Позвонок - Ив Ланда

за сим безуспешным действом, затем презрительно фыркнула Стиву в лицо.

— А если бы тебе приснилась сестра? — строго заговорила она, подбоченившись. — Ты бы ей в лоб залупил?

— Извини, — Вест с виноватым видом потер затылок.

— Зачем ты сюда пришел?

— Это же мой дом. — Парень искренне удивился такому вопросу, даже возмутился ему. — А вот что ты тут делаешь?

— Да с чего ты взял, что это жуткое место — твой дом?! — повысила голос брюнетка. — Уходи, Стивен. Живо уходи.

Желание покинуть дом возникло внезапным фейерверком на фоне уверенной безмятежности. Оно заискрилось, зашипело, начало бить ключом, выгоняя адреналин в кровь.

Сомнения беспокойными голосами слетелись вокруг Стивена и принялись нашептывать о том, что дом и впрямь не его.

«Прозрей! — наперебой велели голоса. — Прозрей!»

«Очнись!»

«Прозрей!»

Парень хмуро отмахнулся от них, как от навязчивых птиц. Он начинал злиться от этой лжи, от этих настырных попыток его переубедить.

— Ты хочешь забрать мой дом себе, — процедил Стивен, посмотрев теперь на девушку, как на соперника. — Ты намеренно внушаешь мне эту глупость!

— Ты придурок, если считаешь, что я мечтаю жить в развалинах! — Темные глаза незнакомки почти засветились от ярости и это ей чертовски шло. Она прокрутилась на месте, раскинув руки, мол, посмотри вокруг. Юбка ее легкого платьица красиво закрутилась. — Где хотя бы намек на то, что это твой дом, Стивен?! Очнись!

— Тогда как ты объяснишь это?

Вест ткнул пальцем в дверь, и та покорно распахнулась. Коридор квартиры, который казался несколько лысоватым относительно остальных комнат, залился теплым светом от лампочек под потолком.

— Стиви? Ты дома? — раздался мужской голос откуда-то из зала. Вскоре на пороге появился улыбчивый Этан Вест в желтой поло и коричневых вельветовых брюках. Он тепло посмотрел на сына, затем вежливо поздоровался и с темноволосой девчонкой. — У нас гости? А я думал мы поедем покидать мяч.

— Нет, папа, — Стив окинул незнакомку в платье агрессивным взглядом. — Она уже уходит.

— А. Что ж, — мужчина неловко помахал ей рукой. — Был рад знакомству.

— Какому, к бесам, знакомству?! — в бешенстве закричала та.

Стивен подошел к брюнетке пугающе близко и зашипел:

— Когда еще я смогу поиграть с отцом в мяч? Если ты мне все испортишь, я тебя прикончу.

— Твой отец не стал бы играть с тобой в мяч, Стивен, — бесстрашно воспротивилась та. — Вспомни, какой он. Я умоляю тебя, найди в себе силы отказаться от игры и уйти. Пожалуйста, Стивен. Сейчас все от тебя зависит. Только от тебя.

Но Стивен сузил жестокие серые глаза:

— Пошла. Вон.

И девушка исчезла. Просто мгновенно испарилась, будто никогда не появлялась.

Лицо юноши озарилось улыбкой, он повернулся к отцу, ожидая одобрения, и тот мягко погладил его по русой макушке. Стив казался себе гораздо ниже, чем обычно. Как тогда, когда ему было лет девять.

Этан запер дверь в квартиру, и они вместе вышли из сырого заброшенного дома в неожиданное солнечное лето. Яркая салатовая трава кишела кузнечиками, которые, то и дело, выпрыгивали при каждом шаге Стивена. Мимо с жужжанием пролетали пчелы. Когда-то давно так же гудел бабушкин сад с домашними ульями.

О, сколько же приятных воспоминаний нахлынуло от этого звука! Мама тогда увлекалась выпечкой и все соседи по участку заходились слюной от витающих в округе ароматов свежих плюшек и пирожков. Отец часто медитировал в гараже, возясь с любимой машиной. В то время он почти не пил.

Удивительно, как многое способна изменить всего одна сделка по продаже. Не стало дома с садом — не стало и гармонии в семье.

Дорога к окраине Города-1 каким-то образом пролетела мимо Стивена Веста. Он ее совсем не запомнил, как и не запомнил то, на чем они добирались. Но это было не важно. Отец и сын уже стояли на округлой асфальтированной проплешине несостоявшейся парковки, от которой поднимался ощутимый жар. От солнца приходилось невольно щуриться и морщиться, но это совершенно не портило настроение.

Позади Этана стояло одноэтажное заведение, предположительно магазин-кафе при заправке. Название Стив не увидел, так как они стояли со стороны заднего фасада здания.

— Ну что? — весело вскинул подбородком Этан Вест. В его руке появился желтый теннисный мячик. — Проверим твою реакцию, малыш?

— Кто еще малыш! — шутливо огрызнулся Стивен. Для него было подлинным счастьем видеть отца в таком хорошем настроении. Почаще бы так.

— Лови! — крикнул Этан и с замахом отправил мяч прямиком в сына. Тот успел словить его правой рукой и горделиво хмыкнул.

— А теперь ответочка!

Парень от души метнул его обратно. И успех! Этан не успел среагировать. Мяч со свистом пронесся рядом с его ухом и угодил прямиком в окно магазина-кафе. Послышался звон посыпавшегося стекла, а за ним — разноголосая сирена из визгов и воплей.

— Ой, — тихо выдал Стивен Вест. — Я не специально.

Но отца не было рядом. Юноша осмотрелся и понял, что остался один. Он не испугался. Почему-то исчезновение Этана казалось ему таким же естественным, как мираж над раскаленной дорогой. Вместо тревоги, он обнаружил, что смеется.

Надо же, он разбил окно, перепугав уйму людей, но ему от того лишь веселее. Он всегда хотел бедокурить и делать то, что нельзя. Наконец-то, у него появилась такая возможность. И сейчас никто не посмеет сделать замечание, все будут только визжать!

Визжать! Паниковать! И гореть…

Брайер, смакуя, наблюдал за тем, как из разнесенного ручной гранатой маленького кафе выползают выжившие «везунчики». Их оказалось не много — всего четверо.

— Помогите! — горько заорал сиплым голосом мужчина в спортивном костюме. Его здорово посекло, кровь выталкивалась из маленьких брешей на его животе, выкрашивая куртку алым.

Брайер почти ухмылялся. Он не подходил близко к почти сложившемуся маленькому зданию, а продолжал стоять позади, на достаточном расстоянии. Он достал из кармана серой толстовки еще одну гранату, сорвал чеку и плавно швырнул в сторону раненных. Те сперва не осознали, что произошло, но затем тот, кто звал на помощь, в ужасе уставился на заправочные бензоколонки, к которым медленно подкатилось нечто маленькое и круглое, как мячик.

Яростный взрыв отразился в любующихся серых глазах. Наконец, ухмылка Брайера стала явной. Мимо него пролетел пылающий кусок металла, отброшенный силой взрыва во тьму начинающегося загородного леса.

Поглядев на представление еще немного, он побрел прочь, закурив на ходу. Непривыкшие к курению легкие мгновенно съежились, но Брайер не позволил себе закашляться. Перетерпев спазм, он насильно втянул сигаретный дым снова. Никотин ощутимо ударил в голову, опять-таки, с непривычки, но в этом и заключалось особенное удовольствие.

«Мало, — подумал он с некой досадой. — Херня, а