Звездная Кровь. Лед-Кузнец - Роман Прокофьев

передал в Скрижаль Ледяного Кузнеца Драконьи Символы и Руны. Когда пришел черед измененной материи — частей драконьего жезла, осколков иллиума, сердец и алтаря, — Белый Дьявол чуть замешкался.

— Это не все обещанные дары, — нахмурился Ледяной Кузнец.

— Другая часть хранится у Существа, привязанного к Скрижали, — это было правдой, и он мысленно подсветил золотой глиф Азимандии: — Это мой рунный мастер. Мне нужно вызвать его.

— Я слышал о твоей золотой рабыне, — владыка Эргиаля чуть усмехнулся. Несомненно, он прочел всю память Эрин, когда она принесла весть о нем. — Лед видит, буду рад с ней познакомиться.

Белый Дьявол кивнул. И в единственное мгновение, отведенное ему для спасения, он выбросил из Скрижали Руну, вызывая Существо.

Из вихря Звездной Крови рядом с ними соткался согнутый в поклоне силуэт в коричневом плаще.

Бродячий Торговец.

Драться с Ледяным Кузнецом не имело никакого смысла. Он был небом, многократно превосходящим даже золото, в сердце своих владений и ожидал нападения. Кейнор легко отразил бы Живые Цепи и за пару мгновений смел всех его Существ. Победить его можно было только безумным способом, пойдя ва-банк, как он сделал это, играя в сферы. Входя в Эргиаль, Белый Дьявол уже знал, что, возможно, ему придется воспользоваться этим вариантом, — и запретил себе даже думать об этом.

Услужливый торговец медленно распрямился, из-под капюшона показался острый подбородок:

— Чем могу служить, мой господин?

А затем что-то изменилось, и он неожиданно продолжил:

— Воу-воу, сколько холодных секре…

В следующий миг Ледяной Кузнец, который понял все, разбил эту Руну на тысячу серебряных осколков. Небесная печать вновь сжала Скрижаль Белого Дьявола, а сам он, задыхаясь от нестерпимой боли, оказался вздернут в воздухе перед Кейнором, который, уже не сдерживаясь, затопил своей небесной сутью все вокруг.

— ЧТО ТЫ НАТВОРИЛ⁈ — прорычал Ледяной Кузнец, и впервые на его искаженном лице и в кипящих Звездной Кровью глазах осколок Единого увидел настоящую эмоцию.

— Бросил… камень хаоса, — прохрипел он, ощущая, как когтистая ледяная хватка брата скручивает его, готовясь превратить в кровавое месиво из мяса, кожи и обломков костей.

— ТЫ ПОГУБИЛ МЕНЯ!

Бродячий Торговец — не просто Существо, дающее доступ к торговой сети Контракции. Это еще и фактотум, тайный агент ее хозяина, одного из опаснейших Хранителей Вечности. Что видят и знают его Торговцы, мгновенно узнает и он сам — и, разумеется, Хитрейший способен точно определить точку пространства, где вызвана одна из его Рун.

Эргиаль — Домен, который находится в свернутом пространстве внутри кристалл-сферы. А кристалл-сфера спрятана где-то в Единстве. Это означало, что вызов Торговца внутри Домена позволял легко определить местонахождение кристалл-сферы Эргиаля для одного из хозяев Вечности.

С этого момента для Эргиаля начался обратный отсчет.

— Всего лишь… приблизил неизбежное, — выдохнул Белый Дьявол. — Теперь у тебя… есть выбор. Прятаться дальше… или сражаться!

От Грани его отделял один маленький шажок. Он знал, что владыка Эргиаля больше всего на свете сейчас хочет отправить его к Забытому. И был готов к этому. Но также знал, что Кейнор не сделает этого. Не из жалости или сострадания, а исключительно из холодного расчета, которым он славился. Небесный Восходящий должен мгновенно просчитать ситуацию, все возможные ходы, свои и чужие, и понять, что шанс уцелеть, сохранить свою жизнь и свой Домен у него есть только в союзе с новыми Истинными и старыми Братьями. А ключ к этому всему — тот, кого он сейчас хочет умертвить за мерзкий обман.

Кузнец наконец отпустил его, и Белый Дьявол упал на колени, упираясь руками в ледяной пол. Подняться сил не было, и он лишь усмехнулся своему отражению в холодной толще.

— Предатель, — в голосе Кейнора больше не было ярости, только ледяная неизбежность. — Ты погубил мой Домен. Ты заплатишь за это.

— Нет, брат, — сказал Белый Дьявол. — Я дал тебе шанс его спасти.

Братья смотрели друг на друга, и оба знали: Вечности уже известно, где они. Оставалось только два варианта — ждать, пока она нанесет удар, или нанести его первыми.

Глава 16

— Я бы превратил твою кровь в лед прямо сейчас, если бы не Клятва, — голос Ледяного Кузнеца казался бесстрастным, но в нем звенел приговор. — Да, теперь ты нужен мне… Но ты будешь наказан за то, что сотворил.

Владыка Эргиаля поднял ладонь, и в его пальцах сверкнула голубая искра, через мгновение ставшая связавшей их молнией.

Боль.

Она скрутила Белого Дьявола непреодолимым приступом. Осколок Единого мог стоять в огне и, смеясь, отрезать от себя по кусочку, но Кузнец парализовал его, сделав абсолютно беспомощным. Он ощутил, как в тело впивается, проникает что-то чужеродное, невыносимо холодное и одновременно жгучее, как раскаленный уголь.

Ледяное копье пробило сердце, не давая ни вздохнуть, ни произнести ни слова. Грудь рвала дикая боль, будто выворачивая наизнанку. Единственное, что мог сделать Белый Дьявол, — не отводить взгляд от изучающих глаз брата, с холодным любопытством естествоиспытателя препарирующего интересный образец. А потом мир качнулся, жизнь уступила место смерти, и он, как всегда в момент гибели, на мгновение увидел себя со стороны: лежащее среди ледяных фигур тело, в кровавой дыре на груди которого сияло пурпуром и синевой что-то, помещенное туда Кейнором.

Но уходить за грань было не время, и он вернулся, оживляя себя.

— Всего одна смерть. Лед видит, я слишком добр с тобой, — жестокая улыбка тронула губы Кузнеца. — Надо было сделать это сразу.

— Ч-что… ты сделал? — Белый Дьявол едва мог говорить. Голос казался чужим, хриплым от боли, а на губах замерзала кровь. Он схватился за грудь, уже невредимую после воскрешения, однако по-прежнему пылающую диким холодом, будто… ему в сердце засунули ледяной осколок.

— Посмотри сам, — Ледяной Кузнец с интересом склонил голову набок, явно наслаждаясь его реакцией. — Я распечатал твою Скрижаль.

Белый Дьявол замер. Да, звездная суть Восходящего стремительно возвращалась, вместе с током Звездной Крови раскрашивая мир, делая его целым, многоцветным и объемным.

Он почувствовал это.

Злое, холодное, чужое! Оно затаилось в самом сердце плетения, по которому в теле Восходящего струится Звездная Кровь, — ослепительно сияющая искра. Искра, которую он не звал. Искра, которую он не мог контролировать. Она переливалась ледяным синим, вспыхивая то холодным, то пылающим светом, пульсировала в такт его сердцебиению, но принадлежала не ему.

— Это моя Ледяная Печать, — раздался голос Кейнора. — Она будет с тобой, пока я не сочту, что твой долг избыт. Попробуешь извлечь или сломать ее, причинить мне вред, предать еще раз или ослушаться моего приказа — и осколок взорвется Последним Холодом.