Изумрудные глаза - Дэниел Моран

Опубликованное в «Электроник таймс» последнее интервью Джерольда Маккана предваряла вступительная статья, написанная главным редактором этого печатного органа.

"Это интервью, в котором резко осуждается поли гика Генерального секретаря ООН и Миротворческих сил, было записано в среду 21 июня. На следующий день произошли два чрезвычайных события. От укуса змеи погибла Алтея Кастанаверас, одна из телепаток, работающих на «Сандоваль биокемикал». (Как известно, в тех краях водится очень много змей.) В тот же день в Нью-Йорке в своей квартире был зверски убит Джерольд Маккан, а копии этого интервью были уничтожены. Обычным порядком работы с материалами, принятым в «Электроник таймс», является обязательная передача файлов с черновиками в базу данных нашего издания. Джерольд Маккан так и поступил. Теперь вы можете ознакомиться с настоящей копией, до сих пор не увидевшей свет в полном объеме.

В заключение хотелось бы заметить, что поиски убийцы Джерольда Маккана пока не дали результата. Комиссар полиции Нью-Йорка заявил, что на сегодняшний день полиция не продвинулась в расследовании этого дела – по крайней мере, он не назвал ни одного имени".

Файл открывался портретом Джерольда Маккана, улыбающегося прямо в объектив. Он был одет в строгий деловой костюм консервативного покроя, без галстука и накладных плечиков. Косметика не использована, а если даже Джерольд кое-где и наложил тени, эго было не заметно. Далее начиналось само интервью, после которого размещались дополнительные сведения: справки, касающиеся телепатов, детей де Ностри, администрации Дэррила Амньера, краткий обзор взаимоотношений между Амньером и Малко Калхари, в котором освещалась их роль в Объединительной войне, а также приводились биографические данные о главных действующих лицах, имевших отношение к интервью и занимавших видное место в политической жизни.

М а к к а н: Редактор, монтаж. Это вступление для воскресного номера «Таймс». (В этом месте за кадром слышится голос редактора: как обычно, сначала на голограмме воспроизводится вступление, предназначенное для воскресного выпуска. Репортер делает паузу и затем что-то говорит куда-то в сторону, однако это место не озвучено. По-видимому, обращается к человеку, не попавшему в поле зрения объектива. Маккан улыбается и далее все в том же веселом настроении поворачивается к объективу.)

Доброе утро. Меня зовут Джерольд Маккан. Я нахожусь здесь, чтобы взять эксклюзивное интервью у Карла Кастанавераса для «Электроник таймс». Большинство наших читателей и зрителей знают его. Это молодой, предпочитающий уединенный образ жизни руководитель общины созданных генно-инженерным способом теле­патов, совсем недавно получивших независимость и более не связанных обязательствами перед Миротворческими силами ООН. (Голос редактора: далее пленка обрезана, в нее вставлен кусок, сразу вводящий в суть дела)

(Камера медленно поворачивается, и в поле зрения появляется Карл Кастанаверас. Репортер и Кастанаверас стоят рядом, но главное внимание оператора теперь приковывает руководитель общины. Он расположился на левой стороне небольшого дивана; на нем красная шелковая рубашка с длинными рукавами, черные брюки в обтяжку и черные лакированные ботинки. На лице све-тозащитные очки. Чей-то мужской голос вне пределов поля зрения камеры советует ему снять очки. Он так и поступает, затем, сложив очки, кладет их в карман рубашки. За кадром слышится комментарий редактора, сообщающий, чго голос принадлежит Малко Калхари. За спиной Кастанавераса через широкое, во всю стену, окно проглядывают лужайки перед фасадом Комплекса. Вдали в кадре отчетливо видны демонстранты, перекрывшие улицу.)

Маккан: Как настроение, Карл?

Кастанаверас: Спасибо, все хорошо.

Маккан: Давайте расслабимся, согласны? Чтобы было удобнее, я предлагаю обсудить все интересующие наших читателей темы в два захода. Поговорим, затем немного прервемся и вновь рассмотрим те же вопросы, но уже с несколько иных позиций. Если не успеем сегодня, можно продолжить завтра. Мне кажется, что подобный порядок работы позволит нам ярче высветить всю проблему, а заодно вникнуть в имеющие существенное значение детали. В конце я отберу к трансляции то, что мы сочтем нужным, чтобы публика имела наиболее полное и объективное представление о трудностях, с которыми приходится сталкиваться телепатам в повседневной жизни. Вам уже когда-нибудь приходилось давать интервью?

