Снести империю добра - Владимир Мясоедов

— Да ладно, Тимон смирный, чуму он на страны не насылал, города не сжигал, кровавую резню не устраивал. — Эльфийка закончила создавать управляемый зыбучий песок.

Ноги Сартара начали медленно скрываться из виду, уходя в глубины. Ну как в глубины — Златокудрая ограничилась трехметровым слоем, ее силы были далеко не беспредельны.

— Главное вовремя кормить, водить гулять и спаривать с его ручной суккубой, — продолжала Фиэль. — А Холхюк и вовсе весьма уважаемая персона среди себе подобных. Самый старый и мудрый шаман зимних фейри. Практически дедушка всей нации! И до начала войны с нежитью уже целую кучу столетий жил скромно, стараясь лишний раз не напоминать миру о своем существовании.

— Ну, ты думай, что говоришь! — постучала себя по шлему марионетка и пустила в Сартара молнию из посоха. — Я тебе что, пекинес, чтобы обо мне так отзываться! Между прочим, я самый страшный темный маг в нашей спальне! Ладно, твое поведение мы потом обсудим. Когда наконец устроим кремацию одному слишком буйному типу.

Джоана попыталась пробить спину проклятого короля роем острых льдинок, сорвавшихся с ее посоха. Десятки сверкающих на солнце снарядов били в одно и то же место, словно хрустальный поток. Даже Фиэль с ее острым зрением не успела заметить темную тень, мелькнувшую среди светлых снарядов. А потом уже было слишком поздно.

— Ааа! — Волшебница вырвала из запястья пробивший его кинжал, с украшенной крупными синими камнями рукоятью. И застонала. Плоть Джоаны стремительно распухала и гнила, обнажая кости. Лезвие явно было смазано ядом.

— Что такое, дорогая? — обернулся Сартар, метнувший оружие вслепую. — Не ожидала, что твои защитные чары пропустят то, в чем хранится частица сил их создательницы? Или ты забыла об этом кинжале, который подарила мне? А я, как видишь, бережно хранил подарочек. Всегда носил его в рукаве. И сейчас вернул его с довеском!

С хлопком архимаг исчезла с улицы и появилась на крыше рядом с Фиэль.

— Защити меня, пока я вожусь с отравой, — прохрипела она, серея на глазах. Гниющую руку волшебницы покрыл наколдованный лед, и разложение, уже почти дошедшее до локтя, остановилось. — Я неплохая целительница и смогу вывести яд, но мне нужно время. Если не принять меры, эта дрянь быстро разнесется по всему организму!

— Сделаю все, что смогу, — кивнула Фиэль.

Эльфийка мысленно примерила подобную травму на себя и передернулась. Она бы остановить процесс гниения, скорее всего, не смогла из-за болевого шока. И погибла бы хоть и быстро, но весьма мучительно.

— А мы поможем, — добавил гоблин и обрушил на проклятого короля с десяток бомбочек, извлеченных из свернутого пространства. — Займем нашего дорогого гостя так, чтобы он своими ногами отсюда точно не ушел!

Провалившийся в зыбучий песок до голеней Сартар легко вырвался на свободу и попытался уйти, кинувшись в одну из боковых улиц. Однако путь ему перекрыл гоблин, обрушив стены зданий. А там и отдышавшийся Холхюк подоспел. Костяной посох крутился в его руках, разрывая воздух быстрее, чем крылья комара. Если бы проклятый король не отбивался, то каждую секунду получал бы не меньше десятка ударов. И оставалось только гадать, как долго могла продержаться под подобной нагрузкой его нематериальная броня.

Фиэль управляла песчаной ловушкой, пытаясь тормозить Сартара. И одним глазом наблюдала за хозяйкой города. И то, что она видела, заставило ее испытать самую настоящую зависть. Под слоем прозрачного льда гнилая плоть постепенно розовела. Лопины на ней закрывались, рука становилась нормальной. Леди Блекмур явно губила свой талант, изучая боевую магию вместо того, чтобы сосредоточиться на целительстве.

— Ты до сих пор не веришь, что сегодня твой последний день? — участливо осведомился у Сартара гоблин, вновь устраивая настоящий дождь из камней.

Демонолог отошел отдышаться. Джоана, окончательно победив яд, перекрыла ледяной пробкой переулок, куда едва не юркнул ее бывший кавалер. А затем методично и последовательно стала устранять ему и другие пути к отступлению.

— Смирись, мужик, ты попал в мою ловушку, — продолжал гоблин. — Все было распланировано от и до! Сначала пришлось тратить энергию на болоте. И ладно бы сам спасался, но ты еще и своих миньонов берег. Затем кросс по пересеченной местности с умопомрачительной скоростью, когда я начал морально твоих слуг разлагать при помощи фальшивок. На то, чтобы двигаться быстрее идущего на форсаже дирижабля, тоже энергию тратить пришлось. Потом ритуал по призыву демонов. А ведь когда слишком мало рабов, роль главной батарейки исполняет король Олерона. Я специально узнавал, когда собирал сведения о тебе и ходе крупных сражений. Ну а следом был штурм, при котором ты устраивал массовый подъем нежити и принимал на грудь пушечные выстрелы. И вот теперь финальный аккорд. Четыре архимага… Ну ладно, пусть три с хвостиком. Фиэль до этого звания все-таки изрядно недотягивает. Да и Джоана в силу молодости среди титанов волшебства идет в самой низшей лиге.

— Эй, я свое звание получила по праву! — возмутилась Блекмур, затыкая ледяной пробкой еще одну щель между домами. — А вас в списках своих коллег вообще не помню!

— Холхюк старше, чем Лиморан и все его корифеи, вместе взятые, а у меня энергии больше, чем у десятка таких, как ты, — сказал гоблин. — Детали и формальности не имеют значения. Главное, что мы по тем или иным причинам обладаем схожими тактическими характеристиками.

— Да с чего ты вообще взял, будто мои силы могут иссякнуть, жалкий карлик?! — взревел бешеным быком Сартар.

Зеленый луч сорвался с руки проклятого короля и полетел в Холхюка, не успевающего среагировать из-за ничтожности разделяющей их дистанции… Но сорвавшийся с верхушки его посоха с диким и обреченным воем рогатый череп принял на себя удар и рассыпался быстро тающими черными искрами.

— Я бессмертен! Я вечен! Я неуязвим!

— При осаде Лиморана залп архимагов развернул тебя на сто восемьдесят градусов, — спокойно, словно маленькому ребенку, сказал гоблин и оттащил демонолога назад телекинезом. — Сколько таких нужно было, чтобы одержать победу? Два или три, максимум четыре. А игра в кошки-мышки с Селеной, после которой ты сбежал со стрелами в заду? Тогда за несколько дней непрекращающейся битвы и обстрела с безопасной дистанции рейнджерам эльфов удалось истощить твою защиту. И она не могла наполниться в бою или за пару редких часов затишья, для этого процесса требовалось время. Именно потому ты казнил пленницу настолько медленно и мучительно. Хотя под конец она сломалась и была готова на любые унижения и преступления, лишь бы ей только перестали делать больно. Но тебе требовалось отыграться за собственный страх. В голове постоянно крутился момент, когда костлявые руки истинной смерти вдруг сомкнулись на твоем горле и выпустили его очень-очень неохотно. Я и про другие похожие случаи навел справки. Но извини, сейчас мы их вспоминать не будем. Ведь пока здесь чешут языками, твоя нематериальная броня пусть медленно, но восстанавливается.