Теплый мир - Наталья Свиридова

Говорили они еще долго. И все никак не могли наговориться. Наконец, Лесса сказала:

— Ну, что ж, ребятушки? Пойду я спать! Надеюсь, мы еще повидаемся утром? Очень уж я по тебе соскучилась, сынок! — она еще раз обняла Стела и ушла в глубину дома.

— Хорошая у тебя мама, Стел, и проницательная, — сказала Эля, делая глоток ароматного чая, столь похожего на тот, которым поил ее когда-то давно Стел.

— Да. Мне так неловко, что я бросил ее на шесть долгих лет, — он замолчал. — И что утром мы с ней можем не увидеться… больше…

Шелл довольно громко поставил кружку на стол:

— Мне кто-нибудь вообще объяснит, что здесь происходит?

— Ты о чем? — хором спросили Стел и Эля.

— Издеваетесь? Милая девушка, сестренка моя старшая, почему-то мне лезут в голову нехорошие мысли! Уж не из Леса ли ты случаем? — в его глазах плясали злость и негодование.

— Шелл, тише, — Эля попыталась накрыть его руку своей. — Мы просто не хотели никому ничего рассказывать. Ты же сам знаешь, как сейчас к Маленькому Народу относятся!

Шелл затравленно на нее посмотрел и отдернул руку.

— Ты зря так, — как всегда спокойно произнес Стел, — Я тебе сейчас все расскажу. Но пообещай, что ни одно слово, тобой услышанное, не покинет этой кухни. Хорошо?

Шелл кивнул.

— Тогда, слушай…

И Стел в общих чертах рассказал историю Лесного Похода, их встречу с Элей и все остальные события, которые за этим последовали. Умолчав лишь про трагическую смерть Стрелка. Учитель оставил Эле право решать.

Глаза Шелла выражали полнейшее удивление и смятение, а еще восхищение. Он смотрел на Элю.

— Ну, что? Больше не злишься? — улыбнулась девушка.

Шелл только покачал головой в ответ.

— Стел, как ты думаешь, что теперь будет? Что сделает Рокот? — задала она, наконец, мучивший ее вопрос.

— Расскажет, если уже не рассказал, все Ериху. А дальше — что он решит. Может, убьют. Может, посадят — я же изменник, — его голос не выражал совершенно никаких эмоций. — С тобой, думаю, они ничего не сделают. Не за что. Если высовываться не будешь, конечно. Так что, милые мои. Дальше вам самим разбираться с этой кашей, — он сделал большой глоток горячего чая.

— Стел! Так же нельзя! Нужно же что-то делать! — на глазах Эли выступили слезы. — Мы же не можем потерять еще и тебя!

— А что делать? — он посмотрел ей в глаза. — Его угрозы — не пустой звук. Из города нам не выехать. Завтра на площади большое празднество. Все отряды всадников Меча и Света сейчас в Ерихграде. Тут яблоку упасть негде. Кстати, меня там под шумок и казнить могут.

— Хватит! Я не допущу этого! И зачем мы только сюда приехали? — Эля опустила голову на стол, вцепившись в волосы.

— Успокойся, — Стел нежно погладил ее по светлым и таким пушистым волосам. — Вряд ли меня убьют. Всего лишь в темницу заточат. А там — вполне сносно можно жить. Потом вы с Шеллом что-нибудь придумаете и вытащите меня, — он улыбнулся.

— Да уж, успокоил, — посмотрела она исподлобья.

— Что придумаем? — безнадежно спросил Шелл.

— Кстати, Стел, ты уж прости. Мой вопрос сейчас не в тему, но я должна спросить. А то вдруг потом не представится возможности? — Эля посмотрела на него, на глазах уже выступили слезы, которые она старательно вытирала длинным рукавом. — Ты слышал что-нибудь про радужные сны?

— Про что?

Эля передала ему разговор, услышанный утром в таверне. Стел задумался.

