Путь наемника - N&K@

знахарем. Скорей всего ученица или дочь. А может и то и другое. На вопрос о группе раненных новичков, среди которых должен был находиться длиннорукий грубиян, варвар со шрамом через весь торс, смазливый парень и кендер, помощница знахаря гневно топнула ногой и заявила:

— Эти придурки сбежали, не дожидаясь конца лечения. Если сдохнут — сами виноваты. Я хотела как лучше! А еще они прихватили целую связку баумвирного птума. Кто теперь за него заплатит, м?

— Кфханов Малем со своим кфхановым птумом! — процедил сквозь зубы принц, расставаясь с горстью медяков. — И что ему не сиделось на жопе ровно? Найду — заставлю сожрать весь птум до последнего листочка. И пусть только попробует поперхнуться!

— Друзья сбежали, да? — спросил стоявший все это время неподалеку Гвойнан, о существовании которого Ник успел позабыть. — Они всегда так делают. Стоит кому-нибудь довериться и — фью-ить — ищи ветра в поле. Ладно, штрейс, пойду к капитану. Он наверняка приготовил уже для меня какую-нибудь гадость. Не слишком плохого тебе дня. — и, напоследок мазнув взглядом по убранному в ножны Люминистиллу, печально побрел прочь.

Глава 36

Найти соратников удалось лишь когда солнце уже завершило свой бег, бросая из-за глади горизонта последние лучи. Наемники не стали занимать один из лагерных шатров, которые все равно во всю паковали и складывали в расположенные тут и там фургоны, а обосновались на самом краю лагеря, установив собственные палатки.

Садо, Тавр, Ангс, Шазшаз и Малем. Не сказать, что они были покрыты бинтами с ног до головы, но в битве за бесчувственное тело Ника им определенно пришлось несладко. Все пятеро сидели вокруг небольшого костерка, на котором, источая аппетитный аромат, побулькивал котелок с чем-то похожим на жаркое хмурого Флина. Судя по всему, бывший охотник побросал туда все, что смог найти в округе.

Ванессы по близости видно не было, но это и не удивительно. Наверняка она умчалась исследовать стоянку Черных Соколов, представляющую для любознательного кендера целый новый мир. А может и отправилась в город. Как бы не пришлось потом вызволять ее из местной темницы.

Стоило Никаниэлю почувствовать аромат свежеприготовленной пищи, как у него мгновенно засосало под ложечкой, а желудок протестующе напомнил, что в него необходимо время от времени забрасывать что-нибудь посущественнее дорожной пыли и молитв во славу Аракая. Кажется, тот готов был за раз переварить приготовленную на всех пищу.

— Ну ничего себе! — воскликнул Садо, первым заметивший вышедшего к костру Ника. — А не колдун ли ты, Мал, часом? Мне уже бояться или начать чуть попозже?

— Да ты, судя по запаху, уже во всю. — с усмешкой бросил Ангс. — Штанишки-то когда стирать пойдешь?

— Я же говорил! — самодовольно хмыкнул Малем. — Щепотка толченого тилуна — и наш штрейс тут же сам примчится. И искать не нужно.

Все пятеро, улыбаясь, смотрели на Ника, а Шазшаз даже подошел и хлопнул его по плечу, от чего принц чуть не улетел в траву. Похоже последние пара дней сплотили их чуть ли не больше чем недели совместных тренировок. Ну или это так подействовал факт соединения с основными силами наемников. Все-таки теперь они все официально челны отряда Черного Сокола. Это подтвердил сам капитан Мейсис.

— Штрейс, значит? — сделав вид, что разозлился, Никаниэль присел рядом со всеми и тут же получил от Тавра исходящую паром миску жаркого. — Сговорились, да, полюби вас всех осел?!

Бойцы мгновенно притихли и настороженно уставились на товарища. Даже варвар удивленно приподнял бровь — последнюю фразу он слышал настолько часто, что просто не мог ее не запомнить.

— Эм, Ник? — Малем неуверенно обратился к продолжавшему сидеть нахмурившись другу. — Они в тебя что ли Коупа вселили?

— Спаси нас всех, Ниметис! — тут же прошептал заметно сбледнувший Тавр, а Садо принялся шарить на поясе в поисках рукояти меча.

— Да расслабьтесь, пошутил я. — мстительно улыбнулся принц, зачерпнул из миски и принялся дуть на все еще слишком горячую пищу. — Вы бы свои рожи видели.

Наемники облегченно выдохнули, но продолжили бросать на Ника настороженные взгляды.

— Вот так всегда! Кфхан разбери когда он шутит, а когда нет! — Малеммил подошел к котлу и прямо миской зачерпнул себе порцию жаркого, тут же облизав испачкавшийся край. — Это прям особый талант какой-то, ноздря Лаода.

— Вы мне лучше скажите, зачем сбежали из лазарета и наврали капитану? — не стал откладывать в долгий ящик Никаниэль. — Кстати, Малем, с тебя двенадцать медяков за украденный у знахаря птум.

— Я же говорил, что заметит! — Садо махнул забинтованной рукой. — Снихт недоделанный!

— Ник, понимаешь, — принялся оправдываться Малеммил, — лекарь у Соколов — мужик что надо, дело свое знает. Все как положено назначил; и типульник для Садо раздобыл и нас подлатал. Но вот полугномиха эта — Кияра, поцелуй ее кфхан, — решила, что знает все лучше самого Аракая и принялась лечить нас по-своему. Мы б там кони двинули, серьезно тебе говорю. Лучше уж я сам тут.

Остальные усердно закивали головами. Не отставал и Шазшаз, хотя вряд ли понимал, о чем идет речь. Варвар, похоже, всерьез намерился влиться в коллектив. Интересно, что ему раньше мешало? Всегда ведь особняком держался. А если вспомнить его поведение в Тике, то там он и вовсе как будто жить не хотел. Ладно, это все можно узнать, обучив пустынника общему языку. Понятие чести ему вроде не чуждо, а как боец и вообще незаменим. Разберемся.

— А что до штрейса, — продолжил Малем, — то мы посовещались и решили, что лучше нами будешь командовать ты, чем капитан назначит кого-то со стороны.

— Ага. Вроде Коупа. — поддакнул Садо.

— Тем более, что у тебя и получается, вроде, неплохо. — закончил свою речь Малеммил.

— Ни хрена себе «неплохо»! — возмущенно воскликнул Ангс, едва не опрокинув на Тавра содержимое своей миски. — Да я там, у заставы, чуть не обделался от страха. А когда они из той дуры жахнули, да Хэйра на клочки порвало — думал хана, все поляжем! Но ты-то не струсил! — Ангс посмотрел Нику прямо в глаза. — Еще и нас всех спас. Надо было Коупу сразу тебя штрейсом назначать, как я и говорил. Дурак он был, дураком и помер.

Никаниэль невольно скривился, услышав подобное в адрес сержанта. И пусть не так давно он и сам думал о Раффане едва ли лучше, но теперь тот предстал перед ним в совершенно другом свете. Рассказанная Мейсисом история тронула принца,