Снести империю добра - Владимир Мясоедов

Сначала несмело и робко, а потом все сильнее и сильнее начали раздаваться победные крики людей. Отбросившие тварей защитники перевели дух, поняли, что они, скорее всего, переживут этот день, и начали бурно радоваться жизни. Даже сломанная в качестве прощального подарка кем-то стена не особо их волновала.

— Хм, что ж, сегодня вы победили. Но я вернусь!

Сартар сорвался с места… и завяз в настоящей метели из битого камня, которую поднял своими усилиями телекинетик. Пока Тимон говорил, он как бы между делом летел навстречу охотнику на демонов. Проклятого короля он обогнул по изрядной дуге, но разглядывающий нового противника Сартар не придал этому значения. И теперь между монархом и остатками его отступающей армии находились уже два крайне опасных существа.

— Держи его, Холхюк! — отчаянно заорал коротышка, цепляясь за ближайшую крышу, чтобы не отвлекаться на поддержание в воздухе самого себя. — Девочки, давайте ко мне! Тормозите его! Не дайте этой твари уйти! Мы его сейчас должны дожать!

— Глупцы! Меня невозможно убить! Я вечен и неуязвим!

Черный меч принял на себя алую молнию, созданную охотником на демонов. И заклятие времен первой войны с Огненной Ордой не смогло одержать верх. Чары бессильно разлетелись дождем искр, оставляющих в мостовой крохотные пятнышки лавы. Однако и владельцу магического клинка пришлось прорываться через настоящий ливень из всякого мусора, отскакивающего от черных лат.

— Ври больше, блонди! — оскалилась гоблинская марионетка, идя навстречу проклятому королю и начиная раскручивать в руках железный посох. — Твоя защита хороша, но не идеальна! Она имеет фиксированный запас прочности! Большой, просто огромный. Но отнюдь не бесконечный и достаточно медленно восстанавливающийся! И сейчас он близок к концу.

— Что?! — Сартар на секунду замер, настолько велико было его удивление. — Да ты свихнулся, коротышка!

Казалось, ковылявший к нему на своих протезах Холхюк взорвался вихрем ударов, буквально размазываясь от скорости. Одним концом сделанного из позвонка дракона посоха он отвел в сторону зачарованное лезвие клинка, а вторым почти подсек ноги предводителю воинства мертвых. Ему не хватило буквально волоска, чтобы стукнуть по черному металлу.

— Сам ты свихнулся, дохляк, — не остался в долгу гоблин, отвлекая разговором вступившего в фехтовальный поединок проклятого короля.

Град из всевозможных предметов и не думал утихать, огибая Холхюка и падая на Сартара. Камни и мусор уже кончились, теперь в проклятого короля летел грунт и обломки ближайшего дома, который медленно переходил в состояние руин.

— Для того чтобы сложить два и два и получить четыре, не надо быть избранным! — продолжал Тимон. — Энергия не берется ниоткуда, а на свои фокусы ты тратишь целую кучу сил. Но даже море можно вычерпать, а в твоем распоряжении отнюдь не море, а всего лишь волшебный меч. Великолепный, превосходный, через него налажена связь с истинным хозяином всей нежити. Однако свои ограничения есть и у меча, и у тебя.

— Большей глупости в жизни не слышал! — расхохотался проклятый король слегка надтреснутым голосом. — Жалкая букашка, да я смету тебя как пылинку!

Он попытался зацепить черным мечом Холхюка. Однако охотник на демонов был ничуть не медленнее монарха, а точнее, гораздо быстрее его. Глаз не успевал за скоростью движений ветерана первой войны с демонами, прошедшего через изменивший его по образу и подобию врага ритуал. Если бы не незримая броня и явная боязнь противника хотя бы поцарапаться о зачарованный клинок, Сартар уже давно был бы размолочен до состояния железно-костяной пыли.

Фиэль, которую между делом опустили на новую крышу, стала концентрироваться на том, чтобы превратить почву под ногами Сартара в зыбучий песок. Болото он сумел заморозить. Но пройдет ли такой фокус с осыпающимся барханом? Особенно если топать по нему тяжелыми сапогами.

— Блефуешь, падаль, — ласково улыбнулся Сартару гоблин, снижаясь над проклятым королем.

Холхюк отскочил назад, тяжело дыша. Его напор мог превратить в каменную пыль скалу, но на правителе Олерона не осталось ни царапины.

— Чтобы понять это, достаточно проанализировать крупнейшие битвы этой войны и сделать выводы, — продолжал Тимон. — Шаризеда лишали тела то ли пять, то ли шесть раз. Старичок воскресал на алтаре и как ни в чем не бывало продолжал работать. А вот тебя терять никак нельзя было. Ведь уникальных артефактов, придающих тебе все силы, больше нет. И потому верховный лич изредка проигрывал, но никогда не отступал. А ты регулярно драпал от превосходящего противника, когда он умудрялся создать по-настоящему опасную ситуацию. Ту, в которой вроде бы непроницаемую защиту могут истощить. Ведь кое-кто тут страшно боится умирать.

Черный клинок срезал голову марионетке первым же ударом. Намертво сцепленная со шлемом деталь магическим образом управляемого манекена покатилась по многократно перепаханной магией земле, пятная ее каплями черной жидкости, пахнущей лесным орехом. Сестры Хорвальдс были женщинами и потому обычному машинному маслу предпочитали ароматическое, сделанное по собственному рецепту. Пачкаться подобным составом им было приятнее. Однако поскольку контрольные руны остались целыми, кукла и не подумала выходить из строя. Широко распахнув руки, она обняла обомлевшего проклятого короля, ожидавшего чего угодно, но только не этого. А потом отскочила, окутываясь черным дымом. На пояснице Сартара — выше миниатюрному подобию гоблина было не дотянуться — осталось висеть несколько кусочков динамита. Грянул взрыв.

— Души нет и, кажется, даже не было никогда. Голова отросла практически мгновенно. — Предводитель армии нежити с сомнением посмотрел на свое оружие, оказавшееся бесполезным.

С расстояния в несколько десятков метров скалилось еще одно подобие гоблина. На этот раз Тимон взял их больше чем две шутки, пожертвовав большей частью носимого боезапаса.

— Джоана! Милая моя, что за тварь ты умудрилась призвать на защиту своего города?

— Я тебе не милая, — сказала бывшему кавалеру архимаг, зажимая небольшую ссадину на щеке. Сразу же после своего вопроса проклятый король швырнул в волшебницу свое любимое боевое заклятие. Возникший перед ее лицом ледяной щит выдержал удар, но брызнувшая от него крошка лишь чудом не оставила Джоану без глаз. — И я его не звала. Он сам пришел. Вместе с этим чудовищем, которое словно дракон пожевал, до половины переварил и выплюнул. И ты еще заявился… Не везет мне сегодня, ой как не везет…

— Да ладно, Тимон смирный, чуму он на страны не насылал, города не сжигал, кровавую резню не устраивал. — Эльфийка закончила создавать управляемый зыбучий песок.