Гордость и предубеждение-2 - Хелен Холстед

— Отвернитесь, сэр! — сказала Элизабет. Она собрала юбку у пояса, и они стали прокладывать себе путь по поросшей мхом тропинке, петлявшей среди камней.

Вода вырывалась из расщелины в скале и наполняла глубокий водоем у подножия холма. Дарси разостлал на камне свое пальто, и они сели рядом. Рябь колыхала отражения деревьев в воде. Элизабет прижалась к мужу, положив голову ему на плечо, и так они сидели, погрузившись в молчание. Им было хорошо здесь, вдвоем.

Наконец Элизабет оторвала взгляд от воды и убрала голову с его плеча.

Она посмотрела на часы:

— Боже милостивый, Фицуильям! Уже половина двенадцатого, а нам до дому идти не меньше часа.

Дарси поднялся, во всех его движениях сквозило одно лишь нежелание уходить. Он протянул жене руку, и она поднялась. Вся умиротворенная задумчивость Элизабет куда-то исчезла. Она кипела от волнения.

— Нельзя, чтобы мои друзья прибыли в Пемберли и не нашли меня.

— Конечно нельзя. Мистер и миссис Куртни не должны столкнуться с нашим невниманием.

Они начали пробираться к тропинке. Элизабет повернулась, чтобы попрощаться с водоемом.

— Как бы это место понравилось миссис Куртни. Дарси внутренне содрогнулся от ужаса.

— Не беспокойся. Она и не узнает о его существовании. Я искренне сомневаюсь, чтобы она когда-либо в жизни ходила на прогулки так далеко или поднималась на такую высоту.

Дарси почувствовал, что не нашел убедительных причин, по которым Элизабет не следует брать свою подругу на такие прогулки.

— Нам и самим-то, милая моя женушка, по всей видимости, не удастся повторить подобную прогулку следующие три недели. С завтрашнего дня в нашем доме будет обитать пятьдесят человек гостей, и я буду дорожить каждым мигом, который мне удастся провести с тобой наедине.

Элизабет вздернула брови. Они поспешили к дому.

Китти была очарована миссис Куртни. Та была едва ли не самой миниатюрной особой за столом для завтрака, но ни в коем случае не самой незаметной. Сидя по правую руку от хозяина дома, она вся искрилась от оживления, слушала и смешила его. Китти едва удавалось проявлять внимание к своим соседям по столу, она буквально сгорала от желания услышать, о чем говорит миссис Куртни.

Дарси серьезно расспрашивал гостью о здоровье членов ее семьи. Она сказала ему, что мистер Куртни, как можно видеть, позорно тучен. У ее тети, маркизы, ничего не изменилось, хотя у той и проявлялось традиционное в конце сезона недовольство своими протеже.

— Мне жаль слышать это, — заметил Дарси. Она засмеялась в ответ.

— Мистер Гловер был приглашен погостить в имение своей поклонницы, предлагающей ему патронат, которым он не может позволить себе пренебречь. Когда он осторожно сообщил эту новость леди Инглбур, та в ответ приказала ему ехать туда немедленно, дышать свежим воздухом и не возвращаться, пока не приобретет хоть какой-то цвет лица. После этого ее милость оглядела гостиную и заявила, что окружена (в этом месте лицо Эмилии изобразило чувства своей тети — смесь презрения и отвращения) бледными, нездорово одутловатыми мужчинами. Она почти разбила ему сердце.

Дарси смеялся.

Миссис Куртни добавила, не спуская с мистера Дарси глаз:

— Маркиза сказала: «Если я не могу видеть миссис Дарси, я не хочу видеть никого».

Дарси только склонил голову в легком поклоне. Миссис Куртни опять посмотрела лукаво на хозяина дома:

— Вам, мистер Дарси, здорово повезло! Он улыбнулся:

— Конечно. Я знаю.

— Леди Инглбур уехала в Дипдин без своей свиты. Естественно, я не имею в виду, что она отказалась от моих кузенов. Мисс Уиттэйкер с братом проведут с тетей три недели, сразу после посещения своих друзей в Сомерсете. Ее милость говорит, что она не может прожить пять месяцев в усадьбе на здоровой деревенской пище без щедрой приправы злости Перегрина. Эмилия отметила, с каким удовольствием мистер Дар-си выслушал это замечание.

Китти очень хотелось поговорить с Эмилией Куртни, но сразу же после завтрака Элизабет увезла подругу на прогулку по окрестностям в своем новом фаэтоне. Китти наблюдала из своего окна, как грум суетился вокруг них, укутывая им ноги пледом. Она видела, как Элизабет повернулась и заговорила с ним, когда тот прыгнул на узкую ступеньку сзади фаэтона. Кучер обернулся, вполоборота, он был явно удивлен. Грум спрыгнул и понуро стоял. Видно было, как Элизабет смеется. Он прыгнул на ступеньку снова, кучер, обернулся и вручил вожжи своей хозяйке. Они уехали все вместе.

Китти вздохнула. Как ей провести оставшееся время? Мисс Бингли и мисс Дарси занимались музыкой. Джейн уехала кататься с Бингли. Ох, вот уж завтра сюда в дом приедет хоть немного молодых людей. Она уселась за небольшим столиком сочинять письмо сестре Лидии.

От мисс Кэтрин Беннет миссис Уикхем Пемберли.

Дорогая моя Лидия!

Благодарю тебя за твое милое приглашение. Как же мне хочется побыть с тобой снова. Как бы весело мы проводили время на балах и вечерах, о которых ты рассказываешь. Кругом одни офицеры — какой неописуемый восторг! Но, увы, отец не разрешит навестить тебя.

Какая противная у тебя портниха, что не дает тебе больше кредита. Я ничего не могу одолжить тебе, ведь мне понадобятся все мои карманные деньги, и даже те дополнительные десять фунтов, которые дал папа! Здесь играют на очень высокие ставки! Я проиграла два фунта в лотерею, и Лиззи сделала мне ужасный выговор. Я терпеливо выслушала ее, и все зря, поскольку она отказалась дать мне даже шиллинг.

Осталось всего два дня до бала мисс Джорджианы. Мистер Дарси подарил мне сережки и ожерелье с сапфирами. Мэри получила бы все то же самое, если бы приехала. Поскольку она так дуется, она экономит моему зятю деньги. Лиззи заказала для меня изысканное платье. Из белого шелка, вышитое жемчужинами на рукавах и шее…

Китти выглянула в окно. Напротив ее окна в конце парка стоял небольшой садовый павильон, весь залитый светом. Как живописно она будет смотреться, если сядет там, и через ее муслиновое платье будет просвечивать солнечный свет. Немного холодновато, но можно надеть бархатную накидку. Китти собрала бумагу и письменные принадлежности и направилась в павильон. Она мило устроилась у окна и распаковала свою небольшую корзинку. Как она и вообразила, солнце выглянуло из-за облака и славно осветило ее. Мягкие складки розового бархата пылали вокруг шеи и запястий, а легкая ткань ее юбки почти просвечивала на солнце. И никого-никого, чтобы полюбоваться ею! Китти взяла перо.

…Ох, Лидия! Завтра, наконец, хоть какие-то молодые люди появятся в доме. Естественно, будут и молодые дамы тоже, но я-то их совсем не опасаюсь. И все же, горе мне! На балу будут только два офицера. Это кузен мистера Дарси полковник Фицуильям, и друг полковника капитан Уэсткомб, оба бедные и невзрачные.