Вдоль берега Стикса - Евгений Луковцев

— А если в бумаге, то бьют за то, что без фильтра, — продолжил Алька со знанием дела, непроизвольно почёсывая челюсть.

— Вот так и здесь. Они заявили, что мир был заселён без спроса, а город построен без разрешения старых хозяев. И народ в него уведён из разных земель вообще преступно, через Стикс, который — обиталище проклятых, а не трамвай между мирами.

— У кого, интересно, нужно было спрашивать разрешения на брошенный мир?

— Ну, нашли для проформы пару прежних высших, созданных здесь. Старые скитальцы, выжившие из ума без внимания своего обожаемого бога. Попробовав вина из сада Люцифера, они, конечно, выступили на стороне захватчиков.

Азраил разогнулся и навалился на дверь. Створка легко пошла по расчищенному пространству и врезалась в стену. Раздался звон, словно в комнате ударили в большой колокол.

— А дальше? — спросил Алька, дождавшись затихания звука и открывая уши.

— Дальше всё почти как в твоей притче. В город отправили посольство, заявив о живых наследниках и потребовав ключи от города. При дворе Люцифера не в ходу были церемонии, послов спустили с лестницы, да прямо в озеро Коцит. Воды его горьки, но именно они наполняют местные фрукты чудесными свойствами.

— Не отвлекайся!

— Да что ты? Ну ладно. Короче, взять этот мир штурмом другие высшие не могли. Операции такого масштаба нельзя провернуть незаметно для богов, а уж их внимание привлекать пропойцы-полубоги совершенно не хотели. Поэтому объявили неслыханную награду тому, кто убьёт правителя города Дит и принесёт наследникам знаки власти.

— А чтобы желающих набралось побольше, перенесли эту историю в русло своих религий, возбудив толпы фанатиков?

— …Тела которых мы с тобой тут сейчас прибираем! — подтвердил Азраил. — Так и сказали: идёт-де домой хозяин сада, и должен он злодеев-садовников предать злой смерти, а землёй чудесной наделить людей праведных, которые одного лишь должны придерживаться уговора: отдавать часть плодов в день урожая. И пошла история гулять от мира к миру, попадая в виде легенд и сказок даже туда, где не слыхали никогда ни про Люцифера, ни про волшебные сады.

Он распахнул вторую створку и Алька проворно заткнул уши, чтобы опять не оглохнуть от звона.

— И вот теперь толпы чужаков прутся сюда по пяти протокам Проклятой реки. Века тратят на поиски нужного берега, тащат на себе самую страшную магию и оружие, а всё без толку! — заявил дьявол и шагнул в тронный зал. — Дорога свободна, пойдём.

— Погоди-погоди! — Алька схватил его за локоть. — Почему без толку-то? Раз всё здесь замерло и попасть сюда так легко, почему никто до сих пор не убил Люцифера?

— Хе, ну ты точно глухой! — дьявол оскалился в улыбке. — Я же сказал, почему! Потому что он давным-давно плюнул на это место и исчез. Когда проклятье накрыло озеро Коцит, Люцифера здесь уже тысячу лет как не было.

Он подтолкнул Альку в полутьму зала. Пустого, гулкого, величественного. В дальнем его конце возвышались два трона, очень похожие на рисунок с двери. И оба трона были пусты.

* * *

Подойти к трону оказалось не сложно.

Даже в какой-то степени проще, чем разгрести проход в зал. Внутри застывшие существа не сбивались плечом к плечу и не стояли друг у друга на головах. Здесь было больше фигур, скорченных от ярости, потрясающих кулаками в проклятье небесам, полных отчаяния и ощущения эпического провала.

Троны высотой в полтора человеческих роста мастер вырезал из кости. Из двух одинаковых цельных кусков, украшенных витиеватым орнаментом и камнями-самоцветами по всей поверхности. Те участки, где спиленная кость проступала своей пористой внутренней структурой, были также вписаны в узор, инкрустированы и отполированы. Мастерство резчиков сомнений не вызывало, но возникал сразу вопрос насчет размеров существа, чья кость пошла на изготовление такого колоссального произведения искусства.

Да, трон Люцифера был пуст. Шёлковая накидка на изголовье и бархатная красная подушка сбиты набок, истыканы лезвием одного из убийц-неудачников. Никаких символов власти, как их себе представлял Алька, видно не было. Ни на самих тронах, ни на массивном белом каменном помосте под ними, ни на золотых подставках позади — вообще нигде в этом помещении.

— Вот, собственно, и конец пути, — прокомментировал очевидное Азраил. — Знаешь что, приготовь-ка амулет, который мы отобрали у того изверга в деревне. Может пригодиться.

Алька удивленно посмотрел на дьявола — не шутит ли? О безделушке он давно забыл, печальные воспоминания как-то сами со временем потускнели в памяти. О свойствах трофея Азраил ни разу не заговаривал, да и вообще не вспоминал больше о случившемся. А тут вдруг на тебе…

— К трону близко не подходи, — всё тем же ровным деловым тоном продолжал он. — Я никак не пойму, где именно у проклятья источник. Чую только, что он уже очень близко.

Он выставил ладони перед собой и осторожно пошел от трона вправо, стараясь даже не касаться застывших фигур. Почти обойдя зал по кругу, остановился и разочарованно плюнул.

— Вот ведь паразит, стиксово теченье, всех надул! Вообще не здесь, представляешь? Даже не в этой комнате!

Теперь он быстрым шагом двигался вдоль стен, осматривая кладку и иногда постукивая когтем по декоративным панелям, рамам и гобеленам. Алька шагал следом, по-прежнему не понимая, о чём речь и что происходит. Дьявол же притормозил у одной из широких малахитовых полуколонн, выступающих из стены, и задумался. Постучал костяшками у основания, потом чуть повыше, просиял — и врезал по колонне кулаком.

— Некогда было дверь искать, — пояснил он Альке, пока тот отряхивал с одежды пыль и каменные осколки. — Тут должен быть вход в покои и кабинет, уж я-то знаю этот тип построек.

Навалившись плечом, помогая себе руками, Азраил расширил проход, а под конец, выдрав из стены погнутый металлический стержень, легко отодвинул в сторону часть каменной стены. До этого момента она казалась нерушимо-монолитной.

— Пошли. У нас осталось очень мало времени. Амулет держи всё время в руке, глаз с него не спускай!

Нужная комната обнаружилась справа по коридору, третьей по счету. Это была просторная спальня с невысокой, но роскошно убранной кроватью размером от стены до стены. Стены украшали картины в рамах и гравюры на золотых пластинах, под изразцами в камине замер огонь на аккуратных поленьях. Настоящая спальня короля.

Сам король полусидел-полулежал на пирамиде подушек, бессильно откинув голову. Рот огромного рогатого существа был приоткрыт и оскален в гримасе боли, демонстрируя два ряда острых желтых зубов. Одна рука застыла в области груди, безуспешно пытаясь дотянуться до горла, вторая же