Любимая ошибка короля интриг - Татьяна Андреевна Зинина

понятия не имела, что значит это истеричное мигание и писк. Но даже мне было понятно, что просто так техника пищать не стала бы.

Гиро посмотрел на меня с лёгким чувством вины, вывел на экран карту местности и начал снова что-то нажимать.

– Ты ответишь или нет? – сказала строго.

– Если отвечу правду, ты будешь крайне возмущена, а у тебя и так настрой далёк от позитивного. Так что нет, не отвечу, – бросил он.

– Думаешь, эти слова способны успокоить?! – выдала возмущённо. – Быстро говори, что происходит.

Он снова одарил меня полным сомнения взглядом и вернулся к карте.

– Заряда в аккумуляторах осталось максимум на пять минут, – всё же сообщил Гиро. – Чтобы посадка прошла правильно, на поиск места для приземления у нас есть не больше минуты. Мы довольно далеко от населённых пунктов. И я пытаюсь найти хотя бы подходящую поляну.

Глава 15. Срыв

Сначала его слова напугали, но я быстро смогла взять себя в руки и затолкать подальше подбирающуюся панику. Сейчас точно не лучшее время для истерик. Нужно срочно искать решение.

Мы летели низко над берегом. Справа раскинулось спокойное море, слева зеленел густой лес, а вот ничего похожего на посёлок, поляну или хотя бы широкий выступ пляжа видно не было. Секунды утекали, пейзаж не менялся, а я никак не могла понять, где мы вообще летим – местность казалась совершенно незнакомой. Напряжение нарастало, но мне каким-то чудом пока удавалось держаться стойко.

– Я не вижу ни одного подходящего для посадки места, – сказала, продолжая смотреть в окно. Да только внизу были лишь высокие скалы с очень узкой полоской каменистого берега.

– Кажется, нашёл, – сообщил Гиро, ткнув пальцем в центр карты на экране. Там на стыке суши и моря серел маленький прямоугольник, похожий на пирс. – Летим туда. А дальше по обстоятельствам. Плавать умеешь?

– Умею, – ответила чётко. – Но давай постараемся обойтись без заплывов. Энергии до места хватит?

– Должно хватить. Но будь готова к любому развитию событий.

Я кивнула. Крепче вцепилась в свою сумку и принялась вглядываться в лобовое стекло.

– Уже скоро. Мы почти на месте, – ободряюще произнёс Гиро.

И в этот момент нас тряхнуло. Мне показалось, что мобиль резко снизился, да и звук его работы стал иным.

– Один двигатель отключился. Летим на двух оставшихся, – сообщил Фар Орсаль. – Не переживай, доберёмся.

– Почему вообще закончился заряд? Я была уверена, что все мобили заряжаются от энергии Ари и естественных магических потоков.

Мой голос прозвучал с лёгким надрывом, но я снова попыталась взять эмоции под контроль, даже несколько раз глубоко вдохнула.

– Так и есть. Видимо, в нашем что-то сломалось, – ответил Гиро, глядя теперь только вперёд. – Как приземлимся, попробую починить.

– Не думала, что ты разбираешься во внутреннем устройстве мобилей.

Он усмехнулся, но отвечать не стал.

Впереди наконец показался тот самый пирс, что мы нашли на карте. Но чем ближе подлетали, тем явнее становилось видно: он давно никем не используется. Некогда бетонная конструкция сейчас была больше похожа на развалины, из растрескавшегося бетона торчали ржавые металлические штыри, а прямо посередине площадки зияла огромная дыра.

– Сядем, – уверенно произнёс Гиро, хотя я вообще не представляла, как на такую конструкцию можно приземлиться.

И всё же ничего говорить не стала. Вжалась в своё кресло, попыталась выровнять сбившееся дыхание, успокоить расшатавшиеся нервы. Да только получалось паршиво. Испуганное подсознание рисовало перед глазами новые и новые картинки аварии. В одной – мы плюхались днищем прямо на толстый металлический штырь… и мобиль взрывался. В другой – после нашего приземления бетонная конструкция резко уходила под воду, зажимая нас в смертельной ловушке. Я прогоняла эти видения, старалась верить в лучшее, но мне всё равно было очень страшно.

В момент, когда мобиль опустился вниз, чуть пошатнулся, но каким-то чудом устоял на шаткой поверхности… я медленно выдохнула и прикрыла глаза. Неужели получилось?

Но вместо радости от чудесного спасения я ощутила полнейшую опустошённость. Во мне, как и в нашем мобиле, больше не осталось энергии. Даже цветасто выругаться сил не нашлось. Я просто распласталась по сиденью, пытаясь осознать произошедшее. Увы, получалось плохо.

Всевидящий, за последние несколько дней мои несчастные нервы, которые я когда-то считала стальными, стали похожи на обтрёпанные верёвочки. Только за один сегодняшний день мне довелось несколько раз побывать в шаге от срыва.

Но теперь всё. Конец. Я просто больше так не могу. Не могу!

Молча отстегнула ремни безопасности, открыла дверцу и, почти не чувствуя ног, вышла из мобиля. Под ногами был укрытый высохшими водорослями бетон, в котором то и дело виднелись большие дыры. Но я шла, не обращая на это внимания. Шагала решительно, но не быстро. Пробиралась по развалинам пирса, как по полосе препятствий. А когда ступила на мелкую гальку, вдруг поняла, что теперь уже точно всё. Больше я ни на что не способна. Больше ничего не могу. И не хочу.

Моего личного автопилота хватило только на то, чтобы обойти пирс и опуститься на камни у самой кромки воды. И ни на что больше я оказалась неспособна. Сил не осталось даже на злость, зато пришла полная апатия. Просто стало всё равно, что мы едва не убились на мобиле, находимся непонятно где, и даже неизвестно, работает ли здесь связь. Все мысли и чувства будто накрыло плотным одеялом, полностью отрезав от внешнего мира.

Но самое паршивое заключалось в том, что за этим состоянием совершенно точно последует срыв. Для него будет достаточно любой мелочи, даже самого незначительного слова. Звука. Вздоха. И мой внутренний мир сдетонирует, выплеснув наружу всё, что я так давно привыкла скрывать и сдерживать.

И этим спусковым крючком стал простой вопрос, заданный полным участия тоном:

– Ты как?

Я не слышала, что Гиро подошёл – слишком была сосредоточена на хаосе в голове, или просто слух тоже оказался поглощён вакуумом апатии? Не знаю. Но вот моему внутреннему детонатору для срабатывания явно не доставало лишь этих двух слов.

И грянул взрыв.

– Как я?! – выдала, резко обернувшись к Гиро. – О, замечательно! Лучше всех! Видишь, смеюсь и