Изумрудный Лотос - Джон Хокинг

Среди разбушевавшейся стихии Энг Ших с трудом различал силуэт киммерийца, двигавшегося впереди. Нащупав в полутьме выступ утеса, кхитаец остановился и уткнулся лбом в камень, еще хранящий теплоту прошедшего дня. В двадцати футах выше, по склону скалы поднимался Конан, и Энг Ших ждал, пока варвар не достигнет безопасного места и не дернит за веревку.

Они продвигались подобным способом уже несколько часов. Северянин, как человек выросший в горах, прокладывал дорогу, а Энг Ших страховал.

Зубчатые вершины и нагромождения валунов сильно замедляли движение. Порывы ветра так и норовили сбросить дерзких людишек в пропасть.

Оставалось загадкой, как Конан ухитрялся находить верную тропу среди отвесных скал. То — поднимаясь на кручу, то — снова спускаясь почти к самому подножию, он безошибочно вел отряд из двух человек по каменной стене, обрамлявшей ущелье.

Непривычный к таким переходам, Энг Ших то и дело спотыкался, и только гордость и тревога за судьбу хозяйки заставляли его не отставать от киммерийского горца. Сейчас он стоял на небольшом выступе и ждал. Легкие его разрывались от нехватки воздуха. Мышцы ног сводило судорогой. В висках стучало, отдаваясь болью во всем теле. Темный провал перед ним манил своей глубиной, предлагая сделать шаг вперед и избавиться навсегда от всех земных забот.

Наконец, за веревку дернули, и Энг Ших, стиснув зубы, почти вслепую начал медленное восхождение.

Сверху протянулась рука киммерийца, чья огромная фигура вырисовывалась на фоне грязно-желтого неба. Конан буквально выдернул тучное тело кхитайца, на вершину горы, где располагалось плоское плато.

— Ты как, в порядке? — заглушая рев ветра, пробасил он, склоняясь над обессилившим спутником.

Кхитаец слабо кивнул и, опираясь на Конана, поднялся на ноги.

Двое товарищей стояли между двух столбов естественного происхождения, которые венчали вершину горы. Эти продолговатые остроконечные камни тянулись ввысь, как костлявые пальцы неведомого великана, похороненного здесь в незапамятные времена. На один из них и облокотился Энг Ших. К нему пришла уверенность, что путь их подходит к концу и Дворец Ситрисса скрывается где-то впереди за пеленой песчаной бури. Он только не знал, сколько времени продлилось их опасное путешествие.

— Смотри! — закричал Конан, в подтверждении мыслей кхитайца. — Дворец!

Энг Ших, сощурившись, посмотрел в сторону, куда указывал рукой варвар.

За зыбкой стеной кружащихся песчинок угадывалась черная масса. Между вырисовывающимся фантомом и двумя мужчинами расстояние не превышало полной лиги.

— Мы почти на месте. Там, вдали — вершина замка. Если мы пойдем вон по тому выступу, то, как раз уткнемся в нее, — Конан наматывал веревку вокруг предплечья.

Энг Ших попробовал прикинуть — во что обойдется остаток пути, но быстро оставил эту затею. Он наскоро прочистил горло, отплевываясь от песка, и заспешил за товарищем, стараясь ступать след — вслед и не выпускать из виду широкую спину киммерийца.

Узкая расселина в треснувшей скале уходила вниз и была завалена обломками породы и ледяными глыбами, отколовшимися от ледника. Конан проворно перепрыгивал с одного валуна на другой, избегая при этом трещин и провалов. За ним, рискуя переломать ноги, поспешал Энг Ших, из последних сил пытаясь держать равновесие.

Проход вывел друзей на плато. Снизу из темноты выглядывали верхушки остроконечных шпилей, подобно трезубцу венчавших покатую крышу замка.

Конан присел на камень и посмотрел вниз. Энг Ших стоял рядом, держась за грудь и по-рыбьи открывая рот, ловя воздух пополам с песком.

— Прямо под нами тот самый двор, который мы видели в прошлый раз, — констатировал киммериец. — В каменной стене достаточно выступов, по ним мы и попадем на крышу дворца.

Хотя буря немного утихла, на открытой площадке двора клубились столбы песка и пыли. Одного взгляда с такой высоты было достаточно, чтобы вызвать приступ головокружения. До земли было футов сто, а быть может и все триста. Энг Ших смог разобрать только выступ, на который указывал Конан. Он находился в шести футах вниз и в сторону и с него, вероятно, начиналась тропа, ведущая на крышу. У кхитайца свело живот, когда он понял, что им предстоит опасный прыжок прямо на отвесную стену.

Меж тем, не говоря, более, лишних слов, варвар поднялся с валуна, присел и резко оттолкнулся ногами от края площадки. Он мягко, как кошка, приземлился на уступ, вполне широкий, чтобы принять взрослого мужчину и ободряюще махнул кхитайцу. Потом, прижимаясь спиной к скале, заскользил вниз. Его фигура быстро исчезала в темноте.

Энг Ших замешкался, топчась на краю. Для более легкого человека такой прыжок не представлял бы серьезным затруднением, но тучного кхитайца к тому же вымотал тяжелый переход. Наконец, он глубоко вздохнул и, стараясь не смотреть в пропасть, прыгнул.

Энг Ших немного подвернул лодыжку при падении и чуть не сорвался с уступа. Его руки отчаянно зацарапали по голому камню, ища возможность за что-нибудь зацепиться. К счастью ему удалось ухватиться за куст, растущий из трещины. Шум в ушах от биения сердца на миг заглушил рев ветра, но он не позволил себе даже короткой передышки. Всматриваясь воспаленными глазами в ночную мглу в поисках Конана, Энг Ших с предельной осторожностью покинул ненадежную опору.

Следующая выбоина оказалась, лежащая ниже по склону, оказалась значительно больше и шире, чтобы кхитаец смог перевести дух и вытряхнуть из маски песок. Дальше спуск не выглядел слишком крутым и Энг Ших продолжил движение, цепляясь за малейшие неровности. Но через пятнадцать — двадцать шагов стена резко обрывалась почти под прямым углом, без намека на какую-либо опору. Прямо напротив, буквально в паре футах, чернел один из трех шпилей. Энг Ших посмотрел по сторонам и не обнаружил даже следов Конан.

«Куда делся киммериец?» — этот вопрос сразил Энг Шиха. Он еще раз посмотрел вниз, словно надеялся обнаружить тело упавшего северянина. «Если варвар разбился, то на что теперь рассчитывать?»

Тут что-то стукнуло кхитайца по макушке. Он дернулся и потерял равновесие. Энг Ших непременно бы сверзься с огромной высоты, если бы его правая рука не ухватилась за конец веревки.

Половина тела кхитайца повисла над пропастью. Колени больно ударились о гладкий камень, но Энг Ших не выпустил веревку. Хотя едкий пот заливал глаза, и плечи онемели, но он, перебирая руками, сумел вползти на край утеса.

Как оказалось, Конан сидел чуть выше кхитайца, расположась в маленькой нише. Он уже давно поджидал товарища, и у него хватило времени оценить обстановку.