Заклятье волка - Евгений Анатольевич Леухин

змеи попал в кровь и разошёлся по всему телу, неся за собой острую боль, доходящую до самых кончиков пальцев.

Лифен проснулась в холодном поту. Сердце билось, выпрыгивая из груди, а на шее ещё чувствовался укус.

«Приснится же такое!» – подумала Лифен, глубоко вздохнув.

Принцесса захотела поправить прядь волос, упавшую на лицо, но с ужасом осознала, что опять не может пошевелиться. Входная дверь заскрипела, и комнату медленно вошёл огромный чёрный волк. Оскалив пасть, он зарычал.

–Не-е-ет!!! – закричала принцесса, предположив, что с ней сейчас произойдёт.

Глава десятая. Под палящим солнцем

Облокотившись на ствол финиковой пальмы, Ульвен достал из конверта аккуратно исписанный листок бумаги. Когда к нему подошёл жрец и вручил письмо, Ульвен очень удивился. Последнее своё письмо он получил в школе Юных Охотников в Нординии, в котором было написано, что его мать умерла и ему надо срочно ехать на похороны. Через какое-то время Ульвен похоронил, свою бабушку и получать письма ему было уже не от кого.

Его руки задрожали, а сердце забилось в два раза быстрее, когда он подрезал ножом конверт и вдохнул тонкий аромат лендхестерской розы. Это было письмо от Фреи. На радостях обнявшись со жрецом Ульвен уединился и десятки раз перечитывал письмо от любимой. После этого он целый день ломал голову, что написать в ответ. Ему хотелось так же изящно и красиво ответить, как ему написала принцесса, поэтому с письмом он закончил только поздно вечером. На следующий день Ульвен снова достал свой заветный конверт, и в предвкушении чтения расплылся в улыбке.

«Здравствуй, любимый мой Ульвен!

Сегодня я беседовала со своей мамой, и так вышло, что разговор зашёл о тебе. Когда я вспоминаю о тебе, мой милый, меня переполняют чувства и моя мама заметила это. Она начала меня расспрашивать, и я ей призналась в своей любви к тебе. Я сказала ей, что мне не нужен никто кроме тебя, и я очень тебя люблю. Ей пришлось это принять, а взвесив все твои добродетели и огромное желание выдать меня замуж, она согласилась благословить нас на свадьбу, когда ты вернёшься.

Любимый мой, это очень большая победа на пути к нашему счастью. Несмотря на то, что против нашего союза выступит, большинство членов королевской семьи, заручившись поддержкой моей мамы, я смогу без угрызения совести бросить дворец и быть с тобой счастлива даже в шалаше. Кроме того, я очень надеюсь на поддержку Тролмана, который всегда меня поддерживал и очень близок мне по духу.

Поэтому теперь главное, чтобы ты поскорее здоровый вернулся обратно!

Как ты там? Как твоё здоровье? Как ты переживаешь тяготы войны? Я очень за тебя переживаю и волнуюсь, чтобы с тобой не случилось ничего дурного! Даже и представит себе не могу как тебе там тяжело! Дядюшка Захид рассказывал нам, что в пустыне в это время ужасно жарко, а вам приходится при этом ещё и сражаться! Где-бы ты не был, чтобы ты не делал, пускай тебя всегда оберегает моя любовь.

Любимый мой, я мечтаю о том дне, когда ты вернёшься, и мы останемся с тобой вместе. Я представляю себе: как ты заберёшь меня в какое-то прекрасное место, где всё будет только для нас двоих. Это время будет самое счастливое и прекрасное для нас. Я хочу окунуться в твои тёплые объятья, забыть обо всём на свете и наслаждаться твоими сладкими поцелуями.

Любимый мой, единственный, спасибо тебе, что ты у меня есть. Пройдя через ряд разочарований, до знакомства с тобой я чувствовала себя, как птица в клетки. И только после нашей встречи я смогла взлететь и насладиться жизнью. Ты сделал меня по-настоящему счастливой. Больше я не представляю свою жизнь без тебя. Возвращайся поскорее, я очень хочу обнять тебя, мой милый.

И главное верь, чтобы не случилось – ты навсегда останешься в моём сердце. Я никогда тебя не забуду и буду верна нашей клятве до конца своей жизни!

Целую, твоя Фрея».

Напоследок вдохнув аромат духов Фреи, Ульвен аккуратно сложил письмо в конверт и, задумавшись, рассматривал затянувшее серыми тучами небо.

«Надо начать откладывать деньги! – подумал Ульвен – Когда я вернусь в Сторби, надо будет снять приличную комнату, а лучше дом. Быть может Фрея захочет прийти ко мне в гости, а я живу в казармах…».

–Разрешите обратиться, господин капитан! – воскликнул солдат, вытянувшийся по струнке перед Ульвеном.

–Говори, давай!

–Генерал Асмунд ожидает Вас в штабе.

–Понял… – ответил Ульвен и, поднявшись, пошёл в штаб.

Штаб армии находился в большой палатке генерала Асмунда. В штабе находились: генерал, полковник Барди, полковник Эгиль, капитан Валттери, седовласый жрец и невысокий смуглый антуриец в белой одежде вышитой золотом. Собравшиеся стояли вокруг стола, на котором была разложена большая карта.

–Разведка доложила, что редгардийцев на их пути не было. Они миновали Верхний оазис и дошли до первых кишлаков Ираклиона за пустыней Тарим. – Докладывал Валттери – Местные жители видели редгардийцев, но они утверждают, что те не проявляли враждебности и даже покупали у них продукты. Путь в Ираклион открыт и его никто не осаждает…

–Какая-то ерунда получается! Когда я уезжал из Ираклиона, редгардийцы разграбили Бактирию и сожгли все её города. Разграбили побережье, а Ираклион обошли стороной? – недоумевал антуриец, разводя руками.

–Разрешите обратиться! – воскликнул Ульвен, искоса посмотрев на антурийца, голос, которого показался ему знакомый.

Асмунд посмотрел на Ульвена и молча указал ему жестом подойти к столу.

–Ваше Величество, могу с Вами не согласиться. Если я не ошибаюсь, Вы покинули Ираклион около трёх месяцев назад. – Ответил Эгиль, поправив свои длинные светлые волосы – Вам не кажется, что за это время могло что-то измениться? Быть может, Вашим наместникам удалось о чём-то договориться с редгардийцами?

Полковник был худощав и, как и генерал Асмунд, выглядел благородно. Лёгкий налёт аристократичности и высокомерия проявлялся в мелочах. Вышитый золотом китель, рубиновые запонки, гордый, прищуренный взгляд и высокородные манеры. Эгиль имел титул барона и часто это подчёркивал в разговорах. Старая травма, полученная в бою, заставляла Эгиля тянуть ногу.

–Я не кому не давал право ни о чём договариваться! – повысил голос антуриец и тыкнул на карту пальцем – Это моё королевство и мой город!

«Хм.… Самый что ни есть король Антурии Захид III!» – подумал Ульвен.

–Ну что же, значит проверим всё сами! – сказал Асмунд, указав на карту указкой – Пленные редгардийцы тоже говорили о том, что им было запрещено грабить кишлаки вокруг Ираклиона и чинить насилие