Записки некрополиста. Прогулки по Новодевичьему - Соломон Кипнис

Один из детей этих фон Мекков — фон Мекк Александр Карлович. Он возглавлял правление Московско-Казанской железной дороги и при этом был человеком очень широкого круга интересов: коллекционер, библиофил, собравший одну из лучших частных библиотек в России, учредитель и председатель Московского общества любителей книжных знаков, археолог, путешественник...

Но главной страстью Александра Карловича был альпинизм. Именно он в 1900 году учредил Русское Горное общество с целью объединить альпинизм как спорт с исследованиями горных массивов.

Фон Мекк оказался не только личностью исторически значимой, но и востребованной сегодня...

От Федерации альпинизма России ко мне обратились с просьбой помочь установить место, где на Новодевичьем была его могила.

Их интерес к фон Мекку понятен — приближалось столетие со дня основания Российского Горного общества, а это, конечно же, не что иное, как вековой юбилей альпинизма в России!

Ответить на этот вопрос монастырские книги не могли, так как в них точное место захоронения не указывалось. Выручили фотографии похорон фон Мекка.

По изображениям надгробий, попавших в кадр одного из снимков, удалось совершенно точно установить: фон Мекка А.К. похоронили рядом с Тучковыми, слева от них.

Альпинисты узнали то, что хотели, а для меня вся эта история с поиском могилы фон Мекка обернулась новым вопросом: как на ее месте оказалось захоронение Виноградовых?

(4-1-2)

Ответ на этот вопрос в следующей новелле.

ДЯДЯ ПРИГОДИЛСЯ

Когда умер некто Виноградов Федор Александрович(1880-1955), семья захотела похоронить его на Новодевичьем.

Желание попятное. А основания для этого какие?

Дворянин Виноградов, филолог и археолог, директор гимназии, особых заслуг перед страной не имел, если, конечно, не считать, что был он... воспитателем внучатых племянников Николая II.

В советское время этого было вполне достаточно, чтобы разделить участь тысяч себе подобных, «бывших». Но к праву покоиться на Новодевичьем отношения не имело.

После революции Виноградов стал преподавателем, доцентом вуза и умер «рядовым советским гражданином». Что нрава на Новодевичье опять же не давало. И все-таки...

У жены Федора Александровича — Виноградовой Екатерины Леонидовны (1878-1965), дочери известного в России юриста графа Л.А.Камаровского, был дядя — князь А.А. Ширинский-Шихматов.

И Екатерина Леонидовна пишет заявление, в котором просит, чтобы ее мужа похоронили в могилу... ее дяди, Шихматова.

А был ли сам Шихматов похоронен на Новодевичьем? Документы того времени не сохранились, и поэтому остается только верить, что так и было.

Во всяком случае, это не исключено, ведь женой Шихматова была... Людмила Карловна фон Мекк, сестра А.К. фон Мекк, который здесь действительно похоронен. И хотя Людмила Карловна умерла в Тамбове в 30-х годах, но Шихматов ее пережил, мог умереть в Москве и оказаться в могиле ее брата.

Признать право «племянника» (Виноградова) лечь в могилу своего «дяди» (Ширинского-Шихматова) помог патриарх Московский и всея Руси Алексий I.

Со времен далекой молодости будущий патриарх, а тогда еще Симанский Сергей Владимирович, был дружен с Екатериной Леонидовной, не раз танцевал с ней на царских балах, где она бывала «по долгу службы» — как воспитательница княжны Ирины, внучатой племянницы Николая II, будущей жены Ф.Ф. Юсупова.

Хлопоты Алексия I увенчались успехом, и Виноградова похоронили на Новодевичьем.

Потом в эту могилу похоронили и Екатерину Леонидовну Виноградову — как жену к мужу. Позднее и их сына А.Ф. Виноградова.

На могильной плите перечислены все Виноградовы, а вот А.А, фон Мекка и А.А. Ширинского-Шихматова почему-то нет!?

(4-1-2)

НАСТОЯЩАЯ НАГРАДА!

Воскресенская-Рыбкина Зоя Ивановна (1907-1992), полковник госбезопасности, ответственный работник Управления внешней разведки НКВД, резидент в ряде стран, детская писательница.

За этой скупой биографической справкой две ярко прожитые жизни. Одна — четверть века работы легендарной разведчицы «Ирины», другая — последние тридцать пять — занятие литературой, отмеченное Государственной и рядом других премий.

Только незадолго до смерти Воскресенская получила возможность приподнять завесу тайны и рассказать о себе, о муже — тоже легендарном разведчике, трагически погибшем в 1947, о своих соратниках. Она написала документальную повесть «Теперь я могу сказать правду», которая вышла уже после ее смерти.

Два фрагмента — лишь два эпизода из ее ярчайшей биографии (первый — по записи рассказа самой Воскресенской, второй — из ее книги).

«Денежная недостача»

1935 год. Москва. Села в автобус и обнаружила, что у меня мелкими нет 15 копеек. Кондуктор разменять бумажные не может. Обращаюсь к публике:

 — Товарищи! Кто может разменять рубль? Молчание. В недоумении: — Что же мне делать?

 Какой-то мужчина протягивает 15 копеек кондуктору и отдает мне полученный билет. Благодарю его и спрашиваю:  — Как я верну вам деньги? — Как-нибудь вернете. На мою просьбу сообщить адрес, чтобы прислать свой долг, он отвечает вопросом: — Скажите лучше — как вас зовут? — Зоя Ивановна. Он посмотрел на меня, улыбнулся: — А Зоенька нельзя? Мне как раз надо было выходить, и я только и успела бросить: — Вам — нельзя!..

1938 год. Заведую советским представительством «Интуриста» в Финляндии. Это — моя «крыша» для разведывательной работы.

Однажды получаю задание передать чемоданчик с деньгами нашему нелегальному сотруднику. Отправляюсь в парк на окраине Хельсинки. Агент, которого никогда не видела, должен здесь подойти к скамейке, где буду сидеть, и обратиться ко мне с вопросом-паролем: «Вы позволите отдохнуть мне рядом с вами?». А я должна ответить: «Пожалуйста, садитесь, но я больше предпочитаю одиночество». И вот подходит какой-то мужчина, внимательно посмотрел на меня и молча сел рядом. Я забеспокоилась. А он улыбнулся и сказал: «Хорошо отдохнуть рядом с вами». Странно, подумала я, ведь это только часть пароля. Не провокатор ли? Строго спросила: «Что вам угодно?», и услыхала: «Вы позволите отдохнуть мне рядом с вами?». Я ответила своим паролем и поинтересовалась, почему же он перепутал свой. «Просто увидел симпатичную женщину и решил пошутить».

Я передала ему чемоданчик с деньгами, выговорила за неуместную шутку и попросила проверить сумму. Он открыл его, посмотрел на пачки долларовых купюр и со вздохом сказал: «Здесь не вся сумма». Я заволновалась: «Как не вся? Что получили из Центра, то полностью передаем вам». «Нет, — спокойно заявляет мужчина, — здесь не хватает... 15 копеек. Тех самых, которые должны вы мне, Зоенька!». «Что же мне делать, — чуть не плача от нахлынувших воспоминаний о московской жизни спросила я, — у меня опять нет 15 копеек».