Видение неравенства: От Французской революции до конца Холодной войны - Бранко Миланович

и доходов, он иллюстрирует это данными о подоходном налоге в Англии и Уэльсе за 1865 год. Используемые налоговые данные взяты из так называемого Списка D, который включал в себя прибыль от предприятий, концернов, профессий и работы по найму. В 1865 году такой налог платили примерно 1,5 процента домохозяйств в Англии. (В большинстве стран, включая Соединенные Штаты, прямых налогов в те времена вообще не существовало). Маркс отображает опубликованные данные о совокупном доходе и совокупном количестве налогоплательщиков с разбивкой по уровню дохода. В самой низкой группе людей, плативших налог, средний доход на одного налогоплательщика составлял ₤ 133 (порог налогообложения - ₤ 60), и в эту группу входило около 308 000 из общего числа 332 000 налогоплательщиков. (Другими словами, в него вошло более 90 процентов налогоплательщиков). В верхнем транше находилось всего 107 самых богатых налогоплательщиков, чей средний доход на душу населения составлял ₤ 103 526. Эта группа, составляющая около 0,03 процента налогоплательщиков Англии и Уэльса, получила более 10 процентов общего налогооблагаемого дохода. Такая резкая концентрация доходов или богатства на вершине, как мы увидим в следующей главе, станет именно тем, что привлечет внимание Парето всего лишь через десять лет после смерти Маркса. Это приведет Парето к определению одноименной функции распределения доходов, которая до сих пор широко используется в наши дни, и, что более важно для нашей цели, это приведет его к его отчетливому взгляду на эволюцию межличностного неравенства доходов - взгляду, во многих отношениях противоположному взгляду Маркса.

Если бы Маркс решил преобразовать данные по налогам, которые он приводит в "Капитале", так же, как это вскоре сделает Парето, он мог бы провести красивую прямую линию, связывающую (log) уровни доходов различных траншей и (log) обратное кумулятивное распределение налогоплательщиков. Он получил бы график, показанный на рисунке 4.4, который дает коэффициент Парето 1,2, что очень соответствует результатам самого Парето, основанным на аналогичных налоговых данных из западноевропейских городов и штатов конца XIX века. Коэффициент 1,2 означает (как станет ясно в следующей главе) очень толстый правый хвост распределения доходов и очень высокий коэффициент Джини (еще одно методологическое новшество, которого нам придется ждать до 1920-х годов) в семьдесят один среди английских и валлийских налогоплательщиков.

Рисунок 4.4. Распределение доходов между английскими и валлийскими налогоплательщиками, 1865 год

Примечание: По горизонтальной оси показан средний уровень налогооблагаемого дохода в фунтах (в логарифмах), а по вертикальной оси - совокупное число людей (в логарифмах), получающих доход, как минимум равный уровню дохода, показанному на горизонтальной оси.

Источник данных: Карл Маркс, Капитал, т. I (Нью-Йорк: Penguin Books, 1977), глава 25.

Приложение: Ссора Гладстона

Наибольшие споры вокруг цитат Маркса вызвало неравенство доходов в Великобритании, описанное Уильямом Юартом Гладстоном, тогдашним канцлером казначейства, в его бюджетных речах в британском парламенте в 1843 и 1863 годах.

Речь Гладстона в 1843 году Маркс цитировал следующим образом: "Одна из самых меланхоличных черт социального положения этой страны заключается в том, что в то время как потребительская способность народа снижалась, а лишения и бедствия рабочего класса и служащих увеличивались, в то же время происходило постоянное накопление богатства в высших классах и постоянное увеличение капитала". Ссылка в сноске дана на "Таймс". В другой речи двадцать лет спустя Гладстон (опять же, цитируя Маркса) сказал, что "это опьяняющее приумножение богатства и власти... полностью ограниченное имущественными классами... должно приносить косвенную пользу трудящемуся населению". Ссылка дана на "Утреннюю звезду". Когда эта цитата, как объясняется ниже, была поставлена под сомнение, Маркс привел более полную цитату из речи Гладстона 1863 года из "Таймс":

Таково положение дел с богатством этой страны. Должен сказать, что я почти с опаской и болью смотрел бы на это пьянящее приумножение богатства и власти, если бы считал, что оно ограничивается классами, находящимися в легком положении. При этом совершенно не учитывается состояние трудящегося населения. Увеличение, которое я описал и которое основано, как мне кажется, на точных данных, - это увеличение, полностью ограниченное классами, обладающими собственностью".

Последняя фраза этого отрывка, однако, на самом деле не попала в "Хансард", официальный журнал парламентских дебатов. Маркс считал, что оно было намеренно опущено, поскольку ставило канцлера в неловкое положение, и было точно передано газетами Morning Star и The Times, поскольку они вышли в печать до того, как официальная стенограмма была проверена и (как считал Маркс) пересмотрена.

Немецкий профессор Луйо Брентано (писавший анонимно) обвинил Маркса в намеренном неправильном цитировании Гладстона, чье сложное иносказание (как мы легко можем заметить), безусловно, делало возможным неправильное толкование. Брентано утверждал, что Гладстон в своем заключительном предложении, приведенном выше, не утверждал, что увеличение богатства ограничивается высшими классами, подразумевая, что его собственные (Гладстона) опасения не были обоснованными. Этот сложный вопрос о цитатах и контрцитатах, ясности которого не способствовали переписка между оригиналом речи на английском языке и немецкими переводами Маркса, продолжался в течение многих лет. После смерти Маркса в дебаты вмешались профессор Тринити-колледжа из Кембриджа (поддержавший Брентано) и Элеонора Маркс, дочь Карла Маркса, поддержавшая своего отца. Для нас сейчас, возможно, несколько удивительно, что этот спор был признан достаточно важным, чтобы подробно обсуждаться в предисловии Энгельса к четвертому изданию "Капитала" (на немецком языке). Но это показывает, как порой и Маркс, и его оппоненты серьезно относились к эмпирическим вопросам распределения доходов.

a Маркс не считал, что государство может играть настолько значительную перераспределительную роль, что, помимо изменения распределения доходов, оно может изменить распределение материальных благ, так что капитализм будет "эндогенно" производить менее неравномерное распределение. Классы, очевидно, все равно останутся.

b Есть много современных примеров такого использования люмпен-пролетариата. Одним из самых кровавых и откровенных примеров было сотрудничество Чан Кайши с преступной "Зеленой бандой" в подавлении забастовок и разгроме Коммунистической партии Китая в Шанхае в апреле 1927 года.

c Поэтому очень легко понять, почему в чисто марксистских рамках бесплатное образование должно приводить к сокращению разрыва в оплате труда. Мы еще не раз столкнемся с этим при обсуждении неравенства в оплате труда при социализме в главе 7.

d Формально, если бы производительность труда была высокой, воспроизводство рабочей силы занимало бы лишь часть рабочего дня; "необходимый труд" был бы низким. Но необходимый труд зависит как от производительности труда, так и от потребностей, которые необходимо удовлетворить (которые расширяются по мере развития). С течением времени производительность труда и потребности противостоят друг другу, причем рост производительности труда