ВЛАСТЬ ПРОКЛЯТИЯ - Игорь Ревва

– Как это – где?! – совершенно искренне удивился Рогов. – Я же говорю – идут сюда. С юга. Направляются к восточной стороне комплекса.

– Ясно. – Тенчен-Син не стал ему больше ничего говорить.

Кассилианин отдал приказ, и платформа опустилась и направилась в степь. Туда, где только недавно Тенчен-Син сам видел противника. И где теперь никого не было.

Платформа выплыла в степь, зависла рядом с дорогой, а затем медленно двинулась вдоль нее. Солдаты внимательно осматривали окрестности, но никого видно не было.

Тенчен-Син уже был готов к тому, что сейчас что-нибудь случится, что сейчас вот прямо из этого зеленого моря травы выглянет ствол бластера… но – ничего.

Тенчен-Син никогда не оказывался в подобной ситуации – когда совершенно не понимаешь происходящее. И даже нет никаких версий того, что же вокруг творится. Ведь Рогов же видит противника. Видит и уверяет, что он здесь, рядом. А может быть, это не Рогов говорит, с сомнением подумал Тенчен-Син.

Он сосредоточился и внимательно вслушался в окрестности. То есть слово «вслушался» не совсем точно передает то, что сделал кассилианин. Это было как какое-то дополнительное чувство, отсутствовавшее у обезьяноподобных и потому не имеющее у них определенного названия, – слух, взгляд, вкус, запах, ощущение прикосновения и мысли – все вместе, протянувшееся невидимой для других нитью, обшаривающее все окрестности. И не находящее ничего.

Вот на третьем этаже главного корпуса стоит Рогов – это действительно Рогов, Тенчен-Син не мог ошибиться, слишком уж он хорошо его знал. Вот на том же этаже, в лаборатории, сидит за столом Мелони. Ему сейчас ни до чего нет дела, он чем-то озабочен, но волнение его неопасное. А вот Рогов волнуется сильно и опасность из него прямо волной хлещет. Но опасается он не за себя, а за Тенчен-Сина и его группу. А вот сейчас волнение его достигло своего пика, начало спадать… нет, опять усиливается. Но, кроме этих двоих людей, вокруг больше никого нет. Совсем никого, ни единой живой души. Тенчен-Син сосредоточился еще больше, протянул эту нить вверх, вглубь и во все стороны, расширяя ее и делая прозрачнее. И тут же отпрянул обратно. Да, ни одной живой души вокруг. И даже НЕ ЖИВОЙ – тоже. Потому что Тенчен-Син сделал сейчас то, что он старался делать как можно реже – выглянул в Лагассию, мир неродившихся. И встретился там с полными недоумения взглядами, недовольными тем, что кто-то из клана Синов посмел нарушить их покой. Черт знает что такое!…

Кассилианин опять вызвал Рогова и, чувствуя себя полным ничтожеством, спросил, видит ли Александр противника? Реакция Рогова оказалась вполне ожидаемой:

– Черт возьми!!! – вскричал он. – Да вот же они! Прямо рядом с вами!!!

– Где? – не выдержав, выкрикнул Тенчен-Син. – Где – рядом?! Тут никого нет!

Рогов ничего не ответил. А Тенчен-Син велел развернуть платформу и пройтись над всеми, идущими от жилого комплекса дорогами. Но все они были пусты. Тогда Тенчен-Син приказал двигаться по кругу, постепенно расширяя радиус. Черт! Не может же Рогову мерещиться! Да и сам Тенчен-Син видел идущих сюда…

Через несколько минут на связь опять вышел Рогов и сообщил, что противник уже достиг здания складов. Платформа немедленно двинулась туда, обогнула здание, но никого и ничего по пути они не встретили.

Снова выбрались в степь, еще раз прочесали дороги, добрались до жилого комплекса, вернулись обратно, снова двинулись к жилому комплексу – все чисто. Прошло уже минут сорок с тех пор, как впервые был замечен противник. Нескончаемое ожидание было утомительным. Солдаты переругивались вполголоса. Тенчен-Син уже отчаялся кого-либо здесь обнаружить. Он приказал еще раз съездить до жилой зоны и потом возвращаться обратно. И как раз в тот момент, когда платформа начала свой путь, его опять вызвал Рогов.

– Тенчен-Син! – В голосе Рогова уже явственно слышался страх. – К вам что-то движется. Вроде бы такая же, как и у вас, грузовая платформа. От жилой зоны.

Тенчен-Син огляделся. Никого и ничего. Никакой чертовой платформы…

– Тенчен-Син, ты их не видишь? – спросил Рогов.

– Нет, – сухо ответил кассилианин.

– А они вас видят, – упавшим голосом заявил Рогов. – Один из них подает вам знаки.

Тенчен-Син посмотрел на своих десантников. Те выглядели, словно восковые куклы – безжизненные лица, поникшие плечи. И растерянность в глазах. Растерянность, непонимание и зарождающийся страх.

– Где они? – немного помолчав, спросил кассилианин.

– Двигаются прямо к вам, по той дороге, рядом с которой вы едете, – ответил Рогов. – Слушай, ты что, правда их не видишь?!

Тенчен-Син не ответил ему. Он приказал развернуть платформу на восток, набрать высоту и уходить в степь. А сам продолжал пристально вглядываться в пустоту дороги, оставшейся за грузовой платформой.

Серая лента, шелестящая трава, яркое солнце. И больше ничего – никаких чертовых платформ с чертовыми обезьянами на этой чертовой дороге видно не было. И вдруг Тенчен-Син что-то увидел. На миг ему показалось, что по дороге этой действительно движется какая-то смутная и едва различимая тень. Видение было мимолетным, призрачным и нереальным – словно подобие миража над раскаленными песками пустыни.

Тенчен-Син поднял «Дракона» и застыл. Остальные десантники с удивлением посмотрели на него и тоже взялись за оружие. Приказа командир не отдавал, но в кого-то же он целился, черт побери! Понять бы еще, в кого…

А Тенчен-Син и не думал отдавать никаких приказов. Что он мог сказать солдатам?! Цельтесь вон туда, мне там только что померещилось что-то? Нет, нельзя выставлять себя в смешном виде перед обезьяноподобными. Перед своими соотечественниками нельзя, а перед этими- и подавно…

И тут Тенчен-Син увидел. Он действительно увидел врага.

Над дорогой прошло марево, возник легкий сероватый туман, который мгновенно уплотнился и превратился в… в точно такую же, как и у них, грузовую платформу. На ней находились вооруженные обезьяны. Один из них стоял во весь рост и держал в руках то ли «Дракона», то ли «Варана».

Секунды хватило Тенчен-Сину на то, чтобы нажать на курок и послать во врага импульс плазмы, снесший ему голову. И кассилианин тут же перевел ствол влево на других сидящих на платформе и целившихся в них- в Тенчен-Сина и остальных его десантников.

Но выстрелить кассилианин не успел. Ему помешала оторопь, которая охватила его, едва удалось разглядеть лица сидящих на платформе. С Тенчен-Сином случилось то. что не случалось с ним уже лет пять или даже больше. Да и было-то это всего один-два раза за всю его жизнь. Палец не смог нажать на курок, кассилианин забыл обо всем на свете. Потому что он узнал лица тех, на кого был направлен ствол его «Дракона». А потом ослепительно яркие импульсы плазмы навсегда погасили сознание всех пятерых десантников группы «бета» и их командира – Тенчен-Сина с третьей планеты Кассилиа.