Школа на Роковой Горе - Яна Никитина

– О, несомненно, - ответил мне Пират с усмешкой, - Я Вас так понимаю. Мыши - это просто какие-то чудовища острозубые. А нашатырь - точно гадость. Я не смог и бутылки выпить, когда валялся в госпитале с дырой в боку.

Наконец-то мне удалось его рассмешить. В серо зелёных глазах зажглись смешинки.

Говорят, что глаза - зеркало души. Если это правда, - то до сих пор я разговаривала с холодильником. Куда до него Алану! Я ещё раз взглянула в лукавые глаза и задумалась, а можно ли позволить себе влюбиться в первого встречного разбойника. Ненадолго, дня на три-четыре. Небольшой роман. Лёгкое увлечение, не более (ВЛИПЛА. ЗАПАЛА НА РАЗБОЙНИКА. КОШМАР!). Дениэл был временно забыт.

Вдруг мне показалось, что листва как-то нехарактерно шуршит. Я огляделась. Мои опасения подтвердились. На одном из деревьев неподалёку от нас сидел Амур с оптической винтовкой. Я взвизгнула и сшибла Пирата на землю. Выстрела не последовало. Пират удивлённо и весело на меня воззрился.

– Миледи, что с Вами?

– Там на дереве какой-то джентльмен с оптической винтовкой. И он, по-моему, в нас целился, - ответила я заплетающимся от пережитых волнений языком.

Пират зло усмехнулся, вытащил свой метательный нож и запустил его в субъекта на дереве. Послышался треск веток. Затем раздался приглушённый стук.

– И тело было предано земле! - провозгласила я.

– Аминь, - добавил со смехом Пират.

– Надеюсь, Вы не убили его?! - ужаснулась я.

Только в этот момент я подумала, что он может вот также, со смехом, прикончить человека.

– Нет, ведь это всего лишь часовой. Он охраняет лагерь.

– Но зачем же Вы тогда кинули нож?

– Ненавижу соглядатаев. Он просто подглядывал в прицел. Это не входит в прямые обязанности часовых.

– Так он подглядывал! - с облегчением засмеялась я.

– Оптический прицел предназначен совсем не для этого.

– Да уж, я то думала, что это покушение.

– Нет, в лагере мы в относительной безопасности. А абсолютной безопасность не может быть потому, что некоторые часовые предпочитают наблюдать за одинокими парами вместо того, чтобы выполнять свои прямые обязанности, - холодно сказал Пират достаточно громко, чтобы парень в кустах его слышал.

Затем Пират встал и помог мне подняться. Тут из кустов вылез малый, похожий на маскирующегося партизана- весь в веточках и листочках. Прямо не человек, а домашняя герань. Пират смерил его испепеляющим взглядом. Герань под этим взглядом немного увяла.

Пират же ничего не сказал. Он просто свистнул, и на свист явились разбойники, что бы тут же занять свои места у костра. Кто-то подкинул дров, и пламя весело заплясало по сухим поленьям. Зазвенели струны гитары, зазвучала песня. Тихо и на редкость мелодично компания затянула "Пятнадцать человек на сундук мертвеца". Текст был несколько изменен, в частности, цитировалось, что обо всём этом думает сам мертвец, партию которого почти оперным голосом исполнял огненно рыжий паренёк с ехидным взглядом. Пират молча слушал, усевшись на чурбак и ни на кого не глядя. Разбойники стройным хором подтягивали.

– Моё присутствие вас не смущает? - соблазнительным голосом осведомилась я, когда песня неожиданно оборвалась на середине куплета.

– Что Вы, что Вы, миледи! - с готовностью воскликнул рыжий красавец-дьявол, виртуозно владевший гитарой, - Ваше присутствие нас вдохновляет. Просто нам нужен исполнитель партии вдовы погибшего. На этом месте песня всегда обрывается. Ваш нежный голос так украсил бы нашу романтическую балладу.

То, что баллада не была совсем прилична, меня не смутило.

– Ах, сударь, я бы с радостью помогла Вам, но после сегодняшнего нападения у меня до сих пор комок в горле, - язвительно изрекла я.

Разбойник слегка смутился, однако ехидства во взгляде не поубавилось.

– Ах, сударыня! Мне настолько стыдно, Вы даже не представляете, - сказал он, приложив для пущего эффекта руку к сердцу.

– Я не ошибусь, если скажу, что Вам нисколько не стыдно? - поинтересовалась я в ответ на столь искреннее раскаяние.

– Почти не ошибётесь, сударыня, - изрёк разбойник.- Но Вы бы поняли и простили меня, если бы знали, как мы живём.

При этом он выразительно взглянул на Пирата. Тот никак не отреагировал. Видимо, подобные попытки кокетничать оставляли его совершенно равнодушным. Его самообладанию можно было только позавидовать. Я же уже была заинтригована, поэтому слово "осторожность" исчезло из моего лексикона. Тогда я решила, что пора брать инициативу в свои руки. В конце концов, я имела на это право.

– Сударь, может быть, Вы объясните мне ситуацию? - обратилась я к Пирату.

Видимо, в этом лагере он решал, что стоит произносить вслух, а что нет. Пират тяжело вздохнул, и забрал у рыжего гитару. Ответом мне было лишь грозный звон струн. Сбоку кто-то подсунул мне кружку чаю, заваренного из местной растительности, видимо, чтобы я заткнулась.

– Пейте сударыня, - пробасил сбоку кто-то. Я поняла, что это черноусый. - Оно, может, и не Шанель, но очень повышает тонус.

– И потенцию, - тихо добавил чей-то голос сбоку.

Вокруг грянул хохот. Я поняла, что тема закрыта и присоединилась к общему веселью, потому что даже в этом мире не хватало мне вот таких вечеров - мирного треска дров в костре, живых плясок пламени и взлетающих к аквамариновому небу искр. Не хватало шепота листвы, колеблющейся на ветру, теплой дружеской компании и песен под гитару. Не знаю, насколько дружески были настроены разбойники, но они явно мне симпатизировали, а потому я влилась в общее настроение и не обижалась на шутки.

Пират резко ударил по струнам, прервав веселье, отложил гитару и встал:

– Простите, сударыня, дела. Я покину Вас ненадолго, проверю караулы, - известил он меня.

– Идите, сударь. Я надеюсь, что не заскучаю, - тепло, но неискренне ответила я.

– Разбойники подтвердили мои слова дружным гомоном.

А дальше и в самом деле было весело. Выпив горьковатый, но приятный отвар, я и в самом деле почувствовала себя лучше. И голос прорезался. Я готовностью разучивала партию вдовы. В этот момент за спиной что-то прошуршало. Это Пират вкладывал шпагу в ножны. Видимо, заскочил проведать нас во время обхода владений. Подмигнув, он исчез в лесу.

– Интересно живёте, - скептически и немного расстроено констатировала я.

– Ах, сударыня, est telle la vie.

Еще один любитель французского? Надо же!

– Расскажите! Любопытно, - проворковала я, приложив к этому всё своё обаяние. Мне казалось, что в отсутствии Пирата разбойники будут разговорчивей.

– Вообще, - задумчиво проговорил рыжий, - я думаю ничего страшного не случиться. Если вы - честный человек, то эту тайну Вы не поведаете никому. Если нет - Пират лично спустит с Вас шкуру. И я с удовольствием ему в этом помогу.