Записки некрополиста. Прогулки по Новодевичьему - Соломон Кипнис

1927. Шаляпин обратился к Спасскому, священнику Александро-Невского собора в Париже:

— Батюшка, я вчера видел на церковном дворе несчастных женщин и детей. Их, вероятно, много около церкви, и вы их знаете. Позвольте мне предложить вам 5.000 франков. Распределите их, пожалуйста, по вашему усмотрению.

Священник через газету поблагодарил Шаляпина за пожертвование.

И немедленно об этом с посольским секретным грифом в Кремль полетела служебная телеграмма.

В России сразу появляются, очевидно, кому-то нужные публикации, бесстыдно искажающие поступок Шаляпина.

Вот одна из них: «Сидит... «народный» за границей годы и годы, свыкся с этой «заграницей»... и вот в один прекрасный день оглянулся и видит — нуждаются люди! — Орлы!.. князья, графы, бароны, тайные и всяческие советники, митрополиты, протоиереи, флигель-адъютанты, генералы свиты его величества... Ну как не защемить сердцу не Народного артиста Республики, нет, а заслуженного артиста императорских театров, солиста его величества?!! Ну и посылает солист его величества тысяч этак пять франков для раздачи этим безработным...»

Невиданная по размаху травля артиста стремительно разворачивалась.

Финал ее не заставил себя ждать.

1927, август. Совет Народных Комиссаров РСФСР лишил Шаляпина звания народного артиста Республики.

Шаляпин о происходившем:

«...Я прошу всех моих соотечественников — монархистов, социалистов, коммунистов и анархистов раз навсегда оставить меня в покое и дать мне заниматься делом, к которому я действительно пригоден».

«Я, прежде всего, русский. Связи с Россией я никогда не порву. Но поехать сейчас, после всей этой гнусной кампании, которую против меня ведут, не намерен. Я свободный человек и хочу жить свободно, дабы мне не навязывали убеждений».

«...Меня называли «народным артистом», но когда я оказал материальную помощь голодающим русским детям, то навлек на себя гнев... Я возмущен не тем, что меня лишили звания — для этого я не слишком тщеславен, а тем, что мой добрый поступок преподнесли как государственное преступление. Это оскорбление не только для меня, а для всех русских...»

1938, 12 апреля. Шаляпин умер.

Его отпевали в Александро-Невском соборе Парижа, похоронили на Батиньольском кладбище. Плита из розового гранита, над ней крест и надпись на французском:

«Здесь покоится Федор Шаляпин — великий сын земли русской».

Не очень известное про известную могилу

На похоронах Шаляпина ходил с кадилом и совершал каждение дьякон Борис Старк. И с тех пор он проявлял исключительное внимание к памяти своего великого соотечественника, судьбе его могилы....

В 1952 году Старк вернулся из эмиграции в Россию. Он рассказывал, что с того дня, когда побывал на Новодевичьем и увидал могилы Собинова, Неждановой, Станиславского, им завладела мысль, что Шаляпин должен покоиться именно здесь.

И Старк начал кампанию за возвращение праха Шаляпина на родину. За помощью он обратился к пользовавшемуся большим авторитетом у властей народному артисту СССР Ивану Семеновичу Козловскому, который сразу же подхватил эту идею.

По законам Франции перенести прах на новое место можно только с согласия всех потомков. Дети Шаляпина от первого брака, а к этому моменту в живых их оставалось четверо, все были «за». Две дочери от второго брака тоже не возражали, но третья, Дасия, по мужу графиня Шувалова, поставила условие, как при торговой сделке: вы мне — частичную компенсацию того, что большевики реквизировали в имениях, а я вам — прах отца...

Положение выглядело безнадежным.

Что было дальше, вспоминает Старк, к тому времени уже протоиерей, настоятель кафедрального собора в Ярославле:

«Потом мне вдруг звонит Козловский:

— Борис Георгиевич! На следующей неделе перевозим Шаляпина!

— А как же Шувалова?— Она, слава Богу, вовремя умерла».

1984. Гроб с телом Шаляпина установили в Большом театре, отслужили панихиду и погребли на Новодевичьем.

А за несколько лет до этого произошло событие, которое к перезахоронению Шаляпина никакого отношения не должно было иметь. И все-таки...

Скульптор А.Елецкий по заказу Министерства культуры сделал к юбилею Большого театра скульптурный портрет Шаляпина для установки в фойе театра. Но когда скульптуру поставили на весы и увидели, что в ней почти 5 тонн, от задуманного пришлось отказаться — деревянные перекрытия театра могли не выдержать.

И мраморный Шаляпин простоял в запаснике почти восемь лет, пока не показали его детям, приехавшим на перезахоронение. Единодушное одобрение, и скульптура стала надгробным памятником.1991. Постановлением Совета Министров РСФСР Шаляпину возвращено звание народного артиста Республики.

(4-49-1)

ОПОЗДАЛИ АРЕСТОВАТЬ

На постаменте под большим белым крестом: Муравьев Николай Константинович (1870-1936).Ни в словаре «Гранат», ни в «Советской исторической энциклопедии», ни водном из трех изданий «Большой Советской Энциклопедии» вы о нем ничего не найдете.

А, в сущности, почему что-то должно быть, чем он знаменит?

Хотите узнать?

Извольте:

Муравьев заслужил известность как адвокат, который безвозмездно защищал привлекаемых по делам о стачках и крестьянских волнениях.

Не раз по просьбе Л.Н.Толстого выступал защитником его последователей, подвергавшихся гонениям.

Духовно сблизился с великим писателем, бывал у него в Ясной Поляне. Во время этих посещений рассказывал и о политических процессах, смертных казнях, что и подтолкнуло Толстого выступить со знаменитой статьей против смертной казни — «Не могу молчать».

Толстой тяжело переживал то обстоятельство, что из издания его сочинений извлекается материальная выгода. Его мучило сознание, что так будет и после его смерти. А он хотел, чтобы все его произведения не были ничьей частной собственностью.

И Толстой из всех известных адвокатов выбрал именно Муравьева и поручил ему составить завещание, которое, в частности, предоставит право всем людям, где бы они ни жили, безвозмездно перепечатывать его произведения, не испрашивая на это никакого разрешения.

В столетнюю годовщину рождения Толстого (1928) воля его стала осуществляться: начавшее выходить юбилейное Полное собрание сочинений (100 томов) имело пометку «Перепечатка разрешается безвозмездно».

В 1917 году под председательством Муравьева создана Чрезвычайная следственная комиссия Временного правительства для расследования противозаконных по должности действий министров царского правительства. Результатом ее работы стал бесценный для истории труд: «Падение царского режима»(7 томов). Муравьев один из инициаторов создания советской адвокатуры и один из основателей Московской коллегии защитников.