История психологии - Роберт Смит

На рубеже XIX и XX вв. в бизнесе произошли огромные (по мнению некоторых историков — революционные) изменения, иными стали масштабы и сама природа коммерческой деятельности. Признаки изменений можно увидеть в появлении больших универсальных магазинов (например, Bon Marche в Париже), в резком увеличении числа служащих-женщин, в изобретении конвейера, концентрации капитала, господствующем положении национальных и интернациональных корпораций. Западное индустриальное общество постепенно превратилось в общество массового производства и массового потребления. Это резкое увеличение масштабов рынка породило и новые подходы в области управления, финансов, производства, распределения материальных благ, кадровой политики, маркетинга. Сам менеджмент стал объектом изучения, и создание особой науки о нем, как и о любом другом виде социальной деятельности, выглядит совершенно оправданным. Новая наука о менеджменте служила определенной Цели — повышению эффективности бизнеса. Императивы экономического и политического развития заставляют науку искать секрет оптимального использования личных способностей, что выдвигает на первый план отбор персонала как ключевое звено результативного управления. Даже тестирование детей и определение их способностей ради лучшей организации школьного образования можно рассматривать как особую форму отбора персонала, цель которого — в повышении эффективности не какого-то одного предприятия, а общества в целом.

Первые исследователи менеджмента понимали его по аналогии с машиностроением. На рубеже веков многим авторам казалось, что новый виток прогресса связан с неоспоримыми техническими достижениями: в 1880— 1890-е гг. в домах появляются электричество и телефон, а линии электропередачи бесповоротно меняют облик сельских ландшафтов. Первым, кто занялся организацией труда в соответствии с критериями эффективного промышленного производства, был именно инженер — Фредерик Тейлор (Frederick W.Taylor, 1856–1915), начинавший свою карьеру с помощника машиниста. Так возник тейлоризм — направление, в котором эффективность труда понималась механистически. В «Принципах и методах научного менеджмента» (The Principles and Methods of Scientific Management, 1911) Тейлор ищет способы изменить представление о процессе труда у работника и работодателя. То, что в максимизации прибыли и повышении эффективности производства равным образом заинтересованы обе стороны, не вызывало у него ни малейших сомнений; вопрос об отношении труда и капитала игнорировался. Тейлор предложил технику измерения параметров производственного процесса — хронометраж: трудовой процесс разбивается на отдельные операции и фиксируется время, затрачиваемое на их выполнение, что позволяет точно определить вклад каждого работника, а значит, и причитающееся ему вознаграждение. На практике это вело к скорейшему достижению поставленных менеджером задач, но путем механической адаптации человеческих способностей к жестким требованиям машинного производства. Один из лидеров французских профсоюзов назвал тейлоризм «организацией истощения». Эта система управления человеком увековечена в фильмах «Метропо- лис» (1926) Фрица Ланга и «Новые времена» (1936) Чарли Чаплина: кино стало наиболее подходящим средством для выражения этики и эстетики массового общества.

Грубые преувеличения тейлоровского подхода к управлению человеческим потенциалом подвергались широкой критике. В Европе (а также в России) больший интерес вызывало физиологическое изучение трудового процесса и утомляемости, хотя и это направление было связано с политическим вопросом о наиболее эффективных способах расходования энергии нации. Этим исследованиям суждено было сыграть важную роль в появлении психологии труда, создатели которой считали, что могли справиться с задачей лучше, чем тейлористы. В качестве альтернативы тейлоризму выступало, в частности, направление, идеи которого в США отстаивал Гуго Мюнстерберг (Hugo Munsterberg, 1863–1916), — психотехника. Психологи верили в то, что новые методы, включая тестирование, а также новые знания о нормальном развитии, восприятии, учении, моторных способностях и мотивации позволят адаптировать рабочее место под работника, товар под потребителя. Фабричное производство состояло из большого числа повторяющихся операций, а лимитирующим фактором оказывалось зачастую утомление работника. Пытаясь решить проблему, психологи выясняли, какие движения и какая частота их осуществления ведут к утомлению, как влияют перерывы на работоспособность, в какой степени утомляемость и мотивация зависят от повышения зарплаты. Во время Первой мировой войны, поскольку производство достаточного количества оружия и боеприпасов было критически важным для успеха боевых действий на Западном фронте, подобные исследования финансировались непосредственно правительством Великобритании.

