Школа на Роковой Горе - Яна Никитина

Моё любопытство готово было пойти на такую жертву, потому я торжественно поклялась:

– Даю слово - эта тайна покинет мир вместе со мной. Никто не узнает о вашем существовании, во всяком случае, от меня, - абсолютно искренне пообещала я.

И разбойник поведал мне очень интересную историю.

В первые минуты его рассказа я только и пыталась, что заставить себя закрыть рот. Не думайте, что я не привыкла к удивительным историям. Просто это была сказка совсем иного рода. Через некоторое время, правда, я сообразила, что если так и буду сидеть с открытым ртом, то меня неправильно поймут. Поэтому я закрыла рот, но пошире распахнула глаза и уши (в переносном смысле, конечно).

Оказывается, разбойники не были таковыми в прямом смысле слова. Скорее, они оказались оступившимися на своём пути Учениками. Магические преступления судили строго. И многим грозила казнь, но заблудшие души скрывались от правосудия в лесах, позабыв даже слово - магия.

Магистрат, видимо, устраивало положение вещей. Наши наставники не были кровожадны, и закрывали глаза на многие действия разбойничьей шайки. Главное, что бы никто не пытался использовать магию незаконно. Лишь иногда эмиссары Магистрата беспокоили разбойников. Случалось это в тех случаях, когда искали действительно опасного преступника. Таковым, в частности, и был Пират. Он, единственный из присутствующих, использовал магию для убийства. Об этом поведал разбойникам человек, с которым Пират впервые появился в лагере разбойников. Пират привёз его в лагерь в надежде, что ему здесь смогут чем-то помочь, поскольку тот был серьёзно ранен. К сожалению, раны были слишком серьезные. Разбойники не смогли бы его спасти, даже если бы использовали магию.

Раненый прожил ещё несколько часов. Он рассказал, что Пират убил собственного брата - тоже мага. И не просто убил (смерть у сильных волшебников - вещь относительная), а запер его где-то на отшибе Пространств без права возвращения.

От этого же человека разбойники узнали, что Пират был потомком знатного рода, и, якобы, должен был получить сказочное наследство. Но младший брат, мечтавший о власти, подослал к нему убийцу. Однако убийца промахнулся, кидая нож, и жертвой стала жена Пирата. Просто так отомстить любезному родственничку Пират не мог - тот с детства баловался магией и был хорошо защищен. Вот тогда-то мой новый знакомый и отправился в Школу, где получил степень Мага. И, как только это случилось, он вернулся за океан, в родные края и укокошил братца, до которого так и не добралось правосудие.

После этого Пират вновь покинул отчий дом и отправился странствовать, скрываясь от Магистрата. Он прекрасно освоил морское дело, и долго зарабатывал на жизнь пиратским промыслом. У него было своё судно. Лишь изредка его попутным ветром заносило в Сектора. Что тянуло его сюда - неизвестно. После смерти жены он сильно изменился, далеко не в лучшую сторону. Стал более жестким. То есть именно таким, каким узнала его я.

Когда Магистрат подсылал к разбойникам эмиссаров, Пират расправлялся с ними без всякого сожаления. Хотя до убийства дело доходило редко. Чаще бедняг отправляли обратно в Сектора в виде живой бандероли, предварительно, впрочем, допростив с пристрастием.

Именно за эмиссара меня и приняли ребята.

– Чего-то подобного я ожидала, - призналась я, когда рассказчик закончил, и добавила.

– Кстати, все здесь уже знают моё имя. Мне же вы до сих пор не знакомы. Может, представитесь? - попросила я разбойников.

Оказалось, что всё очень просто. Разбойники не долго думали над прозвищами. Рыжего звали просто Рыжим, или иногда Рыжим Дьяволом. Усатого называли Толстяком. И вообще, прозвища были подходящие. И Пират был просто Пиратом. Его имени не знал никто, и никто не стремился узнать. В этот момент Рыжий замолк на полуслове. Невдалеке стоял Пират собственной персоной и, облокотившись на ствол дерева, с саркастическим интересом наблюдал за честной компанией. Когда мы его заметили, он оттолкнулся от ствола и, приблизившись, пояснил:

– Рыжий прав. Пират - это моё прозвище. Так меня и называйте. У меня нет имени. А вот самым разговорчивым я отрежу язык, - между прочим заметил он, многозначительно глянув на Рыжего.

Я сочла себя виновной в произошедшем. А потому горячо вступилась за Дьявола:

– Простите его. Это моя вина. Я так настаивала. Он просто не смог отказать. Тем более, мне пообещали, что Вы спустите с меня шкуру, если я проболтаюсь, - с притворной мольбой глядя Пирату в глаза, пробормотала я.

– Но лучше бы было, всё-таки, отрезать ему язык, - в раздумье проговорил Пират, - тогда не пришлось бы заниматься Вашей шкурой.

Я поняла, что Рыжий прощён. Поняла я также и то, что в случае надобности шкурой я всё же пожертвую. Впрочем, я не собиралась бежать в Магистрат с доносом, а потому была относительно спокойна.

– А скажите, эта история правдива?

Пират усмехнулся:

– Романтики исказили её до неузнаваемости.

Он подошёл к костру и уселся на землю рядом со мной.

– А вот скажите-ка, сударыня, - как бы между прочим поинтересовался он, - сами-то Вы как оказались здесь?

– Просто путешествую, - честно ответила я.

– Вы выбрали не слишком удачный маршрут.

– Думаю, сударь, на этот счёт не может быть двух мнений. Но я, к справедливости сказать, не совсем добровольный путник. Скорее, я покинула Сектора, стремясь скрыться от безответной любви к озорству.

Тут я поведала обществу несколько забавных историй, за каждую из которых Молодой Магистр имел полное право лишить меня права на обучение в Школе. Пират во время рассказа махнул кому-то рукой, и бесшумно удалился в сопровождении одного из разбойников, лицо которого показалось мне смутно знакомым. Рыжий Дьявол помолчал несколько минут, дождавшись, пока Пират отойдёт на достаточное расстояние, и промолвил:

– Воспитывать пошёл.

Разбойники дружно усмехнулись. Я подумала, что ослышалась и переспросила:

– Куда ушёл?

– Так… - неопределённо ответил Рыжий.

Разбойники тем временем оживились. Похоже, они готовы были принять меня в свою компанию. Да и я была не прочь сродниться с душегубами. Поэтому мы тут же выпили за родство характеров и дружно спели гимн, где я исполнила всё же партию вдовы покойного. Потом развлекались азартными играми. Я проиграла все свои деньги уже в первом заходе. Победитель немедленно подарил мне деньги обратно. Я была ему благодарна, но играть больше не стала, так как ставить на кон подарок считаю аморальным. Разбойники продолжали свои лихие игры, я же решила прошвырнуться по лагерю. Но он был невелик и тих, и поэтому я свернула в лес, надеясь наметить пути к отступлению.