ни на остальных членах группы это никак не отразилось, но было заметно, что с характером Мелони что-то происходит. Кирк попытался запретить Мелони подобные эксперименты над собой, но тот с вежливой (даже со снисходительно-жалостливой!) улыбкой успокоил ван Детчера, заявив, что он предельно осторожен и Кирку беспокоиться не о чем.