Еще одной областью, в которой использовались в то время психологические тесты и экспериментальные методы, были реклама и маркетинг. В годы Первой мировой войны психолог из университета Джонса Хопкинса Уотсон создал по заказу американской армии специальный фильм, призванный предостеречь новобранцев от опасности заражения венерическими болезнями. Проблема, которую пытался решить Уотсон (хотя, по-видимо- му, без особого успеха), заключалась в следующем: как заставить солдат отказаться от секса и как проследить за тем, изменилось их поведение или нет. В дальнейшем, прославившись благодаря вкладу в развитие бихевиоризма, Уотсон в 1920-е гг. работал в нью-йоркской рекламной фирме Уолтера Томпсона (J. Walter Thompson), известной своей ролью в развитии отрасли. К этому времени у рекламных предприятий был уже двадцатилетний опыт сотрудничества с психологами. Еще в 1902 г. психолог из Северо-западного университета Скотт, выступая перед чикагскими бизнесменами, заявил: «Если нам удастся открыть и… выразить в явной форме психологические законы, лежащие в основе искусства рекламы… то к этому искусству мы добавим науку» [цит. по: 126, с. 18].

Участие североамериканских психологов в общественных и коммерческих начинаниях было связано с их приверженностью эволюционной теории и ее понятию функции. Это подразумевало, что приспособление человека к условиям общественной среды является естественным продолжением процесса биологической адаптации. Психологи верили, что, накапливая знания и развивая новые методы, они создают средства эволюционного прогресса человечества. И многие из них готовы были разделить спорную точку зрения бихевиориста Уотсона, заявившего, что «теоретической целью» психологии «является предсказание поведения и контроль за ним» [27, с. 17]. В 1920— 1930-е гг. термин «приспособление» становится общеупотребительным у психологов и психиатров. Так, книга Альберта Поффенбергера (Albert Т. Poffenberger, 1885–1977) «Прикладная психология. Ее принципы и методы» (Applied Psychology: Its Principles and Methods, 1927) открывается следующим примечательным утверждением: «Вся человеческая жизнь состоит в процессе приспособления к окружающей среде» [цит. по: 126, с. 30].

Психологи пытались применить немецкие экспериментальные методы для изучения наиболее востребованных в бизнесе профессий. Представление об обществе как органичном целом восходило к немецким политическим концепциям и к эволюционной теории. Именно оно побудило Мюнстерберга, которого Джеймс пригласил в Гарвардский университет, обратиться к экспериментальным темам, самого Джеймса уже не интересовавшим. Подобно своему соотечественнику Штерну, Мюнстерберг верил в то, что психологические исследования — особенно исследования восприятия — могут иметь непосредственное отношение к задачам промышленности и юридической проблеме достоверности свидетельских показаний. На протяжении первого десятилетия XX в. он вместе со своими коллегами возлагал большие надежды на развитие судебной психологии, пользуясь поддержкой реформаторски настроенных юристов. Но этим надеждам было не суждено оправдаться, поскольку американская судебная система, в которой каждая из сторон — обвинение и защита — приглашают своих собственных экспертов, показания которых зачастую противоположны, обнаружила несостоятельность притязаний психологов.

В написанном им учебнике «Психология и промышленная эффективность» (Psychology and Industrial Efficiency, 1913) Мюнстерберг выдвинул психологический подход к проблеме эффективности труда, альтернативный инженерному подходу Тейлора. Согласно Мюнстербергу, будущее прикладной психологии целиком зависит от прогресса в изучении индивидуальных различий. Психотехника, в развитие которой Мюнстерберг внес столь заметный вклад, процветала и в Европе, особенно в сферах отбора и подготовки персонала. Так, в период между мировыми войнами по австрийским железным дорогам курсировал специальный психотехнический поезд, сотрудники которого тестировали железнодорожников. Примечательно, что транспортники повсюду были одними из главных клиентов психотехников. В 1920 г. лаборатория психотехники была создана и в России, при Народном комиссариате труда, и психотехнические методы широко использовались для тестирования советских работников транспорта.