— Эти сны не может слать Теплый мир, — уверенно сказал он. — Это кто-то. Какой-то волшебник. Кто-то, кто понимает все лучше нас. Рассвет, говоришь? А не связано ли все это как-то с Предрассветным Часом, с Вечными Сумерками?

Эля пожала плечами.

— Этот кто-то знает, как помочь. Скорее всего. Точно! Он-то и нужен! — Стел заулыбался, его лицо осенила догадка.

— А почему бы ему самому все не исправить? — прищурилась Эля.

— Что исправлять-то? — недоумевающим взглядом смотрел на них Шелл.

— Он не может сам помочь, потому что он — далеко! — радостно воскликнул Стел.

— Он? — приподняла левую бровь Эля.

— Есть одна Легенда о Горце, который уже много-много лет живет в горах. Вроде бы он очень умный и очень старый, но не бессмертный, как многие предполагают. Он немного жесток к непрошенным гостям, но справедлив. Поговаривали, что и снами он может управлять. Он живет там сам по себе и редко вмешивается в дела Теплого мира. Но, иногда…

— Думаешь, это его рук дело? — спросила Эля.

— Больше вариантов у меня нет. Ничего более умного, как идти к нему за помощью, я не могу придумать, — пожал плечами Стел.

— Ты думаешь, он поможет тебя освободить? — Шелл так ничего и не понял.

— Это вряд ли, — кивнул Стел. — Понимаешь, Шелл, в мире происходят странные вещи. Начались необратимые изменения. Мне пока трудно сказать, какие точно, но какой-то механизм запустился. И запустили его маги Городов. И пошло у них что-то не так. И эти самые маги, используя Храмы и авторитет Единого хотят исправить все. Или же наоборот. Иногда я склонен думать, что они сами и не понимают, что толкают Теплый Мир в пропасть. И весь им подвластный народ, все подвластные им земли, беззаветно верят в Единого и мощь магов. Другой жизни не представляют. Сами думать разучились. Понимаешь? Что, как, почему, как исправить? Я не знаю. Может, этот Горец сможет помочь. Но пока все против нас — ничего мы не сделаем. И уж меня освободить вам точно не удастся. Стоит Ериху только сказать, что такова воля Единого и… — Стел развел руками. — Так что нам сейчас лучше не высовываться. А поиграть в смиренных и законопослушных. А я буду надеться на вас.

Стел непроизвольно взял Элю за руку. Она улыбнулась и взяла за руку Шелла, который в свою очередь посмотрел на них и протянул ладонь Стелу.

— Круг замкнулся… — как заклинание прошептала Эля. — Мы обещаем. Мы сделаем, что сможем.

А в ее голове пронеслось: "Не слишком ли много ты всего всем обещаешь?" — она проигнорировала это язвительное замечание.

— А теперь — спать! Завтра трудный день, — скомандовал Стел. — Удачи вам, ученики мои.

Глава 5

Великие Празднества

Постель в доме Лессы пахла какими-то незнакомыми травами и уютом. На какое-то время Эле даже показалось, что она снова дома, в Лесу. Девушка перевернулась на другой бок. Нет. Это не так. Здесь все не так. Она плотно закрыла глаза, пытаясь то ли прислушаться, то ли принюхаться к этим самым непонятным и чужим Городам. Ничего. Пустота. Везде: и в Лесу и в Каменке, девушка всегда чувствовала жизнь, когда пыталась вот так прислушаться. Жизнь, свободу, силу и стихию. Она чувствовала тот самый пульс Теплого мира, который заставлял подниматься солнце и расти деревья. А тут лишь гулкий цокот копыт по брусчатке. И все. Но при этом самые сильные маги — здесь. Она вспомнила, что творил Рокот, когда приехал в ее деревню. Эти воспоминания заставили сжаться девушку в комок и залезть с головой под пушистое одеяло. Но как же так? Ведь у нее самой сегодня утром ничего бы не получилось, если бы она не поделилась собственными силами с той девчушкой. А это же совсем слабая магия — ссадину заживить. Эле было абсолютно непонятно, откуда здешние маги берут энергию.