Изумрудный Лотос - Джон Хокинг

В полумраке пыльной комнаты около него стоял киммериец, скаля белоснежные зубы в усмешке. Маска из шелковистой рубашки больше не скрывала его лицо. В правом кулаке варвар сжимал обнаженный ятаган.

— Не потерял штаны? — участливо спросил Конан.

Энг Ших улыбнулся в ответ, поднялся с пола и тоже вытянул из ножен свой клинок.

Друзья, после стольких злоключений попали во Дворец Ситрисса.

Глава 34

Закованный в доспехи солдат грубо подтолкнул Нису через портал тупым концом копья. Девушка обернулась и оскалила зубы, зарычав, словно затравленная тигрица. Связанные за спиной руки сжались в кулаки. Зеландра, спутанная подобным образом, шла позади своей помощницы. Глаза ее были усталые и потухшие. Спина сгорблена, как у древней старухи.

У Нисы от вида хозяйки защемило сердце.

— Вам плохо, госпожа? — спросила она, стараясь казаться сильной и не сломленной.

— Попридержи язык, а то, как бы не лишиться его, — рявкнул стигийский наемник, который больно пихнул девушку и многозначительно провел пальцем по лезвию короткого меча.

— Полегче, Дафрах, — осадил своего товарища другой, более высокий воин. — Повелитель запретил их трогать.

— Клыки Эрлика, — выругался Дафрах. — Эта тварь всадила кинжал в горло Тех-Харпе, как ты сам видел. Надеюсь, господин скормит Лотосу их обеих!

Отведя взор от пылающих ненавистью глаз стигийца, Ниса осматривала мрачный зал. Вдоль стен, стояли в нишах и просто висели в воздухе странные светящиеся шары. В самом центре располагалось огромное изваяние сфинкса. Подобные статуи встречались в разных местах Стигии, являясь наследием ушедшей эпохи, но только значительно меньших размеров.

Черты лица истукана были невыразительны, будто неведомый скульптор лишь слегка коснулся резцом поверхности черного камня. Между лапами находилась гладкая плита, служащая очевидно алтарем.

Глядя на безликого идола, Ниса почувствовала, как в ее жилах стынет кровь. Какие жертвы приносились в поклонении такому богу?

Женщин подтолкнули к основанию алтаря.

Ниса брезгливо подернула плечами, тем самым, показывая стражникам свое глубокое презрение. Зеландра понуро опустила голову. Волосы волшебницы были спутаны и перемазаны запекшейся кровью от удара рукояткой меча. Полоска жесткой воловьей кожи закрывала рот, чтобы исключить любые попытки прочитать заклинания. Правда, Ниса сомневалась, что Зеландра сейчас в состоянии сотворить колдовство даже без кляпа во рту.

Девушка прикрыла глаза, вспоминая последние события. Как прав был Конан, утверждая, что лагерь необходимо перенести. А так, они были взяты врасплох. Стремительное нападение свершилось в момент спора в шатре. Хозяйка стояла на своем, утверждая, что поводов для беспокойства попросту нет. Она не слушала никаких доводов, с отсутствующим видом поглаживая проклятую серебряную коробку. Но даже она различила снаружи голоса, не принадлежащие киммерийцу и тем более Энг Шиху.

Обе женщины выглянули из палатки и сразу же увидели стигийских солдат, крадущихся по холму к лагерю. Ниса сразила наповал ближайшего наемника точным броском кинжала, в то время как Зеландра использовала магию. Она послала струю сверкающего пламени в перекошенное от страха лицо второго стигийца. Но это было последние, что волшебница успела сделать. Сзади на ее голову обрушился тяжелый удар.

Ниса выхватила другой кинжал, призывая отчаянным криком Конана и Энг Шиха. Она отказывалась верить, что они погибли при нападении.

Меж тем, вражеские воины окружили ее плотным кольцом, не спеша пустить в ход свои короткие мечи. Один из них приставил клинок к шее, потерявшей сознание, Зеландре. Этой угрозы оказалось достаточно, чтобы пальцы девушки разжались, и кинжал звякнул о камень. Тогда другой стигиец подошел ближе и со злостью ударил ее кулаком в лицо. Мир поплыл перед глазами Нисы.

Пока одни наемники бегло осматривали лагерь, другие — крепко связывали пленниц. Зеландре, вдобавок, завязали рот куском вонючей кожи.

Удостоверившись, что в их сети попалась та самая добыча, о которой говорил Этрам-Фал, стигицы заторопились обратно, их пугал приближающийся шторм. Песчаная буря все же застигла охотников и их жертв на полпути, замедлив продвижение. Узкое ущелье, то и дело оглашали возгласы проклятий и ругань, тонущие в завываниях ветра.

Нису всю дорогу терзали мысли о судьбе Конана и Энг Шиха. Почему друзья не пришли на помощь? Даже выросшая громада Дворца Ситрисса не впечатлила ее, не отвлекла от тягостных дум.

Пленниц долго вели по извилистым пыльным коридорам замка, через нежилые помещения и казарму пока, наконец, они не попали в храм сфинкса. Теперь им оставалось ждать появление того, кто всем здесь заправляет и кто решит их участь.

Женщин все же освободили от пут. Зеландра, схватившись за пояс, издала слабый стон. Обрывки кожаных ремней говорили, что заветная шкатулка срезана. Высокий, горбоносый капитан держал серебряный ларец на ладони, с издевкой наблюдая за страданиями волшебницы. В груди Нисы вскипала ярость. Еще миг, и она бы набросилась на предводителя наемников с голыми руками.

Послышалось шлепанье сандалий по гладким плитам каменного пола. Сквозь строй расступившихся воинов, в зал вошел человек в сером плаще с накинутым капюшоном. Невысокий и сутулый, он какое-то время рассматривал женщин, скрестив руки на впалой груди.

— Ах, Зеландра, какая приятная встреча! — раздался мягкий голос изнутри капюшона, — Клянусь Сетом, Ваше упорство достойно восхищения. Признаюсь, что недооценил Вас. Но и Вам не хватило ума, чтобы оценить мой Изумрудный Лотос.

Зеландра не отвечала. Она смотрела вперед расширенными зрачками. Одна рука ее обвила ребра, а другая, теребила место, где раньше висела шкатулка.

— Ат! — продолжил колдун властным голосом. — Привяжи спутницу госпожи к алтарю.

Высокий стигиец протянул коробку Зеландры соседнему воину и поспешил исполнить приказ.

Ужас мертвой хваткой сковал горло Нисы. Сердце опустилось в низ живота. У молодой женщины подкосились ноги, и она бы рухнула без чувств, если б капитан не подхватил ее за талию.

— Успокойся, — бросил маг девушке. — Может, ты и останешься невредимой. Все зависит от твоей хозяйки. А вот если будешь сопротивляться, то вызовешь мое недовольство и тогда…

Сознание покинуло Нису, и она уже не чувствовала, как Ат кладет ее на жертвенник. Как привязывает запястья и лодыжки сыромятными ремнями к металлическим кольцам, прикрепленным к каждому из четырех углов алтаря.

— Очень хорошо, — сказал человек в капюшоне. — Теперь, вы все, — добавил он, повышая голос, — уходите отсюда. И не теряйте бдительность. У этих двоих могут объявиться друзья. Хеп-Хал, отдай шкатулку мне. Ты, Ат, можешь остаться.