Имя – Смерть - Анна Малышева

Ира опять подумала, что Жумагалиев ей нравится. Дима тараторил:

– А вы-то сами? Вы присоединились к направлению, которое сейчас развивается в азиатских странах Содружества?

– Безусловно нет, – ответил гость. – Я по природе однолюб.

– Не может быть!

– Вы и это хотели бы проверить? – улыбнулся Жумагалиев.

Дима задал ему еще несколько вопросов, и запись была завершена. Ира чуть не запрыгала от счастья.

Наконец-то она была уверена, что получила работу!

Правда, ее радость немного остыла, когда она осмелилась задать Диме вопрос:

– А когда будут платить?

Дима ответил ей, не оборачиваясь (он упаковывал свой «дипломат»):

– После эфира.

– Что?

– После эфира подойдешь в бухгалтерию, туда поступит ведомость. Тогда и заплатят.

Дима щелкнул замками «дипломата» и важно удалился, даже не сказав коллеге «пока». Ира, немного расстроенная, пошла искать Маленкова. Но тот сказал ей то же самое:

– Немного подождите, после эфира получите деньги. Или у вас материальные трудности?

– Н-нет… – ответила она. Ира решила не напирать на Маленкова после первой же передачи. Кроме того, ей было стыдно признаться, что она живет в долг. – Большое вам спасибо.

– Да пока не за что.

Маленков углубился в свои бумаги. Было видно, что он считает разговор оконченным. Но она решилась задать еще вопрос:

– А когда мы будем готовить следующую передачу? Когда мне прийти?

– Что? Не терпится? А сперва не хотели работать? , – А теперь хочу.

– Ну, подождите немного. У нас есть еще одна запись, готовая к эфиру. С Настей. Так что недельки через три позвоните мне, и я вас приглашу. Некуда торопиться. Отдохните.

Да, не совсем так она представляла себе взлет ; своей карьеры. Ей казалось, что у нее минуты свободной не будет. Она вспомнила Костю. Как он выматывался, каким усталым приходил домой. А она свободна еще три недели. Не слишком она выложилась за пятьсот баксов… И не слишком часто она будет их получать. Все это ее немного огорчило, но все же домой она летела как на крыльях.

А там ее ждала неожиданная радость. Как только она подошла к своей двери, с верхней лестницы кубарем слетел какой-то грязный комок и бросился ей под ноги, жалобно скуля и извиваясь. Она ахнула:

– Плюшка?!

Это была ее болонка! Ира схватила собаку на руки : и прижала ее к чистой шелковой блузке, запахнув полами пальто, чтобы та не вырвалась. Но Плюшка и не думала вырываться. Она прижималась к хозяйке и скулила, даже начала подвывать. Ира ураганом влетела в квартиру, бросилась на кухню, вывалила в Плюшкину миску полкастрюли тушеной говядины. Собака ела жадно, то и дело давясь кусками.

– Жуй, дурочка, подавишься… – Ира стояла над собакой и радостно приговаривала:

– Плюша, Плюшенька, где же ты была?! Как же ты меня нашла?

Она обратила внимание на то, что на собаке больше не было длинного поводка. Не было на ней и ошейника. Шерсть свалялась и повисла жесткими грязными сосульками, бока впали… Собака выглядела ужасно. Как только Плюшка наелась, Ира понесла ее купать. Плюшка, сонная после обильного ужина, не сопротивлялась, хотя раньше купаться не любила.

Хозяйка извела на нее почти полбутылки своего личного шампуня.

Плюшка чихала, отряхивалась, но в конце концов шерсть на ней побелела, расправилась тонкими, нежными прядками, сквозь нее проглядывала чистая розовая кожа. Ира завернула собаку в полотенце и, как ребенка, уложила в свою постель. Но собака немедленно выползла из полотенца и принялась носиться по одеялу, тщательно вытираясь со всех сторон. Ира ей этого не запрещала. Она была вообще не способна что-либо ей запретить.

Когда домой вернулся Саша, собака уже спала.

От Саши опять пахло водкой, но Ира на этот раз ничего ему не сказала. Она потащила его в спальню и радостно указала на Плюшку, уютно закопавшуюся между двух подушек:

– Она вернулась!

– А я где буду спать? – спросил он.

– Тебя только это волнует? Ты понимаешь что собаки не было почти две недели?

– Но я же тебе говорил, что она вернется. – Он устало присел на край постели, закурил. – Ир, я без денег.

– Что? – не поняла она. Уходя на работу, Саша взял у нее сто тысяч. Он собирался купить продукты на обратном пути.

– Денег у меня нет. Ни копейки.

– Пропил?

– Хуже.

– А, ясно, – подбоченилась она. – Опять Наташа появилась?

– Как это ты доперла?

– Выбирай выражения! Деньги были мои! Даже не мои, а мамины! И ты спокойно отдаешь их этой… стерве?! – закричала она.

Плюшка высунула морду и тявкнула на Сашу. Она его видела впервые.

– Молчать! – прикрикнула на нее Ира. – Значит, меня теперь постоянно ждет эта история?! Ты ей сказал, что деньги мои?!

– Нет!

– Почему же?!

– Потому что она бы развонялась! – крикнул он. – Все вы, бабы, на один лад!

Они все больше повышали голоса, так что в конце концов перестали друг друга слышать. Плюшка присоединилась к ним и лаяла с остервенением. Саша ударил кулаком по матрацу:

– Уйми свою шавку!

– Ты пьян! – в отчаянии воскликнула она. – Как с тобой жить? Невозможно!

– Ты сама напросилась!

– Верно, сама… – с досадой согласилась она. – Но ты меня не предупредил, что стал законченным алкашом. Я бы еще подумала!

– А, заткнись! – Он схватил Плюшку и швырнул ее на пол. – Могу я лечь или нет?! Или я тут вообще пустое место?!

Она молча взяла собаку на руки и вышла в другую комнату. Через полчаса он сам туда пришел, и они, как всегда, помирились.

Наконец в эфир вышла передача с ее участием.

Ира разволновалась. Обзвонила своих подруг, предупредила мать с отцом и взяла с Саши слово, что он придет к тому времени, когда начнется передача. И наконец они уселись перед телевизором. Втроем. Плюшку она держала на руках.

На экране появилась студия, туда под аплодисменты вошел Жумагалиев и уселся в кресло, помахав кому-то рукой.

– В зале никого нет, – пояснила Ира. – Это все монтаж.

Появился Дима, представил гостя. Жумагалиев заговорил… Ира таяла от счастья. Особенно ее восхитил собственный вид. Ей в тот день и в самом деле удалось выглядеть прекрасно. А вот Саша ерзал на месте, мешая ей смотреть, и внезапно схватил ее за руку, что-то бормоча.

– Что ты сказал? – повернулась она к нему. – Тебе нравится?

– Ты что – не слышишь? – спросил он. Его глаза округлились.

– Кого? Жумагалиева? Слышу и даже вижу. Не мешай, скоро кончится!

– Да ты послушай, как он говорит. – возмущенно воскликнул он, указывая на экран.

– Прекрасно говорит. Даже слишком хорошо для этого придурка Димы. Знаешь, какой он хам? В смысле, Дима? Он даже не здоровается со мной… Бог знает что о себе воображает!