Кастанаверас: Короткие. Это совсем не похоже на то, что предлагаете вы.

Маккан: Если вы обратили внимание, я употребил слово «монтаж». Оно используется в качестве специального ярлыка или замечания, позволяющего впоследствии смонтировать воедино все части, а также дополнительные реплики и необходимые второстепенные детали. Что касается голографических камер, то давайте не будем обращать на них внимания. У вас нет возражений?

Кастанаверас: Никаких.

М а к к а н: Доброе утро, Карл. Как вы себя чувствуете?

Кастанаверас: Замечательно, спасибо. Если, конечно, не обращать внимания, что уже три часа пополудни.

М а к к а н: Да, но интервью собираются поставить в воскресный номер, который выйдет утром. Внимание: выделить деталь. (Пауза) Основные вехи вашей биографии хорошо известны нашим читателям. Тем не менее в вашей жизни есть моменты, до сих пор неизвестные широкой общественности. Понятно, что кое о чем вы хотели бы умолчать, так что, если я затрону одну из таких тем, дайте мне знать, и я больше не буду ее касаться.

Кастанаверас: Темы, которые я не хотел бы обсуждать, в основном относятся к подробностям заданий, выполнявшихся для Миротворческих сил. Уже не секрет, что я и другие телепаты участвовали в разведывательных операциях, проводимых МС.

М а к к а н: Карл, мне кажется, что лучше всего начать с самого начала. Почему все вы были сотворены в одном и том же месте?

Кастанаверас: Лично я? Или вы имеете в виду всех телепатов?

М а к к а н: Я имею в виду и вас лично, и ваших питомцев.

Кастанаверас: Как некая община, или ячейка, мы были созданы по заказу Миротворческих сил с целью извлечения информации новейшими способами. Мне кажется, большинству ваших читателей это прекрасно известно. Основной этап работы развернулся после того, как обнаружилось, что Дженни Макконел и я обладаем телепатическим даром. Те из наших товарищей, кто был создан после нас, просто являлись частью проекта «Сверхчеловек». Название, конечно, неудачное. Возвращаясь на два десятилетия назад, следует отметить, что в ту пору ООН спонсировало исследования в различных областях, где применялись методы генной инженерии. Их главной целью было добиться увеличения силы и выносливости у подопытных объектов, то есть, в сущности, создать более эффективных солдат. Хочу напомнить, эти исследования начались сразу после окончания последней войны, когда перед Миротворческими силами замаячила перспектива подавления многочисленных восстаний, как всем известно, продолжающихся и по сей день. Я оказался результатом одного из таких экспериментов. Если придерживаться истины, то наибольшие восторги и надежды вызывали работы доктора де Ностри, которые, в общем-то, не оправдались. Однако с научной точки зрения для дальнейшего развития биотехнологий эти опыты были очень важны. Они довели работу с генами – их сращивание и вживление различных молекулярных структур в цепи аминокислот – до степени высокого искусства. Де Ностри по праву следует назвать лучшим в мире и непревзойденным до сегодняшнего дня мастером своего дела. Но с точки зрения практических результатов его опыты оставляли желать лучшего. Дело в том, что умение наращивать и видоизменять гены – это не самая важная часть научной задачи, стоящей перед биотехнологами. Самое главное – это иметь рабочую теорию, с помощью которой можно добиться желаемого результата, то есть научиться конструировать ДНК с заранее заданными свойствами. Как раз этими работами занималась Сюзанна Мон-тинье.

М а к к а н: Создается впечатление, что в результате экспериментов они получили не совсем то, что хотели.

Кастанаверас: Вы имеете в виду солдат будущего? Почему же? Вероятно, ими можно считать детей де Ностри. Они прекрасно приспособлены для выполнения военных задач, по крайней мере с точки зрения физической силы. Это не секрет, что они буквально рвутся в бой. К счастью, Объединенные Нации не ставили такие цели перед телепатами. Мы – мирные люди.

Они выбрались из убежища в два часа ночи и не спеша двинулись к вершине. Место, где они намеревались преодолеть охраняемую полосу, отделялось от поместья Сандоваля небольшим ущельем. Патрули проходили по краю распадка и на дно не спускались. Это было, по меньшей мере, глупо, потому что охранники два раза в день повторяли один и тот же маршрут и осмотр местности проводили по уже ставшему привычным шаблону. К утру понедельника Жаклин успела убедиться в этом.