Песнь первая. Дитя Грозы. - Тиа Атрейдес

Боги, Двуличные Боги, одной рукой дающие, другой отбирающие, что же ему делать? Честно признаться любимой девушке, что никогда, ни при каких обстоятельствах не сможет ни иметь детей, ни жениться, ни заняться любовью с женщиной? И в тот же миг потерять её навсегда? Маловероятно, что Шу не отвернется от него, узнав о его вынужденных предпочтениях. Долгие годы Дайм обходился редкими посещениями борделей с милыми юношами, и не задумывался о том, кто и что может об этом подумать. Теперь же всё изменилось, и его жизнь перевернулась с ног на голову. Почему это проклятое заклятье (Дайм мысленно усмехнулся дурацкому выражению) не помешало ему влюбиться? Все демоны Ургаша, почему он, в конце концов, не влюбился в какого-нибудь очаровательного пажа, вон сколько их не прочь состроить ему глазки, и не только? Почему ему встретилась именно она, дивный невинный ребенок? Называя Шу невинным ребенком, Дайм несколько сгустил краски, да и выпустил из виду некоторые общеизвестные факты из её биографии, но, когда влюбленные не были пристрастны и слепы? Особенно, терзаемые сомнениями и чувством вины?

Мужчинам вообще почему-то частенько кажется, что их возлюбленные - хрупкие цветы, ломающиеся от малейшего дуновения реальности. Удивительная мужская логика не подсказывает им, что прелестное дитя до сих пор худо-бедно (а, скорее, весьма неплохо) выживало в этом жестоком и коварном мире без их трепетной заботы. Правда, нежные и беззащитные создания, от которых нет спасения, вполне сознательно и успешно поддерживают в своих мужчинах эту иллюзию...

Придворный маг гонял злополучного прислужника почем зря, ехидно указывая, в каких закоулках Рассветной Башни тот ещё не всю грязь вылизал, и периодически добавляя ему рвения плеткой. Этим приятным делом магистр развлекался, попутно записывая некоторые из своих соображений по поводу взаимодействия стихий Огня и Разума - тщеславие писателя требовало создания шедевра - и поглядывая в мутное зеркало, упрямо показывающее Шу снова и снова в компании Светлого и эльфийки. Наконец, под самый вечер, они вернулись во дворец. Рональду надоело ожидание, и он решил плюнуть на такую мелочь, как присутствие слуг. Выпроводить их из комнаты, и дело с концом. Взяв тяжелый том подмышку, маг направился к принцессе.

Её Высочество явно не ожидала его увидеть у себя в покоях, и её легкое замешательство порадовало Тёмного. По всему выходило, что Шу серьёзно отнеслась к перспективе пойти к нему в ученицы. Учтиво раскланявшись с Шу, маг высокомерно велел эльфийке и Светлому оставить их с Её Высочеством наедине для важного разговора. От внимания Рональда не укрылось раздражение принцессы, но перечить она не посмела. Он отметил это как ещё один положительный момент. Умная девочка, понимает, что его нельзя лишний раз злить. Зато наглая рыжая не иначе, как к Дуклийону побежала жаловаться на вторжение, или к принцу, а тот может и Его Величество сподобить невзначай к дочери заглянуть. В планы Рональда не входило давать Мардуку повод для гнева, но вызванный им переполох не мог оставить его равнодушным. Ничего, зовите хоть Его Величество, хоть Его Всемогущество, помешать не успеете. Дел-то, на пару минут, не больше.

Рональд изображал из себя мёд и шоколад в сиропе, расписывая Шу, как он озабочен её стремлением приручить Закатную Башню, и тем, как он волнуется за неё и желает ей всячески помочь, хоть она пока и не является его ученицей. Он вручил ей фолиант с советом как можно внимательнее ознакомиться с изысканиями маститого авторитета в области мест силы, и выразил уверенность в том, что при необходимой подготовке и должном руководстве у неё всё получится. И, состроив заговорщицкую физиономию, поведал о своей готовности подождать ещё немного и не торопить её с принятием столь важного решения, как ученичество. Но не преминул таинственно намекнуть, что и затягивать тоже не стоит, мало ли, какие неизвестные опасности поджидают такую юную, талантливую, но совершенно неопытную девушку на пути постижения высокого искусства магии.

Шу в ответ старательно смущалась, благодарила за заботу, и всячески намекала, что она сама, в принципе, вовсе и не против принять столь лестное и заманчивое предложение, но вот обстоятельства пока не очень благоприятствуют... и снова смущалась и благодарила. Книгу она взяла из рук Рональда, как величайшую ценность, и маг увидел в её глазах совершенно искреннее намерение тут же, как только закроется за ним дверь, закопаться в трактат с головой и не вылезать, пока не изучит его вдоль и поперек. И ещё раз похвалил себя за предусмотрительность и дальновидность.

На сегодня его миссия по приручению Шу была завершена, и он откланялся, выразив надежду в ближайшее время обсудить с Шу принесенный им трактат и поделиться своим собственным бесценным опытом. Тут он не то что бы слукавил, скорее, не уточнил, каким именно опытом он собирается делиться. Потому как обнаружить собственное место силы Рональду так и не удалось. Магистр Тхемши в свое время объяснил ему, что далеко не всем магам это удается, особенно если их сила не родилась внезапно, а проявлялась с самого рождения и росла понемногу. Чаще всего так происходило с магами стихии Огня, к которым и относился Рональд. Так же магистр Тхемши рассказал ученику, что не имеющий точки концентрации Учитель вполне может пользоваться энергией точки ученика, и даже нескольких, при условии, что будет участвовать в активизации и настройке этого места, и вложит несколько специальных заклинаний. Рональд знал, что у его Учителя было минимум два ученика, отдавших ему свои точки выхода. И временами думал, что ему повезло не найти свою, учась у Тхемши. Иначе быть бы ему до скончания дней своих для Учителя посаженным на короткий поводок источником силы, а не полноценным коллегой и союзником.

Расстались Рональд и Шу, как ни удивительно, довольные друг другом. Рональд - покладистостью принцессы и её неподдельным интересом, а Шу - тем, что не только легко отделалась, но и ценную книгу нечаянно заполучила. И, когда через минуту после ухода Придворного Мага к ней постучал запыхавшийся и обеспокоенный Бертран, принцесса преспокойно сидела в кресле, поджав под себя ноги и перелистывая пергаментные страницы. Убедившись, что всё в порядке, Бертран вздохнул с облегчением и попросил Шу почаще заходить к нему, просто на всякий случай.

***

Всю гремучую смесь терзаний Дукриста Шу прочувствовала, подобно шквалу, обрушившемуся на неё с небес. Когда принцесса уже отчаялась увидеть его сегодня, Дайм явился к ней на порог с огромным букетом одуряюще пахнущего жасмина и всеми своими сомнениями. Он как-то позабыл, что его возлюбленная не просто прекрасная принцесса, но и маг Разума, видящий все эмоции ярко и объемно. Конечно, Её Высочество была ещё не настолько опытна, чтобы читать в душе, как в открытой книге. Скорее, для неё эта открытая книга просто пока была написана на плохо знакомом языке. Но не почувствовать такого! Для этого мало не быть магом, надо не быть женщиной. И, будучи женщиной, пусть и совсем юной, Шу поняла, что не стоит сейчас же выспрашивать у него, в чем дело, а подождать немного, и всё само собой прояснится.