Теплый мир - Наталья Свиридова

За спиной Крона послышался цокот копыт.

— Я должен собирать всех моих всадников, словно тупых овец? Крон! Ты забыл, что сегодня смотр нашего отряда у Ериха? — громовым раскатом раздался голос, сердце Эли похолодело, потому что она узнала этот голос.

— Рокот… — одними губами прошептала она.

Стел тоже узнал его.

— Я просто встретил своих знакомых. Помнишь, тех, про которых мы говорили утром? Ты услышал о них в разговоре моих соратников и очень заинтересовался. А тут я их случайно встретил, — голос Крона стал каким-то четким и громким и немного испуганным.

— Интересно, — ответил Рокот, подъезжая ближе, — Ты можешь идти, строиться. Я сейчас.

У Эли появилось дикое желание бежать, куда глаза глядят. Желательно под ласковую крону старой Ивы. И не менее дикая слабость в коленях. Но бежать было поздно.

— Кого я вижу! — так похоже на издевательскую интонацию Крона произнес Рокот. — Стел! Негодный маг и ученый, который предал меня шесть лет назад в том опасном походе в Лес! А это кто? Что за милая девушка с тобой? — он приблизился на своем огромном коне к Белянке вплотную, осторожно приподняв ее подбородок концом копья. Когда свет упал на ее лицо, Рокот замер. Его глаза остекленели, словно он увидел призрака. Какое-то время он молча смотрел на нее в упор. Белке даже показалось, что еще миг, и он просто-напросто проткнет ее копьем в грудь. Она даже приготовилась к встрече со Стрелком. Сердце бешено отсчитывало секунды в висках, а Рокот продолжал молчать. В его глазах промелькнула тень узнавания, но он все же отступил на шаг назад и отвел задумчивый взгляд. Эле на долю секунды показалось, что он ее узнал, но… видимо, это оказалось не так. Девушка очень осторожно, но все же облегченно вздохнула. Рокот бросил скользящий взгляд на Шелла и вновь обратился к Стелу:

— Скажи, и как ты собираешься оправдываться перед кодексом рыцарей Меча и Света? Ты, предатель!

— Я ехал с вами не как рыцарь, а как ученый и маг. Я не видел никакого смысла в дальнейшем моем пребывании вместе с твоим отрядом. И счел правильным отправиться в Степи, где добросовестно помогал все эти годы в обучении молодежи. Я не рыцарь и ваш кодекс надо мной не властен!

Глаза Рокота сузились:

— Добросовестно помогал в обучении, говоришь? В обучении чему? Предательству и шпионажу? Как ту свою "сестренку", которую мы оставили диким зверям в Лесу? И что это за милые дети приехали с тобой? Новые шпионы? Это их ты обучал все эти годы?

Стел побледнел как мел при упоминании о его "сестренке" Рани, но промолчал.

— С тобой мне еще предстоит разобраться! Я сообщу Ериху, кто был истиной причиной провала Лесных Походов! — резко закончил Рокот.

В этот момент огромный колокол на вершине дворца ударил два раза, знаменуя начало вечера.

— Смотр этот! — с досадой произнес Рокот. — Мы еще встретимся. Только попробуйте покинуть Ерихград — вас тут же убьют. Я предупредил. До встречи! — и он поскакал по направлению к дворцу.

Несколько минут все стояли, не в силах пошевелиться.

— Что теперь делать? — запинаясь, произнесла Эля. Во рту у нее пересохло.

— Ничего. Сейчас мы ничего не сделаем. Поехали к моей маме? — спросил Стел.

— Твоя мать живет здесь? — удивился Шелл.

— Да.

— А это не опасно? — забеспокоилась Эля.

— Ей они ничего не сделают — она праведная горожанка. А мы хотя бы еще одну ночь переночуем по-человечески, — Стел оседлал своего скакуна и уверенно направился по знакомым с детства улочкам.

Подъехав небольшому аккуратненькому домику, выбеленному мелом, Стел остановил своего коня и обернулся на спутников:

— Только смотрите, маме ни слова! После похода я отправился в Каменку, где и встретил вас. В Ерихграде мы лишь для того, чтобы молодые степняки знакомились с культурой. Вопросы есть?

Эля и Шелл согласно кивнули.

После этого все трое спешились. А Стел осторожно постучал в деревянную дверь, за которой тут же послышались шебаршение и возня.

— Кого это ко мне, на ночь глядя, несет! — раздался довольно-таки приятный старушечий голос.

Лесса, а именно так звали мать Стела, наконец-таки открыла дверь и теперь пыталась осветить тусклым светом керосинки лица незваных гостей.

— Сынок, — ее голос задрожал, она выронила было лампу, но Эля успела ее вовремя подхватить. — Сынок! — старушка обняла своего сына, которому едва до плеча доставала. — Живой! Я же знала, что живой! Шесть лет не видела! — она утирала слезы радости, робко и нерешительно касаясь другой рукой его щеки. — Ты вернулся?

— Ну, почти, — улыбаясь, ответил Стел, было видно, что он тоже нервничает. — Так и будешь нас на пороге держать?

— Что ты! Что ты! — Лесса всплеснула руками. — Проходите! — она пошире открыла дверь, пропуская гостей.

Когда первые слезы, радость и хлопоты по поводу "нечего на стол подать" улеглись, все четверо сидели за столом. Надо сказать, этим самым "нечего подать" путники наелись до отвала. И даже чуточку больше.

— Ну, рассказывай сынок, где же тебя эти шесть лет носило? — спросила Лесса, радостно смотря на сына. — Кто твои очаровательные спутники? — она загадочно подмигнула Эле. Даже, несмотря на морщины и возраст, была видна незаурядная красота этой женщины.

— А что, собственно-то рассказывать? В походе я слегка повздорил с Рокотом, это мой…

— Помню-помню, — закивала Лесса, взгляд ее стал неожиданно острым при словах "слегка повздорил".

— Так вот, я решил отправиться в Каменку. Уму разуму поднабраться. Там и прожил все это время. А потом Тереним, хозяин Каменки, отправил меня показать двум лучшим ученикам Города. Так мы с Элей и Шеллом оказались здесь, — Стел развел руками, показывая всю прозаичность этой истории.

— Эх, что же ты за все время мне даже не дал знать, жив ты или нет! Как ребенок! Честное слово! — но ее ворчание сквозило радостью и добродушием. — А где же эта девушка, что с тобой увязалась в поход?

— Рани?.. — глаза Стела погрустнели. — Она…

— Она ушла на Запад, — быстро подхватила Эля.

— На Запад?.. Это к Морю, что ли? — недоверчиво спросила Лесса. — А ты-то ее откуда знаешь? Она тоже была в Каменке?

— Нет, просто Стел много рассказывал, — Эля совершенно невинно улыбнулась, отметив про себя, что от подобных замечаний здесь следует отказаться. В Городах, где существует слово "труп", нужно говорить "умерла", а не "ушла на Запад". Но уточнять это и растаивать Лессу Эле совершенно не хотелось, поэтому она промолчала.

Говорили они еще долго. И все никак не могли наговориться. Наконец, Лесса сказала: